Чтение онлайн

При взлёте все пассажиры должны были запереть багаж во встроенном шкафчике, лечь на койки и пристегнуться ремнями. Я чётко выполнила все инструкции. Лежать без подушки и одеяла было странно, но во время взлёта может быть отказ систем стабилизации или другие неполадки. Что может привести к серьёзным травмам и даже смерти!

После взлёта искин объявил о разрешении встать. Я тут же вскочила, вышла из каюты и пошла в рубку. Корабль пустовал. На борту должно быть десять человек плюс три члена экипажа, но коридоры абсолютно пустые!

В рубке нашёлся командор, пилот и капитан судна. Настороженно выглянула из-за перегородки, чувствуя неуверенность. Командор читал сводки с планшета, а остальные контролировали показатели на многочисленных экранах.

Можно ли мне заходить в рубку? Или здесь секретные данные?

— Заходи, Ева. Можешь занять кресло рядом со мной.

Я прошла по рубке, села рядом с Адамом. Положила руки на подлокотники, но сразу убрала. Наши руки разделяло всего несколько сантиметров.

— А где все?

— Гвардейцы будут в каютах.

— Всё время? — удивилась я.

— Да. Там есть всё необходимое для жизни. Пайки будут разогревать и разносить члены команды катера.

Лететь нам предстояло чуть больше суток. И всё это время бойцы будут проводить в тесных каютах?

— Но почему им нельзя выйти!?

— Зачем?

К нашему разговору прислушивались и пилот, и командир. Второй усатый дядечка средних лет прятал улыбку. Мои вопросы казались ему смешными.

— Ноги размять.

— Они будут делать комплекс энергетических упражнений по очереди. Не переживай, Ева. Это стандартная процедура.

— Тогда и мне стоит вернуться к себе.

— Ты можешь остаться.

Но я уже встала, демонстрируя желание уйти. Адам вздохнул и тоже встал.

— Я тебя провожу.

Спорить с ним на глазах, его подчинённых я не стала. Кивнула и пошла к своей каюте. Мы зашли в мой отсек, дверь с лёгким шипением сервоприводов закрылась за спиной командора.zARFUM-5

— Почему ты не позволяешь относиться к тебе должным образом? — поинтересовался Нокс, оглядывая мою каюту.

— Что значит должным образом, Адам? — я развернулась, встала на цыпочки, заглядывая в его глаза — На Венере особое отношение заслуживали калеки и немощные! Те, чьи возможности ограничены. Я же молодая, здоровая женщина. Почему ты всё время унижаешь меня своей помощью?

Он сделал шаг вперёд. Поднял руку, заправил локон, выбившийся из моего пучка.

— Это не унижение, а забота! Разве ты не понимаешь, что я хочу заботиться о тебе? Как же с тобой сложно! — прорычал командор.

А потом случилось невероятное! Его губы накрыли мои. Поцелуй выбил все мысли из моей головы. Остались только ощущение скользящих жёстких губ по моим губам. Его язык, завоёвывающий мой рот искушал. Сердце билось где-то в висках. Мои дрожащие руки впились в форменный китель!

Я искала хоть какую-то опору в этом урагане, но только падала ещё сильнее! В животе тугими кольцами сворачивалась наслаждение. Мои щёки горели то ли от стыда, то ли от возбуждения. И главное — я не сделала ни малейшей попытки оттолкнуть его! Какой позор!

Требовательные руки потянулись к магнитам на комбинезоне. Мысли о том, что между нами и гвардейцами только тонкая перегородка неожиданно вспыхнула в сознании, и это отрезвило. Я, наконец, оттолкнула его руки!

— Нет! — прохрипела я.

Адам отпустил и даже сделал шаг назад. Всего секунду на его лице царила растерянность и дикое желание! А потом вновь заиграла бесстрастная маска. Губы горели от поцелуя! Дыхание сбилось!

— Прошу прощения! — охрипшим голосом извинился командор и вышел.

Я села на койку, шумно выдохнула. Что это сейчас было? Как я могла позволить этому поцелую состояться? Как он мог поцеловать? Запретные ласки между мужчиной и женщиной осуждались на Венере.

Мы давно изобрели специальных безопасных киборгов и стимуляцию мозга! Инстинкт размножения давно взят под контроль, так как я допустила первобытный поцелуй?!

Видимо, похищение, травма и постоянный стресс сделали своё дело. И я готова тянуться даже к опасному и властному мужчине, лишь бы почувствовать ощущение защищенности. Мои гормоны обманывают сами себя.

Успокоив сознание логичным объяснением, я легла. Спать не хотелось, но лениво валяться на кровати и думать о своей загубленной жизни самое то. Меня ведь будут допрашивать дома. Что делать? Врать? Но тогда я сразу окажусь вне закона!

А сказав правду, меня определят в специализированную клинику. Полгода под присмотром за одну-единственную слабость!

Это мысли доставляли дискомфорт. Проблемы я решила оставить на потом. Выходить из каюты и встречаться с командором тоже не хотелось, и я изнывала от скуки до вечера. Обед и ужин принесли прямо в каюту. Тут же стоял стационарный утилизатор, санитарный отсек примыкал к каюте. Здесь было всё, что нужно для комфортного времени пребывания, но чего-то всё равно не хватало!

Подсознание подсказывало — общества Адама тебе не хватает. Я и правда очень привыкла к нашим вечерним посиделкам. Но он не пришёл вечером, а идти разыскивать его, я не стала. Смущение от последней встречи давило.

Когда объявили боевую готовность и общий сбор я обрадовалась. Это возможность выйти, пусть и сомнительная!

Бойцы выстроились в шеренгу. Они держались за поручень, намертво приваренный к листам железа. Я тоже попробовала ухватиться, но роста хватало касаться его только кончиками пальцев. Корабль маневрировал. Я чувствовала гул двигателей. Компенсаторы едва справлялись с нагрузкой. Гравитация давила на барабанные перепонки.

Жёсткая стыковка, сильный толчок, от которого я теряю равновесие и лежать бы мне с разбитым носом на жёстком полу, но в последний момент мою талию обхватывает сильная рука. Меня прижимают к широкой груди бережно, но уверенно. Я чувствую запах с горькими нотами и свежестью.

Мне не нужно поворачиваться, чтобы понять, кто спас меня от позорного падения. И чьё жаркое дыхание шевелит локоны, собранные в высокий хвост.

— Абордаж! Отряд приготовится! — крутил на повторе искин.

Адреналин хлынул в низ живота. Бойцы подобрались, перехватили шоковое оружие. Стрелять плазмой или пулями в звездолёте или на космической станции безумие!

— Абордаж! Отряд приготовится! Шлюз стыкован! Шлюз открыт!

Первый боец шмыгнул в открывающийся шлюз до того, как искин объявил начало штурма. Я стояла последней и вошла в стыковочный коридор, когда он был уже зачищен. Это оказалась самодельная станция.