Чтение онлайн

Огромная угроза исходит от Соединенного королевства. На весну 2009 г. в Соединенном королевстве — 36 тысяч фирм и предприятий очутились на грани банкротства, а в 2010-м их будет как минимум 39 тысяч. Аналитики компании «Numis» сообщают своим клиентам в лондонском Сити, что 2010 год будет периодом втягивания страны в еще большую депрессию. Более того, существует огромный риск банкротства государства: ведь оно вынуждено наращивать затраты бюджета и снижать налоги ради стимулирования экономики в то время, как доходы казны падают. Национальный британский долг буквально свечой взмывает вверх. Британский Центр экономических и деловых исследований (The Centre for Economics and Business Research) предупреждает: упадок финансового сектора (основы нынешней британской виртуально-спекулятивной экономики) драматически сократит доходы английской казны.

Англия балансирует на грани социально-экономического краха. Налицо долговая ловушка: с каждым месяцем англичане, вынужденные расплачиваться по ранее взятым кредитам, увязают в своих задолженностях все глубже и глубже. Падение спроса со стороны потребителей вызовет дефляцию — падение цен. В сочетании с неплатежеспособностью граждан это приведет экономику к глубочайшей депрессии.

Дефляция еще более усугубит положение должников, автоматически увеличивая относительную стоимость их задолженностей. По мнению главного банка страны, Великобритании опасность угрожает в большей степени, нежели другим странам. Ведь в ней, согласно статистическим данным, велика численность семей с солидными задолженностями, при этом многие из них оформили кредиты с постоянной процентной ставкой. Совокупный долг англичан сейчас — астрономическая цифра в полтора триллиона фунтов, причем долг сей увеличился с 1997 года на 165%, в среднем составляя 60 тысяч фунтов на семью. Считается, что это — самый высокий долговой уровень на планете.

Англия — в западне. Ей, с одной стороны, нужно заставить граждан радикально сократить потребление и отдавать взятые кредиты. Но это — очевидная дефляция, падение доходов торговли и сферы услуг, снижение бюджетных поступлений. Кроме того, многие аналитики говорят о том, что такая политика вызовет выход на улицы разгневанных толп граждан — как в Латвии или Исландии.

Что делать — не знает никто. Если же английская экономика рухнет, то потянет за собой тесно связанные с нею экономики: и США, и Евросоюза. А уж от них новый виток Ме- гакризиса распространится на страны-промышленные цеха—в Юго-Восточную Азию. Все это, в общем, уронит цены на углеводороды — и станет отчаянно плохо поставщикам нефти/газа: РФ, Ирану, арабским странам Персидского залива.

Н-да, как бесславно заканчивается английский эксперимент! Первой на Западе (при Тэтчер в 1979-м) двинувшись по пути неограниченного капитализма и объявив это реальной альтернативой советской модели, Великобритания за тридцать лет уничтожила собственную промышленность и превратилась в нацию людей, живущих не по средствам, в долг, страну- спекулянта. А вот - и закономерный конец эксперимента.

Летом 2009 года английская пресса стала писать, что на самом деле нужно было в последние двадцать лет развивать не финансово-спекулятивный сектор, а реальное производство, что за последние годы Великобритания потеряла миллион рабочих мест в промышленности. Поздно, господа, поздно спохватились.

Но Англия — не единственное «слабое звено» экономики Евросоюза. В Еврозоне правительства плохо справляются с кризисом. Сказывается то, что ЕС находится под управлением неэффективных бюрократий и недалеким умом политиков, все последние годы расширявших Евросоюз за счет стран с хилой экономикой. Теперь они повисли на шее Европы тяжкими гирями.

Испания, например, привыкла за последние десять лет получать огромные доходы от туризма и «пузыря» растущих цен на недвижимость (и связанного с этим строительного бума). А теперь все это лопнуло, снижаются зарплаты. И старый прием с девальвацией национальной валюты ради повышения конкурентоспособности повторить нельзя: страна перешла на евро. Испанская экономика — кандидат на банкротство.

