Чтение онлайн

Одна из машин преследователей стала нас обгонять. Фуад глазами показал мне на руль и убедившись, что я крепко держу его, стал выбираться из кабины на подножку. В нашем положении это было рискованно — машину нещадно трясло, и сорваться было раз плюнуть, но ничего иного сделать было невозможно. Мы представляли собой слишком хорошую мишень.

Первыми двумя выстрелами ему удалось попасть в водителя преследовавшей нас машины. Машину занесло, и, ударившись о камень, она завалилась на бок. Но радоваться было рано. Из обогнавшей нас машины застрочил автомат. На этот раз они не промахнулись. Пули, разворотив правую дверцу кабины, попали в Сабину. Она вскрикнула и стала сползать вниз.

Фуад, поняв, что что-то произошло, влез в кабину и схватил руль. Я попытался поднять Сабину. Мне с трудом удалось втащить ее на сиденье. Она было мертва. По ее белому свитеру расплывалось кровавое пятно.

Наш грузовик, вильнув в сторону в момент передачи руля, снова оказался в умелых руках. Машина, из которой стреляли, тщетно пыталась прижать нас к обочине. Постепенно мы стали уходить от наших преследователей. Все-таки эта дорога явно не была предназначена для легковых автомобилей.

Показав рукой на педаль тормоза, Фуад стал выезжать на середину дороги. Когда между машинами оставалось несколько метров, он резко затормозил. От удара я чуть не вылетел из кабины через ветровое стекло. Сзади послышался неприятный звук раздираемого металла.

Легковушка, не успев затормозить, налетела на борт грузовика, расплющив свою переднюю часть. Открыв дверцу, я вывалился из кабины, держа на руках тело девушки. Откуда-то появилась сила. Увидев, что я со своей ношей уже сошел с дороги, Фуад развернул грузовик, отбросив на обочину искореженную машину, и помчался навстречу последней преследовавшей нас машине — машине ГАИ.

Удара я не слышал. Несколько минут я вообще ничего не слышал. Когда я пришел в себя и посмотрел на дорогу, то увидел горящий грузовик и недалеко от него перевернутую машину ГАИ.

— Надо уходить, — прохрипел рядом Фуад и, взвалив тело девушки на плечо, пошел в сторону кустарника.

Нас не преследовали, хотя мы еще долго слышали ругань и крики наших преследователей, оставшихся у места аварии. Идти было тяжело. Казалось, сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Вскоре мы вышли к какому-то поселку.

Фуад, оставив меня с телом Сабины в кустарнике, ушел, сказав, что скоро вернется. Вернулся он через полчаса. С ним пришел какой-то пожилой мужчина. Он молча обернул тело девушки материей и, взвалив ее на плечо, повел нас в поселок.

Через какое-то время мы подошли к двухэтажному дому. Дверь была открыта. Нас, очевидно, ждали. Умывшись и приведя одежду в порядок, мы прошли в комнату. На столе стоял горячий ужин.

— Кто это такой? — шепотом спросил я Фуада.

— Уважаемый человек в поселке, когда-то помог ему в одном деле, — так же шепотом ответил Фуад.

Есть не хотелось. Мне не давала покоя мысль, что из-за меня погибла Сабина. Я не мог себе представить, как объясню ее смерть ее отцу.

Закончив ужин, Фуад молча встал из-за стола, кивком приглашая меня следовать за ним. Закурив сигареты, мы вышли из комнаты.

— Мне не хотелось бы говорить о твоих необдуманных поступках — это отдельный разговор. Сейчас о главном. Девушка позвонила мне утром и попросила срочно приехать к ней домой. Дома она мне показала твой блокнот.

Я не думал, что дело зашло так далеко, но прочитав твои записи, понял, что мы подошли к критической точке. И еще, со слов этой девушки, после твоего визита в институт между ней и ее отцом произошла размолвка. Он просто запретил ей с тобой встречаться. Это ее удивило. А после того, как ты вовремя не позвонил, она не удержалась и заглянула в блокнот. Кое-что из твоих записей натолкнуло ее на мысль, что в разработке этого оружия принимал участие отец. У них произошел неприятный разговор, из которого она сделала вывод, что отец не только участвовал в разработке, но, по-существу, был ее основным создателем. Более того, он прекрасно сознавал, как именно это можно применить. Короче говоря, ему не удалось доказать своей дочери, что делать из людей марионеток — это благо, и он просто решил запереть ее, что он и сделал.

