Чтение онлайн

Как во время землетрясения, вокруг Гидеона падала мебель, а светильники, слетев с потолочных креплений, раскачивались на проводах. Едва Гидеон успел принять нынешние масштабы бедствия, как случилась новая напасть: погас свет. Одновременно с тем, сильно кашлянув и издав агонизирующее дребезжание, умолк двигатель.

Выругавшись про себя, Гидеон надел налобный фонарь и продолжил как можно быстрее собирать снаряжение. Яхта неумолимо тонула. Гидеон отчаянно боролся с препятствиями, возникавшими то тут, то там на его пути, и старался не дать воде попасть внутрь — пока еще открытых — мешков. Он сумел найти несколько обойм, подходящих к их пистолетам, и вдобавок бросил в мешок пару гранат, так сказать, на всякий случай. Вслед им полетели: папка с материалами дела, какая-то веревка, два ножа с фиксированными лезвиями, вода и несколько коробок с энергетическими батончиками. А вода тем временем поднялась до уровня его колен…

Яхта сотряслась от удара мощной волны, врезавшейся в корпус. Гидеон услышал треск, и почти сразу ощутил, как ему в лицо полетели брызги соленой воды. Еще несколько шкафов упало со всплеском. Медлить было больше нельзя. Он спешно запечатал непромокаемые мешки — теперь пришел черед позаботиться о жилетах. Он вытащил целую их кучу из аварийного отсека и, продев веревку через проймы рукавов, связал их вместе, после чего направился к трапу.

Еще одна массивная волна вонзилась в яхту, сильно накренив ее… и на этот раз судно не спешило выравниваться. Похоже, это конец! Яхта вот-вот пойдет ко дну.

— На палубу! Сейчас же! — услышал он крик Эми.

Вода перелилась через перила и уже добралась до рубки. Гидеон изо всех сил пытался поскорее подняться по трапу, пробиваясь через потоки воды, и стараясь не потерять свою ношу.

«Туркеза» начала погружаться в море боком. Вода, словно из Ниагарского водопада, хлынула в рулевую рубку. Это было, пожалуй, самое отвратительное чувство беспомощности перед стихией, которое когда-либо в своей жизни испытывал Гидеон. Они действительно шли ко дну.

— На палубу! — снова позвала Эми.

Пытаясь отвоевать свою ношу у воды, он протолкнул мешки и жилеты через дверной проем, а сам, вывалившись из него боком — из-за того, что палуба стала почти отвесной — начал карабкаться по окнам рулевой рубки. Далее лодка совершила разворот по вертикали: в то время как ее корма все глубже уходила под воду, нос, наподобие поплавка, задирался все выше и выше. Вода хлынула в кормовой отсек через открытую дверь, и он полностью исчез под водой за считанные мгновения.

Очередная огромная волна нанесла по яхте сильный удар, сбросив Гидеона в прибывающую воду. Он изо всех сил старался найти опору и отыскать глазами Эми, но в сгущающейся темноте слышал лишь ее голос.

— Выбирайся оттуда! Быстро! — кричала она.

Но бежать уже было некуда. Дверь в рулевую рубку оказалась полностью захоронена под водой, и яхта, оставаясь в строго вертикальном положении, продолжала стремительно тонуть. Гидеон угодил в ловушку: снизу бездна воды, а над головой выстроился ряд закрытых окон рубки. Он точно не сможет нырнуть и проплыть под водой вместе с вещами, чтобы выбраться отсюда через затопленную дверь.

Где же Эми?

Тут он услышал оглушительный треск, за которым последовала вспышка света. Затем еще одна. Обзорное окно рулевой рубки взорвалось, разлетевшись вдребезги, и Гидеон понял, что вспышки были выстрелами из пистолета Эми .45 калибра: она стреляла по окнам, чтобы создать ему путь к отступлению.

Воздух со свистом вылетел из разбитых окон.

Вода продолжала быстро подниматься, подхватив Гидеона, а он меж тем старался сманеврировать так, чтобы вместе со спасательными жилетами и мешками она вынесла его наружу прямиком через, теперь уже пустой, оконный проем. Как будто со вздохом сожаления вода вытолкнула его на свободу, хотя в то же время, пыталась утянуть его вниз. Жилеты не дали ей этого сделать, и уже через пару мгновений Гидеон обнаружил себя барахтающимся на поверхности моря и цепляющимся за массу связанных между собой спасательных жилетов.

