Чтение онлайн

– Да. То есть я поняла, что она нуждается во мне и что Блэр и Фелисити мертвы; Она сказала: «Мама, мама, они мертвы. Кто-то убил их». Она плакала, и голос у нее был какой-то странный. Она сказала, что не знает, что ей делать. Я спросила, где она, и она мне сказала. Не помню точно, что она говорила и что я ей отвечала. Это все записано у меня на домашнем телефоне. Вы можете сами прослушать.

– Мы так и сделаем.

– Я понимаю, что Рива или я должны были сразу же позвонить в полицию. – Каро расправила ладонью пижамные штаны на коленях и вдруг пристально посмотрела на них, как будто только теперь поняла, что на ней надето. Ее щеки порозовели, она вздохнула. – Могу лишь сказать, что мы были в растерянности. В такой ситуации естественно обратиться к человеку, которому больше всего доверяешь… В результате она позвонила мне, а я Рорку.

– Вы знали, что ваш зять был неверным мужем?

– Нет. Нет, я не знала. – В ее словах прозвучала горечь. – И, предваряя ваш вопрос, могу сказать, что я хорошо знала Фелисити… вернее, я так думала, – добавила Каро. – Я считала ее одной из ближайших подруг Ривы, чуть ли не сестрой. Она часто гостила у меня в доме, а я бывала у нее.

– Фелисити встречалась с другими мужчинами?

– Она вела очень активную светскую жизнь, увлекалась живописью… – Губы Каро сурово сжались: она явно вспомнила о своем зяте. – Она говорила, что еще не готова отдать предпочтение ни определенному стилю, ни определенному мужчине. Она производила впечатление умной женщины. Мне казалось что она наделена юмором и вкусом. Рива всегда такая серьезная, сосредоточенная на своей работе, и я думала, что Фелисити будет ей хорошей подругой – поможет ей стать более непосредственной и открытой.

– С кем Фелисити встречалась в последнее время?

– Я не уверена… Несколько недель назад появился какой-то мужчина. Мы все были здесь, на одном из ее воскресных утренников. Кажется, он был художник. – Каро закрыла глаза, стараясь сосредоточиться. – Да, художник. Его звали Фредо. Она представила его как Фредо, и он показался мне очень темпераментным и экзотичным иностранцем. Но за несколько недель до него был другой – такой тощий, бледный и мрачно-задумчивый. А еще раньше… – Каро пожала плечами. – Ей нравились мужчины, но, судя по всему, она со всеми поддерживала лишь поверхностные отношения.

– Кто-то еще мог иметь доступ к входным кодам в этот дом?

– Этого я не знаю. Фелисити относилась к охране своего жилища очень серьезно. Она не желала нанимать прислугу и твердила, что людям нельзя доверять. Помню, однажды я ей сказала, что мне это утверждение кажется очень печальным, а она засмеялась и ответила, что, если бы это не было правдой, моя дочь осталась бы без работы.

Ева заметила появившуюся в дверях Пибоди и встала.

– Спасибо. Мне придется еще раз с вами побеседовать. А кроме того, мне необходимо ваше официальное письменное разрешение на проверку ваших домашних средств связи.

– Я дам вам разрешение на все, что угодно, лишь бы прояснить это дело. Не могу вам передать, как я ценю, что вы взялись за это лично! Я знаю, вы найдете правду. Можно мне теперь пойти к Риве?

– Будет лучше, если вы еще немного подождете здесь.

Ева бросила взгляд на Рорка, давая понять, что это и к нему относится, и вышла в след за Пибоди в холл.

– Ну, рассказывай, что у вас там?

– «Чистильщики» извлекли кровь из дренажной трубы в ванной наверху и сняли отпечаток пальца Юинг с раковины, хотя она была тщательно вытерта. Орудие убийства не соответствует здешним кухонным приборам. Тут весьма замысловатый набор, и он вроде бы весь на месте.

– Во второй ванной наверху есть следы крови?

– Нет. Только отпечатки Юинг на унитазе.