Сегодня к дефолту и финансовому краху движется экономика Греции. Ее госдолг составляет 135% ВВП, а дефицит бюджета — 12,7%. Греки наделали кучу долгов, одновременно потеряв конкурентоспособность (способность зарабатывать) после вхождения в зону евро. При этом урезать расходы бюджета Греция не может: в ней и так молодежь бунтует. Нет спасительного средства: девальвации национальной валюты. Нет ни у греков, ни у испанцев. Ибо больше нет национальных валют. В то же время крахТреции и Испании может пустить вразнос финансовые рынки Евросоюза.

* ж *

Как пишет Сергей Журавлев («Пузыри на экспорт». — «Эксперт», 2009, 7—13 декабря), в нынешней мировой экономике почти ничего не изменилось с 2000-х годов. «В ней все также образуются пузыри и возникает паника, когда они лопаются, как полтора года назад».

Накоплена неимоверная масса «горячих денег». Ну, напечатали их за последние тридцать лет — Монблан. Куда они идут? США больше не могут принять в себя эту массу (исчезли Интернет-бум и дорогая недвижимость). Западная Европа тоже ничего предложить не может. И деньги ринулись на рынки развивающихся стран, всяких БРИК, надувая там свои пузыри. И еще неизвестно: приведет ли это к расцвету надуваемых стран или к последующему финансовому взрыву.

А денег очень много. Как керенок. Особенно у Китая и у нефтедобывающих стран в их так называемых «суверенных фондах». Они вкачиваются в долговые обязательства тех же стран «Большой Семерки», но финансовый взрыв (глобальный дефолт по выплате госдолгов) может уничтожить деньги китайцев и нефтяных государств.

Что это значит — пояснять надо?

* * *

Вывод однозначен: катастрофа уже неизбежна. Она чревата если не мировой войной, то серией крупнейших региональных конфликтов и революций. С крахом капиталистических финансов выиграют лишь те, кто может обеспечить себя энергией, водой, продовольствием и оружием, при этом обладая достаточно живой силой, способностью к ее мобилизации и научными мощностями, достаточными для совершения нового технологического прорыва.

Катастрофу уже невозможно предотвратить. Капиталистические «элиты» не могут этого по своей природе.

Ареной схваток и глобального передела (территорий, ресурсов) станет слабая РФ. В борьбе за ее земли и природные богатства схлестнутся главные мировые силы. Грядет нечто похожее на планетарную катастрофу, описанную в романе «Час быка» великого Ивана Ефремова — посмотрите на канун Века Мудрого Отказа. Впереди — установление нового строя, тоталитарного и некапиталистического. Выбор будет лишь в вариантах тоталитаризма.

Тем, кто планирует будущее на государственном уровне, нужно исходить из неизбежности глобальной катастрофы и последующей схватки всех за место под солнцем в «прекрасном новом мире».

* * *

Итак, представим: обвал мировой экономики произошел. Волна крахов прокатилась по миру. Обстановка — канун социального взрыва. Кто и что имеет на этот момент?

Начнем с США. Напомним, что с крахом капиталистических финансов выиграют лишь те, кто может обеспечить себя энергией, водой, продовольствием и оружием, при этом обладая достаточно живой силой, способностью к ее мобилизации и научными мощностями, достаточными для совершения нового технологического прорыва. Каковы позиции Америки?

В случае если янки смогут установить у себя тоталитарный режим, у них есть неплохие шансы на выживание и создание автаркии. Они самообеспечиваются пресной водой и продовольствием, их колоссальная военная мощь позволяет решить проблему питанием нефтью извне (помимо собственных законсервированных ее месторождений). Военно-промышленный комплекс Соединенных Штатов (в отличие от советского) не подвергся варварскому разрушению. Они могут развить новую триаду стратегических вооружений (ядерные силы, высокоточное неядерное оружие стратегического назначения, противоракетно-противокосмическая оборона). Научно-технологический потенциал Америки еще достаточно силен, чтобы обеспечить и тоталитарный режим у себя до мац и военные операции вне пределов страны. Кроме того, имеющийся запас мозгов и научных центров позволяет янкесам прорваться в следующую технологическую эпоху. И пусть в результате возникнет, как говорит Андрей Фурсов, новое кастовое некапиталистическое общество. В данном случае это — вопрос второстепенный.