Запретный Наследник
Шрифт:
Я был бы отцом её детей.
Боже. Боже. Боже. Я так отчаянно хочу этой мечты.
Мое сердце физически болит от понимания того, что этому не бывать. Дэнни никогда не увидит во мне кого-то большего, чем лучшего друга Тристана.
Я запускаю руку ей под волосы, касаясь шеи, впитывая нежность её кожи. Дэнни прижимается еще ближе, заставляя меня снова замереть. Мое сердце пускается вскачь, когда она высвобождает руку, зажатую между нами, и обнимает меня за талию.
В груди болезненно колет.
Я хочу большего. Намного большего.
Я смакую каждую секунду. Я пью этот момент, как человек, умирающий от жажды. Дэнни мой мираж в пустыне, которой стала моя жизнь.
ГЛАВА 2
ДЭННИ
Я опускаюсь на мягкий диван, провожая взглядом Райкера, который направился к стойке регистрации за нашими ключ-картами.
По крайней мере, он догадался сделать международные права и арендовать машину, так что нам не придется зависеть от общественного транспорта Южной Африки, который, по слухам, не слишком надежен.
Я до сих пор не могу прийти в себя после пробуждения: мы спали, буквально приклеившись друг к другу, переплетясь руками и ногами. Разумеется, я не шевельнула ни единым мускулом, боясь его разбудить.
Боже, это было так правильно, чувствовать себя в объятиях мужчины, которого я люблю.
Мой взгляд скользит по его спине, узкой талии и заднице… черт, она будто из стали высечена.
Один лишь звук его дыхания на моих волосах и воспоминание о том, как его рука прижимала меня к себе, заставляют мое тело нагреваться. Уверена, я уже близка к уровню самовозгорания.
Когда он разворачивается и идет ко мне, его походка полна уверенности… и силы. У меня вырывается томный вздох, и я встаю ему навстречу.
— Мы будем жить вместе, — заявляет он.
— Что? — я хлопаю глазами, как полная идиотка.
Уголок его рта ползет вверх. — В пентхаусе. Там две спальни, так что ты сможешь расслабиться.
— О… хорошо, — бормочу я, хватаясь за ручку чемодана. Потянув его за собой, я направляюсь к лифту.
Мы остановились в «The Silo». Это пятизвездочный отель, построенный прямо над крупнейшим в Африке музеем современного искусства. Он находится в самом сердце набережной, которую мне не терпится исследовать при первой же возможности.
Когда мы заходим в номер, я оглядываю гостиную и обеденную зону. Вид на Атлантический океан просто потрясающий.
— Это остров Роббенэйланд? — спрашиваю я.
— Да. Можем запланировать поездку туда, если захочешь, — отвечает Райкер. Он заглядывает в спальни и спрашивает:
— Какую выбираешь?
Я иду к первой попавшейся.
— Без разницы. Спать я всё равно особо не собираюсь.
— Ну да, ты же выспалась в самолете, — слышу я его насмешливый тон и, прежде чем закрыть дверь, награждаю его испепеляющим взглядом.
Достав из сумки черные брюки, белую блузку и белье, я направляюсь в роскошную ванную. Набираю ванну с пеной и минут десять просто отмокаю в ароматной воде.
Через пять дней у нас встреча с советом директоров Take3 — крупнейшего маркетплейса Южной Африки. Либо мы договоримся о партнерстве, либо нам придется начинать с нуля и становиться их прямыми конкурентами. Второй вариант означает, что в будущем мне придется летать из Штатов в ЮАР довольно часто. Наш плацдарм здесь обеспечит нам контроль над всем континентом.
Выбравшись из ванны, я вытираюсь и густо наношу лосьон на тело. Нужно будет зайти к отельному парикмахеру, чтобы привели голову в порядок, потому что это последнее, на что у меня сейчас есть силы.
Я завязываю волосы в хвост и, одевшись, выхожу в общую гостиную.
— Райкер! — зову я.
— Да, мэм? — его приглушенный голос доносится из спальни. От этого «мэм» мои губы невольно изгибаются в улыбке.
Черт, это так заводит.
Прочистив горло, я говорю:
— Мне нужны файлы и ноутбуки.
— Зайди и возьми.
Сделав глубокий вдох, я толкаю дверь. Не увидев Райкера, я иду к месту, где лежат кожаный портфель и сумки с ноутбуками. Но как только я их подбираю, Райкер выходит из ванной. На нем только пушистое белое полотенце, низко повязанное на бедрах.
Боже правый.
Мой рот приоткрывается, а глаза расширяются. Не от шока, а чтобы получше всё рассмотреть.
Вау.
Святая матерь пресса.
Лицо Райкера тут же озаряет та самая порочная ухмылка, которую мне обычно хочется либо стереть пощечиной, либо сцеловать. Сейчас я определенно выбираю второе. Мой взгляд жадно скользит по его точеной груди и кубикам пресса, прежде чем замереть на «мышцах Адониса», которые прямым указателем уходят под полотенце.
Упади. Ну же, упади. Упади!
— Увидела что-то интересное? — спрашивает Райкер, разрушая мой эротический пузырь.
Выдав в ответ лишь недовольное фырканье, я вылетаю из его комнаты так быстро, как только могу. Чувствуя себя совершенно разбитой, я плюхаюсь на диван и открываю портфель. Раскладываю файлы по кофейному столику.
Сосредоточься, Дэнни. На работе, а не на Райкере.
РАЙКЕР
Я сверлю взглядом дверь, за которой только что скрылась Дэнни.
На её лице определенно был написан интерес. Я еще не настолько сошел с ума, чтобы воображать себе то, чего нет. Ведь так?
Хорошо, что она ушла так быстро. Еще секунда такого взгляда — и она получила бы место в первом ряду на шоу под названием «мой стояк».
Схватив джинсы и черную футболку, я переодеваюсь и выхожу в гостиную.
Дэнни вскидывает глаза и спрашивает:
— Ты взял финансовые отчеты, которые подготовил Ноа?
Я подхожу к кофейному столику и просматриваю файлы. Подобрав тот, что четко помечен «Финансы», протягиваю ей.
— О… спасибо.
— Подвинься, — шепчу я, и когда она освобождает место, сажусь рядом.
Когда она открывает папку, я наклоняюсь ближе, чтобы видеть цифры, и мы погружаемся в работу.
Через час я поднимаю руку и кладу её на спинку дивана. Теперь моё тело прижато почти вплотную к телу Дэнни.
— Стоимость Take3 — пятнадцать миллиардов, верно? — спрашиваю я.
— Угу, — бормочет она.
Я тянусь к одной из страниц в папке и чувствую, как Дэнни напрягается. Мой взгляд стреляет к её лицу. Её губы приоткрыты, ресницы опущены. Она делает глубокий вдох, а затем поднимает глаза на меня.