Чтение онлайн

Иду себе мокрая — дождь от души вызывала; страшная, тушь-то размазалась, а помаду я сама по щекам размазала — от злости; волочу фату по асфальту. Я хмурюсь, небо хмурится, льёт как из ведра, и тут в кого-то врезаюсь. Я падаю и снова в лужу, поднимаю глаза, а передо мной тот самый грубиян в костюме.

— Опять ты невезучая! — с усмешкой выдыхает он и… обходит меня стороной.

— Ну ты… Ты! Чтоб тебя! — кричу я, а этот смеётся и идёт дальше.

Это было последней каплей — скрывать свою суть я больше не в силах. Правда, поняла это лишь очнувшись, уже сидя сверху на красавчике и молотя того кулаками по его идеально скроенному костюмчику.

— Ох ты, жгучая… — говорит он, облизывая свои пухлые губы, и уже тянется меня поцеловать.

А я ему пощёчину, а он меня на землю: переворот, и я зажата в его объятиях.

— Секса без прелюдии со сбежавшей невестой у меня ещё не было, — шепчет и задирает подол платья.

До меня наконец дошло, что красавчик-то пьян, поэтому я его так легко и повалила. А пьяные они хуже чёртовых сыновей. Как завизжу, как ударю его в пах и наутёк.

Это я только, собирая вещи в квартире свекрови поняла, что грубиян-красавчик-алкаш был в костюме. С бутоньеркой.

Видать не выдержала невеста и сбежала.

Про себя позлорадствовала, хлопнула дверью. А на прощание для свекрови с бывшим женишком и бывшей подружкой тараканов напустила. Затем наколдовала метлу потихонечку и взмыла в небо. Сейчас мне до слёз хотелось маминого пирога с капустой, ну и приходилось признать: пора снова прибегнуть к волшебнику риелтору. Жить-то надо где-то, не у мамы же!

Кстати, вы не думайте: тараканы не какие-нибудь там заморские и ядовитые — наши, домашние, обыкновенные. Они и не кусачие и вообще с ними легко поладить — надо только включать джаз и оставлять перед сном кусочек сахара. Но моему неверному с его мамашей зудяще-нудящей и этой ведьме-тихушнице я об этом не рассказала.

***

Прилетела к родителям и решила ничего не рассказывать. Да и зачем? Они сами всё поняли по свадебному платью мокрому и грязному. В эту секунду я даже порадовалась тому, что они отказались на свадьбу идти. Сначала, конечно, было обидно: я-то думала, Гриша — моя судьба, но ввиду недавних событий рада, что мама с отцом не стали свидетелями позора, не видели улыбки Ларки и не знают про вызванный мною дождь.

Сидя в уютной кухоньке и уплетая любимый пирог, я твёрдо решила, что отныне обойдусь без мужчин. Теперь моей целью было устроиться на работу — с этим помог друг и коллега отца — тот самый волшебник риелтор. У него и квартирка нашлась, и знакомый в поисках сотрудника.

Ну и, конечно, я мечтала проучить всех меня обидевших.

Я живо представила, как еду на собственном «Хамере» мимо обалдевшего Гриши и шокированной Ларки, вся обвешанная золотом и драгоценностями, как сорока, искупавшаяся в сундуке с кладом, и счастливо машу им ручкой с обручальным колечком за полмиллиона. Нет, без колечка. Я же решила — никаких мужчин! Только месть и стремление к независимости. А завтра, между прочим, уже первый рабочий день. Начало моей новой жизни.

Но, чёрт! Нет, лучше его не припоминать… С драконами поладить можно: усыпил и всё, а с чертями так не пройдёт, они мало спят.

Знала бы я заранее какую свинью мне подстроил отец со своим дружком, села бы на метлу и улетела куда подальше. Но я об этом не догадывалась и утром тщательно подбирала гардероб, активно пользовалась косметикой, душилась, пыталась усмирить пушистые волосы, не поддающиеся никакому утюжку или средствам укладки, и репетировала монолог успешной женщины, по воле случая, оказавшейся без работы.

Но разве я могла добраться до места назначения без происшествий?