В тот момент, когда он взглянул на яхту, та перевернулась вверх дном, и, словно огромный кит, начала опускаться на глубину. Через несколько секунд «Туркеза» окончательно ушла под воду и скрылась в волнах.

— Эми? — позвал он.

— Я здесь.

Он заметил темный силуэт, качающийся на волнах. За несколько гребков девушка сумела подплыть к Гидеону и импровизированному плоту. Но не успели они перевести дух, как огромная шипящая волна накрыла их с головой. На какое-то мгновение напарники оказались поглощены водной массой, но уже скоро их поплавок снова вынес их на поверхность, и Кру судорожно попытался продышаться.

— Спасибо, — наконец, вымолвил он.

Над ними снова нависла волна, и она, подобно своей предшественнице, так же погребла их под своим пенящимся гребнем.

Гидеон цеплялся за плот из жилетов, отчаянно борясь за жизнь, и жадно хватал каждый доступный глоток воздуха. В его голове крутилась только одна мысль: «До ближайшей земли более полутора тысяч миль».

Рассвет напоминал, скорее, мазок грязи на горизонте, чем величественный восход солнца. Шторм все бушевал, хотя и чуть стих. Ветер продолжал реветь над морем, то и дело поднимая шипящие волны. Гидеон и Эми прильнули к массе связанных между собой спасательных жилетов, и не говорили ни слова — они слишком устали, чтобы разговаривать. Гидеону казалось, что их жизнями завладел какой-то бесконечный ужасающий морской ритм: подъем-спуск, подъем-спуск, подъем… и снова спуск — на каждой чертовой волне. Все обычно начиналось с громкого шипения пены, словно она преследовала их и служила неизменным аккомпаниатором. Затем их подбрасывало вверх, и на них накатывала огромная волна, хоронящая их под собой и стремящаяся утянуть их в бездонную пучину моря. Раз за разом им приходилось барахтаться и бороться за жизнь, прорываться на поверхность и откашливаться. После этого, они оказывались у подножия следующей пенной волны, и это была единственная доступная им секундная передышка — здесь хотя бы ненадолго утихал ветер. Но тут следовал неизбежный подъем, и цикл повторялся снова. Воздух был таким влажным, что на дыхание уходило неимоверно много сил. Море и ветер гнали с огромной скоростью несчастных потерянных напарников прямиком на запад.

Но, по крайней мере, у них была питьевая вода. Гидеону удалось открыть водонепроницаемый мешок и вытащить одну бутылку и даже осушить ее напополам с Эми, заплатив за это тем, что в сумку залилась морская вода. Гидеона вырвало.

Медленно… очень медленно светлело небо, и начинался новый день. Ветер все не стихал, но волнение моря стало более размеренным. Величественный марш волн продолжал нести их в том же направлении, что воздушные порывы и течение. Периодически по морю прокатывались полосы дождя, и небо пронзали молнии. Сильный дождь, казалось, сглаживал зыбь и чуть утихомиривал ветер. В какой-то момент стало достаточно тихо, и Гидеон отважился заговорить, взглянув в бледное и изможденное лицо Эми на другой стороне их самодельного плота.

— Эми?

Она кивнула.

— Ты… в порядке?

— В норме. А ты?

— Хорошо.

— Хочу пить.

Гидеон подождал, пока волна схлынет, затем открыл непромокаемую сумку и вытащил еще одну литровую бутылку. До того как он снова успел запечатать мешок, в него попала еще одна порция воды. Ему пришлось подождать несколько секунд, прежде чем передать бутылку Эми — накатила очередная волна, и он всеми силами постарался не потерять спасительную влагу.

Получив воду, она сделал большой глоток. Дождавшись, пока минует еще одна волна, она вернула полупустую бутылку Гидеону, и он ее допил. Слава Богу, на этот раз его не стошнило, и воду удалось удержать в себе.

Весь день они сражались с морем, выдерживая бесконечный цикл спусков и подъемов, натиск ветра и воды, едва не утопая при каждом накате волны. К вечеру Гидеон почувствовал, что руки у него онемели. Он не сможет продержаться так слишком долго — уж точно не выдержит еще одну ночь.

— Эми, нам нужно привязать себя, — выдохнул он, — на случай, если не сможем…

— Поняла.

Собрав последние силы, Гидеон с трудом вытащил онемевшими пальцами из мешка веревку, а затем, с не меньшим трудом, сумел продеть один ее конец через свой ремень, а другой — через ремень Эми и крепко привязать их обоих к плоту. Эта серия действий почти полностью истощила его.