Чтение онлайн

— Смеешься? Это отличная история!

Всего за пару минут Эми съела банан и отбросила кожуру в темноту джунглей, после чего была готова продолжать разговор.

— Знаешь, есть еще кое-что, что я только сейчас поняла. Гомер упоминает в «Одиссее» каннибализм. Причем, неоднократно. Но в древности каннибализм в области Средиземного моря был совершенно неизвестен. Однако для Карибского бассейна это явление было… весьма распространенным.

— Занимательно…

Она взглянула на напарника. Повисла тишина, нарушаемая лишь потрескиванием огня и бризом, шелестевшим в пальмах над их головами. Гидеон посмотрел на ее лицо в свете огня.

— Ты очень красивая.

Она покраснела и попыталась сменить тему.

— Так… на чем мы остано…

Он наклонился, чтобы поцеловать ее, но Эми решительно оттолкнула его.

— В чем дело? — ошеломленно спросил он.

— Нам ни к чему усложнять наше задание и наши отношения подобным образом.

Гидеон приподнял бровь.

— Ты серьезно?

— Да, серьезно, — она слишком поспешно схватила свои распечатки, давая понять, что рассказ окончен. — А теперь позволь мне вернуться к работе. А ты… можешь… пойти понырять или еще что-нибудь в этом духе… в общем, остынь.

Ночь они провели под защитой пальмовой рощи, а когда наступило утро, и над глянцевым морем поднялось жаркое солнце, принеся с собой удушающее одеяло тепла и стаи москитов, Гидеон отправился купаться в попытке спастись от них. Вернувшись в лагерь, он обнаружил, что Эми развела дымный костер, который отпугивал насекомых куда лучше, чем соленая вода.

Они молча доели остатки вчерашнего броненосца, сгоняя с них мух, тоже желающих ими поживиться. Пресной воды у них оставалось очень мало, и теперь приходилось экономить. Когда жара стала почти невыносимой, Гидеон вновь ощутил острую жажду.

— Нам пора выдвигаться, — сказала Эми, складывая свои скудные пожитки в непромокаемый мешок.

— Разве мы не должны хотя бы попытаться дозвониться до Глинна?

— Если ты помнишь, батарея спутникового телефона почти села. Я думаю, нам лучше оставить заряд на случай, если ситуация станет совсем критической.

— Ладно, но Глинн с ума сойдет, если мы не выйдем на связь в ближайшее время.

Эми покачала головой, одарив его легкой полуулыбкой.

— Что ж, сочувствую ему.

— Тебе не нравится Глинн?

— Как ты догадался? — саркастически спросила она.

Гидеон молча наблюдал за тем, как Эми аккуратно сворачивает распечатку «Одиссеи» и кладет ее в водонепроницаемый мешок. При свете дня ее теория казалась более диковинной, нежели накануне, когда она с убежденностью и энтузиазмом в глазах рассказывала про Одиссея при отсветах костра. Гидеон почувствовал растущее раздражение от того, как аккуратно она обращалась с распечаткой. Впрочем, он понимал, что, скорее всего, его раздражает не столько педантичность Эми, сколько его собственная импульсивная выходка и, последовавший за ней, ее поспешный отказ. Да и от помощи Глинна она раз за разом упорно отказывалась. Интересно, почему?

Собрав вещи, они побрели по пляжу дальше, пока не дошли до новой лагуны, и эта рельефная особенность принесла с собой неприятный сюрприз: она оказалась шире, чем предыдущие — по крайней мере, триста ярдов шириной — и из нее в море вытекал стремительный поток коричневой воды. Гидеон, глядя вдаль, видел, что лагуна огромна, почти как внутреннее море.

— Этого я и боялась, — сказала Эми, опустив на землю свой мешок. — Должно быть, это Лагуна-де-лос-Микос, большая лагуна, которую я припоминаю из виденных мной морских карт.

— Если мы попытаемся ее переплыть, нас вынесет в открытое море, — кивнул Гидеон. — И мы не сможем обойти ее — слишком широкая.

Эми молчала.

— Почему бы не принять предложение Глинна о новой лодке? Эта лагуна была бы хорошей точкой для нового рандеву.

Эми покачала головой.

— Мы почти на месте, — она порылась в своем мешке и извлекла оттуда бинокль. Подойдя к краю, она оглядела берега лагуны, которые длинным полумесяцем уходили от них в туманную даль. Жуки и мухи роились над водой, и один из них попытался залезть Гидеону в ухо, невыносимо громко жужжа. Мужчина, поморщившись, вытащил его пальцем. Пока они с Эми стояли без движения, облако вредоносных насекомых еще сильнее сгустилось, превратившись в настоящую хищную тучу. Они пытались залететь в рот, в глаза и уши, и взмахи руками совсем не помогали их отогнать.

Эми опустила бинокль.

— Думаю, нам стоит идти вдоль берега, — заключила она. — Там, где лагуна расширяется, совсем неглубоко. Мы сможем ее перейти или переплыть.

— Чтобы мы ни намеревались сделать, давай двигаться. А то нас сожрут заживо. Меня уже почти съели.

Они зашагали вдоль илистых берегов лагуны, пробираясь через труднопроходимые дебри мангровых зарослей и деревьев. Вода была около трех футов глубиной, а на дне находилась плотная илистая гадость, с каждым шагом становящаяся все более настойчивой в своем стремлении утянуть их вниз. Это был медленный и изнурительный переход, и усложнялся он еще тем, что болотные обитатели никуда не девались, сопровождая каждый их шаг.

Когда лагуна расширилась, течение действительно уменьшилось. Эми и Гидеон теперь вышагивали по застоялой вонючей теплой воде. Жара, влажность и насекомые окутывали их, как паровое одеяло.

— Мы могли бы попробовать переплыть, — сказал Гидеон, глядя на дальний берег лагуны, который теперь отстоял от них примерно на милю. Эми прищурилась, вытащила бинокль и стала исследовать берег впереди них. Внезапно она замерла, затаив дыхание.

— В чем дело?

Девушка молча вручила ему бинокль.

— Примерно на расстоянии в полмили. Взгляни на ту белеющую штуку.

Гидеон взял бинокль и присмотрелся.

— Похоже, это лодка…

Значительно ускорив шаг, они пробрались по краю мангровых зарослей, пока лодка не оказалась в их непосредственном поле зрения. Это было потрепанное деревянное каноэ, наполовину заполненное водой, которое увязло в клубке мангровых корней. По меньшей мере, десять слоев яркой краски то тут, то там отслаивались с его боков, придавая ему психоделический вид.

— Давай заберемся в него и посмотрим, можно ли на нем плыть, — предложил Гидеон.

Добравшись до находки, они принялись, складывая руки лодочкой, вычерпывать воду. Примерно через десять минуту каноэ оказалось на плаву, и лишь тонкая струйка воды просачивалась сквозь трещины в его дне. Эми и Гидеон поместили свои мешки в лодку, отыскали в мангровых зарослях пару коряг, которые могли бы послужить веслами, забрались в лодку и принялись грести. Когда каноэ отплыло от берега, Гидеон с облегчением ощутил слабый ветерок, который мало-помалу разогнал облако насекомых.