На метле я лететь не могла, пришлось сесть на автобус. Только я едва на него успела и оказалась зажата между двумя барышнями кило так под сто двадцать. Подружки-толстушки мило беседовали, попивая кофе, а когда я выходила, протискиваясь между бюстом одной из них — а я думала, мой огромный — та чихнула, тем самым спровоцировав падение стаканчика.

Ей повезло, что она облила ведьму, которой нельзя быть ведьмой, хотя в такие моменты хочется до жути.

Очень повезло.

К счастью, кофе был остывшим — ожога я избежала, но вот блузка была испорчена. Вбежав в здание и, обогнув охранника, выбирающего орешки в автомате, я первым делом нашла туалет. Долго отмывала, оттирала пятно, очень стараясь не пользоваться магией.

Проклиная человечество, законы, порядки, суеверия, предрассудки; колдуна, проклявшего мою семью; бывшего жениха и бывшую подругу, оказавшуюся самой настоящей ведьмой по всем пунктам, я нервно кусала губы.

Пятно полностью исчезло, и блузка высохла — немного магии — я сдула прядь с лица, ругаясь и ворча, как старая бабка.

Бабка в лифчике.

И вдруг услышала:

— Так ты извращенка!

И смех.

Обернулась, гневно стреляя глазами, и увидела Его.

— Дверь надо закрывать, если не хочешь оказаться посмешищем, — сказал он, широко улыбаясь.

Он меня назвал извращенкой из-за розовых котят на лифчике? Так они же милые.

Вышел в коридор и добавил:

— И на работу ты опоздала. Вычту из зарплаты.

Проклятие…

Этот красавчик-грубиян-алкаш мой босс?!

Влипла так влипла, а работа-то нужна. Ладно. Спокойно, очень спокойно, только не нервничать. Без блузки он меня уже увидел. Разве может случиться что-то похуже?

Работа меня ожидала в компании по производству собачьей рекламы. Вернее, рекламы собачьего корма.

Услужил добрый волшебник. Я же в собаках не разбираюсь! Даже пород особо не знаю: только далматинца, колли, овчарку и огромного такого мохнатого… Водолаза! И почему я не спросила, куда меня так сразу, без собеседования готовы взять? Глупо. Но что поделать. Недостатки есть у всех. Даже у потомственных ведьм.

А реклама… Я никогда не пробовала ничего никому втюхивать. А моя грудастая тётка отлично занималась этим уже лет так пятьдесят: продавала косметику безаллергенную, высокоустойчивую, для кожи абсолютно безвредную.

То есть мухлевала масштабно.

Я подобное не приветствовала.

Подавила тяжёлый вздох, поднялась на пятнадцатый этаж и уселась на новое рабочее место, любезно указанное любезной старушкой в ситцевом платочке. Она работала за соседним столиком и являлась самой старой и самой доброй, это я позднее выяснила, сотрудницей в фирме с названием «Сласти-мордасти». Если бы я только вчера поинтересовалась у дорогого отца, куда меня устроили — здесь бы ни за что не сидела! А так положила сумочку на стол, включила ноутбук и увидела своё первое задание. Как оказалось, задания присылались на почту каждому сотруднику каждое утро ровно в девять. Я из-за казуса с блузкой опоздала, так что меня ждало сразу два задания: одно, как я поняла — в наказание.

Мне надо было придумать слоган со словом: «вкуснятина». И предложить идею по форме собачьего печенья. Косточки, видите ли, слишком банально, а мы — компания инновационная, смелая. Нет обыденности, нет обычности!

Тут я всё-таки осмотрелась по сторонам и увидела, что в блузке только я. Остальные были одеты в платья — короткие, приталенные. Хорошо, хоть разного фасона и цвета, но инновационности я всё равно в этом не увидела.

Как бы там ни было, вооружившись мышкой и своими крайне слабыми познаниями в области рекламы, я открыла ворд и начала заполнять пустой лист. Ну как заполнять? Идей в голове ноль, так что на листе появлялись уничижительно-восклицательные высказывания про моего благоверного Гришу. И Ларку — ведьму недоделанную. Покончив с перечислениями «доброжелательных» слов, я взялась за подробное описание того, во что превратится их совместная жизнь. Пофантазировала обо всём, вплоть до того, как они сидят за столом в кухне его мамы и на пару давятся пряниками.