Чтение онлайн

Уши также как и щеки Веселушки порозовели, как тогда в крепости арбитрес и она молча продолжала обрабатывать раны вождя. Хват прекрасно понимал ее чувства - когда на твоих руках умирает пациент, а ты ничего не можешь сделать просто потому, что раны слишком глубокие, он потерял много крови и вопрос его выживания - это вопрос чуда, то произошедшее очень сильно ударяет по переживающему за пострадавшего медику. Будет угодно Небесному Кузнецу или самому Императору, чтобы боец выжил и выздоровел - это произойдет. Нет - значит, нет. Хват же старался не касаться вопросов веры, если это помогает его воинам, то и незачем запрещать. Да он и сам последнее время начинал задумываться над сутью вещей, почему все устроено именно так и не иначе. И возникший внезапно вопрос о происхождений огринов его тоже заинтересовал еще там, в учебке, ведь он видел своих "собратьев" с других планет и они разительно отличались от его родичей. Пускай не силой и комплекцией, но умом и сообразительностью. Нет, они тоже не были такими уж тупоголовыми, какими их показывают в имперских агитках и методичках, но не отличались гибким умом, как сородичи Хвата. Узнавая что-то новое, огрин это запоминал и потом применял в жизни, другие же смотрели на новинки равнодушно. Впрочем, даже неумным собратьям нравилось стрелять из дробовиков, потому что это было очень шумно и весело.

Веселушка закончила обрабатывать раны и начала зашивать их, прокалывая иглой кожу и стягивая края. Хват морщился, но боль притупилась от мази, которая обладала мягким анестезиологическим эффектом и было не так больно. Захотелось спать, но огрин приказал себе взбодриться, потому что впереди еще было одно незаконченное дело. Веселушка сама уже клевала носом - она выдержала тяжелый бой, пускай и на второй линии. Каким бы равноправием огринские женщины не пользовались, но мужчины всегда их задвигали на второй план, первыми принимая удар врага на себя. Наивысшая задача женщины - рожать воинов и беречь очаг, а не биться с противником, хотя они и умели это делать. Поэтому Веселушка видела, как погиб Стержень, Битень, Кулак, Ловкач скончался от полученных ран еще там, возле жилого комплекса коммуны, Космач получил тяжелые раны и сейчас находился между жизнью и смертью. Из всего личного отряда Хвата на ногах остались только она и Молчун, который сейчас отдыхал в казарме - Жила приказал всем спать как только огрины выгрузились из транспортеров. Воины понимали, что конец еще далеко и использовали каждую минутку для отдыха. Веселушка закончила зашивать раны на теле вождя, срезала нитку и нанесла на все это сверху толстый слой мази, плотно перебинтовав. Хват почувствовал себя как в корсете.

– Без резких движений хотя бы сутки, а то раны вскроются.
– Пробурчала девушка себе под нос и вздохнула, виновато посмотрев на вождя.
– Только нет у нас этих суток.

– Нет.
– Согласно кивнул он.
– Благодарю.
– Он отечески потрепал ее волосы на голове и начал натягивать вонючий поддоспешник.

– Погоди, его надо постирать и зашить, лучше надень чистый.
– Остановила его Веселушка, начав копаться в рюкзаке, бурча оттуда.
– Я... вот... принесла.
– Добавила она уже тише.

Хват с интересом посмотрел на девушку, но выяснять причину ее заминки не стал.

– Доставай тогда.

Из безразмерного рюкзака тут же был извлечен комплект одеяния как раз под размер Хвата, который немедленно в него облачился. Помятый доспех закрепили сверху, огрин сунул топор за спину рукоятью в чехол, болтер так и не покинул кобуры, лазган повис на ремне, а единственная мельта была взята в руки. Огрин решительно направился к двери, которая распахнулась перед его носом и внутрь влетела канонисса, чуть не столкнувшись с могучей тушей громилы. Симона попыталась затормозить, но ее мягко поймали за талию, а сам Хват чуть сместился в сторону, чтобы женщина не ударилась в его доспехи.

– Хват?!
– она очень удивилась тому, что огрин уже проснулся и встал.
– Ты же... куда ты собрался? Тебе нужно отдыхать!

– Prorab выпускает ракету, не время нам всем отдыхать.
– Пропел Хват.
– Я слышал, вы планируете зачистить гнездо, тогда нам нужно спешить - ждать нас никто не будет.

