Замуж по (не)воле
Шрифт:
— Хорошо.
— Оливия — моя дочь?
— Оливия — моя дочь, а отца у неё нет и никогда не было. — грубо ответила Ната.
— Не будь такой упрямой. Просто скажи мне правду, в конце концов я имею права знать.
— А что ты хочешь услышать? Что у тебя есть дочь? — срываясь на крик, спрашивала девушка.
— Я хочу знать правду!
— Аслан, правда заключается в том, что я одна рощу дочь уже почти пять лет, что она не знает и ни разу не видела своего отца, что до сих пор мы в нем не нуждались и не нужлаемся в нем и сейчас…
— С тобой всегда было сложно, просто раньше я этого не замечал. Ты даже не можешь ответить на элементарный вопрос…
— А что тебе даст мой ответ? Что изменится, если ты узнаешь о том, что у тебя есть ребёнок? — смотря в его потемневшие от злости синие глаза, спросила Ната.
— Я сделаю все, чтобы её спасти…
На глаза девушки накатились слезы, она смотрела на него и не понимала что он от неё хочет. Он не объявляет на протяжении пяти лет, он просто молча исчез и сжёг за собой все мосты. Она почти год пыталась с ним связаться, чтобы оповестить его о своей беременности, но он как в воду канал. А теперь он заявляет я в больницу и спрашивает её о том, чей же это ребёнок.
— Я не прошу тебя о помощи…
— А я и не тебе помогаю. — встав со стула, сказал Аслан.
В его глаза столько ненависти к ней, столько презрения, что она не может в них смотреть, они прожегают её насквозь. В каждом его слове, она слышит ненависть к себе.
Встав с постели Нателла направилась к детской реанимации, чтобы посмотреть на дочь. Аслан стоял напротив стекла и наблюдал за показателями аппаратов искусственной поддержки организма. Подойдя, она молча встала рядом.
— Вот вы где… — сказал врач, подходя к ним.
— Вы что-то узнали? — опередил её с вопросом Аслан.
— Да. К сожалению у вас, Нателла, не совместимость с дочерью и ваш костный мозг не сможет её спасти. — протягивая результаты анализов, объяснил врач. — А ваши анализы ещё не готовы, но будем надеяться, что они будут положительные.
— Спасибо, доктор. — сказал Аслан, взяв в руки анализы Оливии.
Слова врача заставили материнское сердце разорваться на части, она смотрела на маленькую дочку и не понимала что ей делать дальше.
Сигнал тревоги раздавшийся в этой тишине, заставил Нату прийти в себя. Она с ужасом осознавала, что аппараты поддержки жизнедеятельности Оливии вышли из строя. Вьежавшие в палату медики начали проводить реанимационные действия. Всё произошло так быстро, что она не успела понять ничего, кроме того, что её ребёнку угрожает опасность.
— Доченька… — закричала она, упав на колени.
Аслан опустился на пол вместе с ней, прижимая её к груди. Её крик разрывал ему сердце, бьющаяся в агонии женщина в его руках рвалась к своему ребёнку.
— Ната, успокойся. Врачи сделают все необходимое, они спасут Оливию. Слышишь? — держа в руках её заплаканное лицо, пытался достучаться до неё мужчина.
— Я сделаю все, что ты захочешь, только спаси нашу дочь… — взмолилась Нателла, сквозь слезы глядя в глаза Аслана.
— Я весь мир переверну, но спасу её. Я обещаю…
Он прижимал дрожащее, стонающее тело Наты к себе, пытаясь успокоить её.
Руки девушки цеплялись за его рубашку, впиваясь ногтями, словно он последний шанс на спасение. Она висит над пропастью, а Аслан тот спасательный канат ухватившись за которой, она сможет выжить.
— Ты ведь спасешь её? — повторяла она снова и снова, прижимаясь к твёрдой груди Аслана. — Ты спасешь нашу девочку?
— Спасу. — раз за разом повтоял он, сжимая в объятьях тело Нателлы все крепче, боясь потерять её.
Аслан поднял её с пола и усадил на кушетку, все ещё прижимая к себе. Её слезы промитали его рубашку, обжегали сердце. Не при таких обстоятельствах он представлял себе их встречу.
Глава 24
— Аслан, нам с вами нужно поговорить. — выходя из палаты, сказал врач.
— Ната, посиди здесь, я скоро вернусь. — обняв девушку, попросил Аслан и направился следом за врачом.
— У Оливии был приступ, следующий приступ она может не пережить. Я хочу, чтобы вы были готовы ко всему…
— Доктор, я заплачу любые деньги, ясделаю все, что вы скажите, только приступайте к операции как можно быстрее.
— У нас уже все готово, осталось дождаться результатов ваших анализов. И мой вам настоятельный совет, увезите Нателлу из больницы хотя бы на один день, она совсем извела себя.
— Хорошо.
Он не мог потерять дочь только её обретя, не мог позволить случиться беде. Аслан подошёл к Нате и взяв её на руки, проследовал к парковке.
— Куда ты меня несёшь? — еле слышно бормотала Ната.
— Я отвезу тебя домой. — сказал Аслан, открывая дверь автомобиля и успживая девушку на сиденье.
Солнечные лучи пробивавлиеся через занавески ласкали кожу Наты. Потянувшись в постели, она открыла глаза и резко сев в постели, оглядевшись попыталась понять где она.
— Ты у меня дома. — сказал Аслан, сев на край кровати.
— Я должна быть в больнице. Мне надо к дочери… — сорвавшись с постели, закричала Нателла.
— Присядь, сначала мы поговорим. — взяв девушку за руку и посадить на кровать, сказал Аслан. — Я уже разговаривал с врачем и все оплатил, операция уже должна была начаться, так что нас все равно не пустят к ней сейчас. — продолжил он, пытаясь успокоить Нату.
— Но как же? А донор?
— Перед тем, как сдавать донорский материал, Лив нужно подготовить к этой процедуре, а так как вчера у неё случился приступ, ей нужна операция. Через два дня я могу стать её донором.
Зелёные глаза Нателлы потемнели от накатившихся слез, она бросилась на шею Аслану прижимаясь к нему. Руки мужчины обвили её тело, и сжавшись на её талии, пиижали её к груди.
— Это ещё не всё… — обнимая её, сказал мужчина.
— Да? Что ещё? — отстранившись спросила Ната.
— Я хочу воспитывать свою дочь, я хочу, чтобы она не в чем не нуждалась… Поэтому вам придётся после выписки переехать в этот дом.
— Ты шутишь?
— Нет, я говорю тебе свои условия…
— Как ты можешь в такой момент шантажировать меня?