Чтение онлайн

— Ты просишь меня жить с тобой?

— Ты уже, детка. Наверстывай упущенное.

— Но тебе не кажется, что это слишком быстро?

— Нет.

— А как же Спенсер?

Каси оглянулся через плечо, когда дети начали выходить в коридор после обеденного перерыва.

— А что Спенсер?

— Тебе не кажется, что нам стоит поговорить об этом? Дать ему немного времени? Убедиться, что ему это не покажется странным?

— Вот что я тебе скажу. Если ты хочешь поговорить со Спенсером о своей жизненной ситуации, то давай. И если он скажет, что ты должна уйти, значит, ты сможешь уйти.

Я нахмурилась, увидев высокомерную ухмылку на его лице.

— Тогда, я думаю, есть шанс, что меня не будет дома, когда ты приедешь. Мотель снова открыт. Может, я останусь там, пока не куплю кровать для хижины.

— Увидимся дома. — Каси усмехнулся. Целомудренно поцеловав меня в губы, он встал и указал на мой суп. — Крекеров достаточно?

— Эй-эй-эй. — Я взяла ложку и начала улыбаться, пока жевала.

— Пока. — Он подмигнул и ушел.

Мы действительно только что договорились жить вместе? Меньше чем за пять минут? Разве важные решения, такие как смена адреса, не должны занимать больше пяти минут? По-видимому, нет.

Но это было удобно.

Легко.

Счастливо.

Я все еще запихивала в рот суп, когда мои ученики пятого урока вошли в класс, рассаживаясь по местам и доставая из рюкзаков учебники и карандаши.

Когда прозвенел звонок на урок, я проглотила остатки своего ланча и запила его глотком воды из банки. Затем я убрала термос в коробку, прежде чем подойти к доске и написать первое уравнение для младших классов.

— Есть желающие решить это задание?

Ни одна душа не подняла руку.

— Не бросайтесь все сразу к доске, — поддразнила я. — Пять дополнительных баллов.

Каждый ребенок поднял руку.

— Так-то намного лучше.

Подкуп всегда творил чудеса.

Только не блюй. Только не блюй. Только не блюй.

К последнему уроку мой суп выйдет обратно

У меня скрутило живот, когда я пила воду, надеясь, что смогу дотянуть до последнего звонка и меня не вырвет на глазах у этих детей.

Я дала им время поработать над домашним заданием, чтобы мне не пришлось говорить. Все, что я могла делать, это дышать носом, преодолевая волну за волной тошноты.

О боже, меня сейчас стошнит. У меня внутри все сжалось так сильно, что захотелось плакать. Когда прозвенел звонок, я глубоко вздохнула и заставляла себя улыбаться, пока дети не ушли. Затем я схватила мусорное ведро, и меня вырвало моим обедом.

Закончив, я застонала и откинулась на спинку стула, на мгновение почувствовав себя лучше.

— Отвратительно.

Я не ожидала, что уборщик разберется с этим, поэтому дала себе две минуты перед тем, как отнести банку в туалет и вымыть ее, прежде чем вернуться в класс, чтобы собрать вещи.

Спенсер вошел в дверь, когда я натягивала пальто.

— Эм, ты дерьмово выглядишь.

— Не говори «дерьмово» в школе, — пожурила я его, застегивая пальто. Хотя после того, как меня стошнило, я почувствовала себя лучше, меня пробрал озноб, а кожа стала липкой. — Я не очень хорошо себя чувствую. Я думаю, у меня грипп. Или я отравилась вчерашним супом.

— Хочешь, я позвоню папе, чтобы он заехал за тобой? — спросил он.

— Нет, он занят. Я прогуляюсь.

На прошлой неделе погода изменилась. Подул чинук (прим. ред.: чинук — это сильный, сухой и тёплый ветер, который дует в холодные зимние месяцы в регионах к востоку от Скалистых гор. Такие ветры могут вызывать резкие перепады температуры), и от теплого ветра начал таять снег. Низкие температуры не продлятся долго. Зима не торопилась ослаблять свою хватку в Монтане, но пока что улицы были свободны ото льда, а сугробы уменьшались с каждым часом. И поскольку на улице было не холодно, свежий воздух мог бы прояснить мою голову.

— Ты уверена? — спросил Спенсер.

— Уверена.

— Хорошо. Если ты не против, может быть, мы могли бы еще раз взглянуть на ту карту сегодня вечером.

— Я бы с удовольствием.

Мы закончили расшифровку папиного ключа, но за последние две недели не тратили много времени на то, чтобы разобраться в атласе. В основном потому, что, казалось, там было не так уж много интересного. Только когда растает снег и мы сможем пройти по проложенным им тропам.

Но даже несмотря на то, что мы еще не могли отправится на поиски, Спенсер был очарован историей о потерянном сокровище. Если он захочет разложить все папины вещи на кухонном столе сегодня вечером, я с радостью сяду рядом с ним, просто чтобы видеть, как сияет его лицо.

— Ты уверена, что сможешь дойти домой пешком? — спросил он.

— Да. Уверена. Что ты вообще здесь делаешь? Разве у тебя нет тренировки?

Спенсер пожал плечами.

— Просто хотел поздороваться.

— Привет. — Я взяла его под руку и позволила проводить меня до двери. Затем я отправила его в раздевалку переодеваться к тренировке, а сама пошла по Мэйн-стрит с портфелем в руке.

Прогулка должна была придать мне сил, но к тому времени, как я свернула на Пайн-стрит, тошнота вернулась. У меня кружилась голова, по вискам стекал пот.

Дерьмо.

Что-то не так. Это не мог быть просто грипп.

Мне нужно было попасть внутрь, позвать Каси на помощь. Каждый шаг отдавался болью, а желудок сжимался так сильно, что было трудно дышать. Но я продолжала двигаться, не сводя глаз с дома, переставляя ноги. У меня подкосились ноги, и я чуть не споткнулась о трещину в тротуаре.

Перед глазами замелькали белые и черные пятна, слишком яркие и слишком темные одновременно. То, что я добралась до дома, было чудом, и мне потребовались последние остатки сил, чтобы добраться до входной двери. Добравшись до коврика у входной двери, я упала на колени, не в силах стоять.

Я дышала носом, а во рту скапливалась слюна. Кончики моих пальцев покалывало, и я не могла засунуть руку в карман пальто, чтобы достать ключи.

Каси сделал мне собственный ключ от дома, чтобы я использовала запасной. Только я не могла поднять руку. Почему я не могла пошевелить рукой?

Помогите.

Я открыла рот, но не смогла произнести ни слова.

Мир вращался слишком быстро. Мое сердце билось слишком сильно. Кашель рвал мне грудь, и я почувствовала металлический привкус крови, когда сглотнула.

Новая волна головокружения отбросила меня в сторону, и я упала на плечо. В горле пересохло и жгло.

Если бы я только могла выпить немного воды, если бы я могла откашляться и позвать на помощь…

Вот только моя банка с водой стояла на столе в школе. Я снова забыла о ней. Это была моя последняя мысль перед тем, как мир погрузился во тьму.

Каси

Шум за дверью моего кабинета заставил меня оторваться от досье, которое я просматривал, когда в дверях появились Памела и Чак, их лица были бледными и испуганными.