— Хорошо, но как ты попал к ней домой?

— Очень просто. Телефон он не выключил, решив, что ей особенно некуда звонить. Ну, а чтобы попасть на третий этаж существует масса способов. Скажем — пожарная лестница. Так что у нее было, по крайней мере, несколько причин для того, чтобы оказаться с нами. И последнее. Она каким-то образом узнала, что эту штуку впервые используют сегодня вечером, во время митинга. Цель — вызвать массовое недовольство. Так что эта штуковина будет находиться где-то рядом с площадью. Но где конкретно — знает только ее отец. Мы завязли в этом деле, и если мы не убедим кого надо, что все это реальность, нас тихо уберут. Если нам удастся найти неопровержимые доказательства, у нас есть шанс выжить. Но для доказательства надо отыскать эту штуковину. Так что у нас один выход — заставить заговорить ее отца… Митинг должен был начаться довольно поздно. У нас в запасе было чуть более трех часов. Переодевшись в нечто, потерявшее цвет и форму, мы вышли во двор. Там стоял грузовичок. На таких грузовичках в пору моего детства развозили школьные завтраки.

Машина была старой и, казалось, рассыплется от одного прикосновения. У машины стоял наш хозяин. Он молча пожал каждому из нас руку и, убедившись, что машина завелась, махнул рукой пареньку, который распахнул перед нами дверцу.

В кабине было тесно. Внизу, у моих ног, стояла канистра с бензином. Грузовичок, как ни странно, оказался на редкость резвым, и через какие-то полчаса мы въехали в город.

Метров за сто от дома профессора мы остановились. Ничего подозрительного не заметив, мы вышли из машины. Позвонили к нему по телефону. Никто не отвечал. Тогда мы решили нанести ему визит.

Наши робы полностью преобразили нас. Взяв из кузова машины трубу и инструменты, мы вошли в подъезд. Поднялись пешком на этаж выше нужного. На лестничных площадках никого не было. Оставив меня на площадке этажом выше, Фуад спустился к квартире профессора. Я успел заметить, как он вытащил из верхнего кармана большую связку ключей. Возился он достаточно долго. Наконец открыл дверь. Сложив инструменты в углу возле лифта, я спустился вниз.

Хотя было еще не особенно поздно, в коридоре было темно. Не зажигая свет, буквально на ощупь мы пробрались на застекленный балкон и спрятались за высоким шкафом. Дверь в комнату мы оставили открытой.

Послышался бой больших настольных часов в гостиной. Вдруг мы уловили, что кто-то отпирает дверь. По тому, как осторожно и тихо это делалось, мы поняли — это не хозяин.

Через несколько минут незнакомец появился в комнате. Не зажигая света, он подошел к креслу и спокойно сел, положив пистолет с глушителем на колени.

Фуад слегка толкнул дверь ногой. Она, скрипнув, приоткрылась. Сидящий в кресле человек моментально навел на дверь свой пистолет. Потом, решив очевидно, что это сквозняк, успокоился. Тем более, что ему хорошо было видно, что форточка на балконе открыта.

Фуад еще раз толкнул дверь ногой и снова послышался неприятный скрип. Убийца, положив пистолет на журнальный столик, подошел к двери. Фуад рывком распахнул дверь и, не давая ему опомниться, нанес ему мощный удар в челюсть.

Связав непрошенного гостя и уложив его на тахту, мы обследовали содержимое его карманов. Документы, найденные нами в верхнем левом кармане его куртки, свидетельствовали, что их владелец является сотрудником уголовного розыска одного из районов города.

Неожиданно послышался звук отпираемой двери. Отскочив от тахты, мы встали по обе стороны двери, ведущей в гостиную.