Чтение онлайн

Ровно через три дня посольство тронулось в обратный путь. Дошло до идиотизма, мама предлагала поменять меня с кем-нибудь из служанок, сделав ту похожей на меня. Посольство все равно не будет рассматривать, а наследник и вовсе не видел меня в живую. И это родная мать! Что тогда говорить об остальном женском населении, которое в присутствии тех же стражей рассказывали мне, какие слухи о внешности их принца ходят по светлым землям. Мне было стыдно. МНЕ! Которая глумилась над всем двором долгие двадцать лет! В итоге махнув на них рукой и извинившись перед воинами темной империи за длинные языки сплетниц, я ушла собирать сумки. В конце концов, о том, что я выйду замуж не по любви, а по договору было известно с самого начала. Иллюзий я не питала.

Выезд посольства больше напоминал поминки. Хоронили, по всей видимости, меня. Послы и стражи делали вид, что все так и задумано, я в бешенстве отбивалась от юбки. Ну какая мне юбка?! Да, основную часть пути я еду в карете, но к ней будет привязан Бес и начальник стражи уже сообщил, что если я пообещаю не делать глупостей, вторую часть пути я смогу проделать верхом. Это первое. Второе – мало ли кто подсядет в карету, а там я такая ноги на потолок закинула в юбке. Ага. С последним аргументом маме пришлось смириться.

Когда последние шпили родного замка скрылись из виду, в мою душу незаметно прокралась тоска. Прижавшись виском к окошку кареты, я провожала взглядом родные места. Постепенно взгляд зацепился за отражение. Зеленые глаза, почти белые, в отца, волосы, не худая и не полная. С кривой улыбкой на бледных губах. Как оказалось, я не выношу кареты. Но стучать кучеру и просить остановку по прошествии каких-то пары часов мне не позволила гордость. Да – да. Умирать тоже буду молча.

Даррен ехал на своем гварде и поначалу просто рассматривал коня принцессы. Красивый ухоженный зверь не испугался ни гвардов, ни того, что его привязывают к карете. Главное что обожаемая хозяйка едет с ним. Мысли наследного принца возвращались к сплетням, что ходят про него по светлым землям. На душе было гадко. Единственной радостью была только реакция будущей жены. Вот только как она отнесется к тому, что часть слухов окажется правдой? Эти думы не давали покоя. Рассеянный взгляд проводил Тила, первого посла, который решил проверить все ли в порядке с ценной пассажиркой. А вот его крик и внезапная остановка вынудили Даррена не просто встрепенуться, а схватиться за оружие. Что могло произойти спустя всего четыре часа дороги?! Когда же из кареты осторожно выгрузили полуобморочную принцессу, Даррен вообще начал подозревать заговор. К девушке моментально подошел присутствующий в посольстве лекарь, и наследник только поразился с какой поспешностью тот начал рыться в своей сумке.

– Что у вас? – Даррен не собирался оставаться в стороне происходящего.

– Девушку сильно укачало. Боюсь, до привала ей придется ехать верхом, иначе у нее будет обморок. – Лекарь старался не смотреть на принца, боясь выдать тайну маскировки, ведь все посольство было в курсе инкогнито наследника. Все, кроме самой невесты, которая была бледной и слабой, но отчаянно отбивалась от предложения ехать с кем-то из послов.

– Вы думаете, наследник обрадуется, что его невеста с кем-то обнималась по пути, пусть даже это была вынужденная мера? – горечь в голосе девушки заставила Даррена поморщиться. Да, узнай он все по прибытии посольства, скорее всего не смог бы сдержать недовольство. Даже промелькнула мысль откинуть свое инкогнито и успокоить принцессу. – Я поеду на Бесе. Сама. Он не скинет. И вам всем опять же не придется оправдываться перед императором и его высочеством.

– Но ваше высочество…– Лекарь явно собирался спорить, но его перебили.

– Зовите меня Эста. Не надо этого этикета среди лесов и полей. Нам с вами ехать вместе еще три дня. Не ломайте язык. – После этих слов, заставивших все посольство дружно посмотреть на застывшего Даррена, она медленно побрела к своему жеребцу, ткнувшегося носом в щеку хозяйке и подставившего антрацитовый бок под ее руки.

Верхом стало лучше. Не знаю, что на меня нашло, но если бы один из послов не заглянул узнать, жива ли я еще, наверное, к привалу они довезли мой трупик. Бес периодически оглядывался на меня, словно проверяя, не свалилась ли под какой куст, но с его спины меня можно было только выбить, так как и седло и упряжь я подбирала сама с максимальным удобством и комфортом для себя любимой. А не так прост этот черный рыцарь. Все посольство нет-нет, а оглянется на него. Неужели мои догадки были верны и это приближенный к наследнику лорд? Или вообще сам наследник? Очень захотелось нервно рассмеяться. Если это все так, то боюсь даже представить, что он думает теперь обо всех светлых землях и обо мне в частности. Но это все догадки. Никто мне не скажет правду, это я уже поняла. Обидеться что ли? Неужели я не имею права, так же как и он познакомиться в предполагаемым мужем заранее? А не прямо на церемонии? Если я права, то церемония будет отложена по причине травм жениха. Грустно это все. Грустно.