– Ладно, давай устроим Юинг второй раунд.

Они вместе двинулись в гостиную, где полицейский в форме охранял Риву. Стоило Еве переступить порог, как Рива вскочила на ноги.

– Лейтенант, мне нужно с вами поговорить. Наедине.

Ева сделала знак полицейскому выйти и сказала, не глядя на Пибоди:

– Это моя напарница, детектив Пибоди. О чем вы хотели с нами поговорить, мисс Юинг?

Рива помедлила, но решила не спорить.

– Я лишь хотела сказать, – начала она со вздохом, – что голова у меня проясняется, и я поняла, в какую заваруху попала. Да еще и маму втянула. Она приехала только потому, что у меня была истерика. Я не хочу, чтобы она пострадала из-за меня.

– Не тревожьтесь о своей матери. Никто ее ни в чем не подозревает.

– Ну, хорошо, – кивнула Рива. – Хорошо.

– Вы говорили, что отдернули покрывало и увидели тела. Увидели кровь.

– Да. Я увидела, что они мертвы. Вернее – поняла, что они мертвы. Иначе быть не могло.

– Где был нож?

– Нож?

– Орудие убийства. Где оно было?

– Я не знаю. Я не видела ножа. Только Блэра и Фелисити.

– Пибоди, ты не покажешь мисс Юинг оружие, которое мы взяли как вещественную улику? – Пибоди вытащила запечатанный нож, подошла и показала его Риве. – Вы узнаете этот нож, мисс Юинг?

Рива уставилась на окровавленное лезвие, потом подняла ошеломленный, полный смятения взгляд на Еву.

– Это нож Блэра. Один из набора, который он купил в прошлом году. Он заявил, что мы оба должны брать уроки кулинарии. Я ему ответила: пусть берет, если хочет, я лично предпочитаю микроволнов-ку или готовую еду из ресторана. А он и в самом деле начал брать уроки. Время от времени он кое-что готовил. Похоже, это один из его кухонных ножей.

– Вы привезли его сегодня сюда, Рива? Вы были в такой ярости, что схватили его и положили в свою сумку? Может быть, хотели пригрозить им? Припугнуть их?

– Нет. – Рива отшатнулась от ножа. – Нет, я его не брала.

Ева протянула ей другой мешочек с уликой.

– Это ваш парализатор?

– Нет. – Ривы стиснула кулаки. – Это новая военная модель. Мой был шестилетней давности, переоснащенная модель Секретной службы. Нет, это не мой. Я никогда его раньше не видела.

– И парализатор, и нож были использованы как орудия убийства. На обоих орудиях есть ваши отпечатки.

– Это безумие!

– Удары были нанесены с большой силой – разброс брызг очень велик. Кровь должна была попасть вам на руки, на плечи, на лицо, на волосы и, уж конечно, на одежду.

Рива машинально оглядела свои руки и тихонько потерла их друг о дружку.

– Я знаю, у меня на футболке есть кровь. Может быть, я что-то там трогала?.. Я не помню. Но я их не убивала! Я не прикасалась ни к ножу, ни к тому парализатору. Вы же видите, на моих руках нет крови!

– Мы нашли кровь в стоке раковины и ваши отпечатки на ней.

– Думаете, я мыла руки? Думаете, я пыталась отмыться, отвести от себя подозрения, а потом позвонила матери?

Ева видела, что голова у Ривы проясняется, а вместе с разумом к ней возвращается гнев. Темно-серые глаза загорелись, на щеках вспыхнули пятна.

– За кого вы меня принимаете, черт побери?! Думаете, я могла зарезать своего мужа и свою подругу к чертям собачьим, потому что они выставили меня дурой? Да если бы я это сделала, неужели вы думаете, мне не хватило бы здравого смысла избавиться от оружия и придумать себе алиби? Ради всего святого! Они были мертвы. Они были мертвы, когда я добралась сюда! – Она в гневе вскочила с кресла. – Что здесь, черт возьми, происходит?! Что все это значит?