Чтение онлайн

"За что ты сердишься?"

"Да я не сержусь, я очень благодарна".

"За что?"

"Ну, вообще. Да, раз уж ты пришёл, тебя надо напоить чаем".

Таня дала ему чашку и конфету.

Он: "У тебя дрожат руки"

"Они всегда дрожат. Зачем ты пришёл? Во дворе могли увидеть, что ты идёшь сюда".

Он: "Не знаю, ко мне приходят в гости, и я никого не боюсь".

"Так ты же мужик. Мужик ты или нет?"

Он: "Да, меня встретила какая-то бабуля".

Он допивал чай, стараясь оттянуть уход. Таня стояла и ждала.

Он: "Я замёрз. Можно, я посижу у тебя немного?"

"Немного. Что же делать? Ты - гость Москвы, надо показать Ленинские горы, что ли?"

Он: "Зачем ты мне адрес-то дала?"

"Иначе не принимали заказное письмо".

"А раньше, в Гусь-Хрустальном?"

"Не знаю, не верь женщинам. Ну как, удалось жениться?".

"Если бы и женился, тебе бы не сказал".

"Ну, Иван, иди, но никому не попадайся на глаза, а встретимся на автобусной остановке".

"Может, лучше на метро ВДНХ?"

"Не знаю, ну ладно, пусть".

8 В метро

Таня долго копалась, боялась и надеялась, что он не дождётся. На ВДНХ, на платформе метро, он, увидев её, не улыбнулся.

В метро на эскалаторе он вспоминал о ташкентском землетрясении. Таня рассказала об ашхабадском землетрясении - её мама оттуда родом, - и об отце - офицере, моряке, с которым мама развелась.

Он: "Теперь я понимаю..."

"Ничего ты не понимаешь!"

В вагоне Таня возмущалась: "Я о тебе заботилась, прислала фотографии к концу сессии..."

"Они пришли к началу".

"Что сдавали?"

Он перечислил.

Таня: "Всё - мура, кроме микробиологии".

Он: "Техника канализации тоже неплохо. Ты, вероятно, имеешь такое же представление о микробиологии, как я - о психологии".

Таня: "Ты думаешь, я что-нибудь понимаю в психологии? Я вообще не печаталась".

"Я бы на месте редакторов обязательно тебя напечатал".

При выходе с эскалатора он напомнил Тане один фельетон в Литературной газете о качествах идеального жениха и добавил: "Слава Богу, что я не такой".

Таня: "Почему же? Было бы неплохо".

Вошли в вагон.

Он: "Ты себя причисляешь к оригинальным людям?"

Таня пожала плечами.

Он: "Скромничаешь".

Таня: "Как тебе наша квартира?"

"Да я её не разглядел, ты же меня посадила спиной к комнате".

Таня: "У нас тесно, как в мебельном магазине. Недавно купила трюмо - давно мечтала, - и пришлось пока рядом со шкафом поставить, два зеркала рядом, мы с мамой в первую ночь спать не могли".

"Вы живёте втроём? Ты, мать и отец?"

"Нет, вдвоём".

"Это ничего, я однажды видел такую же квартиру, там жили ещё две сестры".

"Ты не устал?"

"А что сделать? Потолок покрасить, пол помыть?"

"У нас линолеум".

"Какие мужчины тебе нравятся?"

"Взрослые и храбрые"

11 Ленгоры

Приехали на Ленинские горы.

Таня: "Я восхищаюсь, когда другие умеют то, чего не умею я. Смотри, как красиво прыгают с трамплина".

Он: "Хоть бы кто-нибудь свалился".

Таня: "Почему ты не храбрый?"

Иван: "Ты видела ножевые раны? Ты видела, как дерутся не в кино? Тебя били? Ты видела людей, привезённых из милиции? Ты знаешь, какие они? Шпана лучше".

Откуда такие знания у мальчика?

Таня: "Но ты ведь дал пощёчину кому-то на хлопке?"

Иван: "Меня за это хотели из института выгнать. Я думал - какой-то пацан обижает студентку. Оказалось - к ней пристал преподаватель. Мама в нашем институте преподаёт марксизм- ленинизм. Она пошла и сказала кому надо: "Он защищал свою девочку. А на самом деле девочки не было".

Тане подумалось, и не без оснований, что девочка была.

Таня: "Как же ты с друзьями нехорошо поступил на хлопке - дал пощёчину, послал драться, а сам только управлял?"

"Ты ничего не понимаешь! Это называется страховка. Я начал, а они меня страховали. Я бы хотел тебя познакомить с моими ребятами".

Таня: "А вообще узбеки красивые - высокие широкоплечие, прекрасно сложенные, с большими коровьими глазами, с густыми волосами..."

Он (с сочувствием): "Нет, акселерация коснулась только Европы, туда она ещё не дошла".

Таня: "Ну, тогда не надо. А вообще, Ваня, что это ты меня кому-то уступаешь? Что я тебе, не нравлюсь, что ли?"

Он: "Ну вот..."

Потом понял, что она смеётся.

Иван фотографировал Таню на смотровой площадке: "Я сделаю твой портрет"

Таня: "У тебя как со временем?"

"У тебя были дела?"

"Дела всегда есть".

Он, кажется, обрадовался. Собирался в каникулы ехать на Памир. Таня тоже хотела бы, но отпуск не скоро.

Говорили взволнованно, как будто это было важно, о Моцарте, философии и философической девице, знакомством с которой он хвастался Тане в Гусе. Он, оказывается, забыл, что хвастался. Таня помнила, потому что записала о том, что он с той девицей говорил, в свой дневник.

Иван: "Это мне надо завести дневник. А ещё что я говорил?"

И тут же он начал рассказывать о ташкентских воронах. Он пугал их, возвращаясь в два часа ночи от девчонки. Они бросали в него своим помётом.

Навстречу им на фоне ослепительно- белого снега царственно шагал бархатно-чёрный дог. Он понимал Таню, Ваню и весь окружающий мир, но на всё смотрел с высоты своего величия. Даже пейзаж, открывавшийся со смотровой площадки, оставлял его снисходительно-равнодушным.

Таня почти закричала, что хотела бы так сфотографировать этого пса, чтобы все почувствовали восторг от его великолепия.

"Я могу тебя научить", - просто сказал Иван.

Таня пожаловалась, что сшила первое в своей жизни пальто с белой норкой. Итальянское красное сукно, сшито в ателье... Вышла на улицу и увидела, что ей навстречу идёт толпа женщин в красных пальто из итальянского сукна с белыми норковыми воротниками той же формы. Оглянулась - и за спиной то же, только у некоторых сукно зелёное.