Он не видел, как Веселушка за его спиной, упаковывая рюкзак, равнодушно смотрела на канониссу, однако в ее взгляде нет-нет, да мелькали искорки неприязни. Это наверняка повеселило бы Хвата, заметь он что-то подобное.

– Я разговаривала с инквизитором и она согласилась, чтобы участвовали только добровольцы.
– Сказала Симона.
– Вам нет нужды всем совать туда голову - раненые могут остаться здесь.

– Так и сделаем.
– Кивнул огрин.
– А сейчас надо спешить. О, а это что за эскорт?

В коридоре стояли несколько сестер битвы с носилками. Канонисса обернулась и чуть смущено произнесла:

– Это мы собирались тебя тащить в лазарет.

– Зря.
– Буркнул Хват.
– Такую тушу вряд ли подняли бы.

– У нас встроенные в силовую броню экзоскелеты.
– Заметила канонисса, которая чуть-чуть обиделась на такое замечание огрина.

– Тогда носилки бы сломались под такой тяжестью.
– Просто ответил тот.
– Ладно, раз уж пришли, то тащите нашего комиссара, а то она спит на ходу.

– Вот еще!
– Возопила Эмилия.
– Ничего я не сплю!

– Да?
– удивился Хват.
– Тогда чей храп я слышал минуту назад?

Все засмеялись, а комиссар хотела обидеться на огрина, пока не поняла, что это такая военная шутка.

– Отдых, конечно, не помешает.
– Сказал громила, когда смех утих.
– Сколько лететь до острова?

– Час, может быть чуть больше.
– Быстро подсчитала в уме канонисса.

– Веселушка, сколько у нас осталось бодрящего корня?

– Немного.
– Покачала головой та.
– На котелок хватит.

– Тогда пойдут только те, кто выпьет настоя.

– Ты сильно огорчишь тех, кого оставишь здесь.
– Серьезно произнесла Веселушка.
– Захотят пойти все, а варева получится мало.

– Будем тянуть жребий.
– Пожал плечами Хват и повернулся к канониссе.
– Можешь подкинуть нам оружия и боеприпасов? Эта штука, - он потряс мельтой, - оказалась весьма эффективной и очень хорошо жжет тварей. Если получится, то можно снять подобные с танков или транспортеров, тащить только неудобно будет, но что-нибудь да придумаем. Потом пригодятся огнеметы и дробовики - паразиты обожают прятаться в нишах в пещерах, там много тесного пространства и это оружие будет более востребованным, чем лазганы. Хорошо бы запустить туда пару ракет, но тогда обрушаться своды и Патриарх окажется заперт и сможет прорыть себе другой выход, а вечно караулить на острове его мы не сможем. К тому же он в любой момент может издать психический вопль и сюда примчит осколок Флота-улья и тогда всем станет очень кисло.

– Все твои предложения выглядят дельными, я сейчас же отдам приказ, чтобы техножрицы на "Славном" смогли переделать столько мельт, сколько у нас есть. Пока будем лететь, пока высадимся, определим норы и места атак, наметим маршруты, подвезут оружие и боеприпасы.

– Так и сделаем.
– Хват чуть отстранил Симону.
– А пока я переговорю со своими воинами - мы пребудем на погрузку как только решим, кто пойдет.

– Я немедленно отправлюсь в космопорт и первым же транспортом полечу на остров, чтобы организовать прием войск. Как только вы прилетите, все будет готово.
– Ответила ему канонисса и, повернувшись, первой вышла из комнаты.

– Святоша.
– Ядовито буркнула себе под нос на огринском Веселушка, думая, что ее не услышат, но Эмилия стояла рядом и с удивлением посмотрела на девушку. Она что, испытывает к канониссе неприязнь? Нет, причин у огринши ее любить, конечно, нет, но чтобы так относиться к сестре битвы, которая спасла их от смерти? Странно. А если она узнает или инквизитор почувствует эту сложившуюся неприязнь, как тогда быть? Не прилетит ли самой комиссару за такое непотребство, ведь она должна пресекать подобные мысли среди личного состава своего подразделения. Надо бы устроить личный разговор с Веселушкой, разузнать, что именно ее заставило так ненавидеть канониссу.