День клонился к вечеру, привал решили не делать, в седле мне было вполне комфортно даже перекусить, поэтому было принято решение не останавливаться и быстрее добраться до стоянки в перелеске. Ехали практически молча, со мной никто не разговаривал без лишней необходимости, и я развлекала себя нем, что рассматривала облака и не глядя плела косы Бесу. Жеребец только вздыхал, он давно привык к моим выходкам. До полянки добрались на последнем часу светлого времени. Как раз хватало времени, чтобы разбить лагерь. Меня определили на одеяло у костра и больше ничего не доверили. Ну и ладно. Обняв колени руками, я принялась наблюдать за огнем. Можно было конечно сделать какую-нибудь пакость, но было впервые лень. Мысли крутились вокруг будущего. И были эти мысли какими то безрадостными.

– О чем грустит прекрасная леди? – Тил, старший посол, присел у костра с другой стороны. Хмуро посмотрев на мужчину, вернулась к созерцанию огня.

– Не надо лести. Я вполне в курсе своей внешности и своего внешнего вида в конкретный момент.

– Я и не думал льстить. – Посол задумчиво поправил одну из веток, отчего костер вспыхнул с новой силой. – Скажите леди, почему вы не остановили карету, когда вам стало плохо?

И взгляд такой, как на маленького ребенка. Впору начать ныть и требовать конфетку. Почему, почему. Интересно, ответ – потому что, его устроит? Думаю вряд ли. Тяжело вздохнула. Ведь все равно этот разговор, как и все происходящее, станет известно как императору, так и его сыну.

– Потому что вы бы не поверили, что мне плохо. Решили бы, что это моя очередная выходка. Вам же рассказали обо мне, не так ли, господин посол? Вздорная, взбалмошная, мстительная, любящая злые шутки. Только вот я заметила странную вещь, в слухах всегда превалирует темная сторона личности, что вашего принца, что меня. Никого ведь не интересуют причины? Или положительные черты характера? Так зачем я буду подтверждать эти слухи? Насколько я поняла, в темной империи мне жить достаточно долго. – Интересно, так тихо стало, потому что меня слушали щас все или просто момент такой выдался? Конспираторы блин.

– То есть вы хотите сказать, что все, что про вас говорили – все не правда? – и взгляд такой ехидный. Ну ну.

– Нет, что вы. Все это – абсолютная правда. Только это не полная характеристика моей личности. Поверьте, она не ограничивается пакостями и проказами. Я не маленький ребенок, который этим стремится привлечь к себе внимание. Все, что я делала, имело реальную причину и последствия. И уж тем более я не собираюсь оправдываться или что-то вам доказывать. Если вас больше ничего не интересует, господин посол, то я пожалуй откажусь от ужина и пойду отдыхать. Доброй ночи.

Одеяло я оставила у костра, ведь от ужина отказалась только я. Вот далась ему моя личность. Да, я никогда не была паинькой. Но это не повод смотреть так, будто змею в ясли везет. Аппетит пропал напрочь. Найдя скребок, увела Беса к реке. Надо отвлечься. Закатав штаны до колена, завела коня в реку и принялась оттирать его бока от пыли. Пальцы нащупывали старые шрамы, уже заросшие шерстью, но они все равно остались. Так и у меня. Об истинной причине моего поведения знала лишь мама. Когда мне было всего восемь, я подслушала разговор отца с послом каких-то там земель. Мне было не важно, откуда тот мужик, мне было важно то, что, по словам родного отца, я не человек. Я товар. Ценный, оберегаемый, товар. Который со временем должен принести большую выгоду. Я стояла за портьерой в потайном ходу и кулаком размазывала злые слезы. Я знала, что отец хотел сына. Он много раз попрекал этим мать, хотя я не очень понимала, причем здесь она. И вот теперь я поняла, кто на самом деле для него дочь. Тогда я просто убежала в комнату матери и полночи проревела в ее руках. Она молчала, сказать ей было нечего. Она все знала с самого моего рождения. И вот тогда-то я и решила, что незачем мне быть примерной принцессой. Все равно мою судьбу решит выгодный брачный договор. Два года я измывалась над всем двором, вымещая свою обиду на отца и весь свет в частности. Потом мои шутки и выходки приобрели более продуманный и зловредный оттенок. С пятнадцати моих лет, никто не мог доказать, что то или иное происшествие моих рук дело. Я научилась мастерски заметать следы. Конечно, отец все подозревал, ведь свой вызывающий взгляд на него я не скрывала никогда. А потом я узнала, что в его сердце не было места для дочери. Там было государство, мама и…сын. Которого, он верил, мама подарит ему, когда избавятся от меня. Избавятся, Карл! От родной дочери!

Смахнув слезу, я продолжила отмывать бока своего любимца. Именно он стал моей отдушиной. Бес и ожидание когда меня продадут будущему мужу. Теперь я еду в темную империю и мне совсем не интересно, что отец выторговал взамен меня. Надеюсь, он счастлив. А я…буду счастлива ему назло.

– Вот и все мальчик, теперь ты чистый и можешь отдыхать. – Бес понятливо боднул меня в плечо. Именно ему я плакалась на конюшне, уткнувшись лицом в пышную гриву. – Да, я знаю, выше нос, я помню. Просто это тяжело, осознавать, что не нужна родным родителям, не говоря уже о будущем муже. Ведь он даже не соизволил явиться за мной лично. Скорее всего, эта свадьба для него еще худшее наказание, чем для меня.