Золушки
Шрифт:
Карл замолчал, и до Эллен вновь донесся хохот сына и аккорды из Клэптона.
— Я должен спросить у тебя… как ты думаешь, мы могли бы… могли бы жить вместе?
Эллен посмотрела в его печальные глаза и на секунду вспомнила, как познакомилась с Карлом. Тогда он был таким жизнерадостным и веселым, но теперь все изменилось. Сможет ли она жить с мужчиной, который сидит перед ней сейчас?
— Не знаю, Карл, — прошептала она. — Я правда не знаю.
Когда группа захвата подошла к квартире Арона Стеена, дверь оказалась приоткрыта. Алекс и Петер держались сзади с пистолетами наготове. Фредрике пришлось остаться в Управлении — Алекс ни за что не рискнул бы взять гражданского сотрудника без права ношения оружия на такую опасную операцию.
— Арон Стеен! — властно крикнул Алекс.
Тишина.
Ударом ноги дверь распахнулась настежь.
Никого — ни справа, ни слева.
Группа захвата вошла в квартиру.
Мрачный коридор. Темные голые стены.
Алексу в нос ударил резкий запах.
Бензин! Квартира насквозь провоняла бензином!
Полицейские обнаружили Арона на кухне. Он спокойно сидел на табуретке, обхватив голого, бесчувственного, облитого бензином ребенка и держа в руке зажигалку.
Группа остановилась, приглушенно перешептываясь: «Спокойно!», «Стоим где стоим!», «Не подходите, весь пол залит бензином!».
Никто не перешагнул порога кухни.
Даже Алекс.
Но он убрал оружие и занес ногу над порогом. Здесь кончался коридор и начиналась кухня. Здесь заканчивался составленный комиссаром план захвата и начинался план Арона Стеена.
Некоторое время они молча смотрели друг другу в глаза, а затем Арон Стеен мягко улыбнулся и произнес:
— Вот мы и встретились, Александер!
— Наконец-то, — спокойно отозвался Алекс.
Арон Стеен перехватил ребенка поудобнее.
Группа захвата следила за каждым его движением.
— Я глубоко убежден, что мы сможем решить наши разногласия, избежав ненужного насилия, — с улыбкой сказал Арон, слегка наклонив голову. — Не могли бы вы попросить своих коллег подождать в коридоре? Тогда мы сможем спокойно поговорить.
«Он говорит со мной как школьный учитель с напроказившим учеником, — начиная закипать, подумал Алекс. — Не ему меня учить, надо сразу дать ему это понять!»
Из-за плеча Алекса выглянул Петер с пистолетом в руке, комиссар отмахнулся от него и дал группе знак отойти в глубь коридора. Оттуда они смогут держать убийцу на прицеле, не слишком мозоля ему глаза.
Арон Стеен наблюдал за ними — губы улыбаются, но взгляд пылает.
— В огне есть нечто особенное, не правда ли? — Он крутанул пальцами зажигалку. — Я усвоил это очень рано.
Алекс ждал. Зачем? — задастся он вопросом впоследствии.
— Я отдам вам мальчика, если вы дадите мне уехать из страны, — взглянув на Алекса и его людей, произнес Арон Стеен.
— Хорошо, — медленно кивнул Алекс.
— Поступим следующим образом, — спокойно продолжал убийца. — Мы с мальчиком выйдем из квартиры, сядем в машину и уедем отсюда — и никакого хвоста. Когда я отъеду на достаточное расстояние, то позвоню вам и сообщу, где вы можете забрать ребенка.
В оконной раме за спиной сидящего с ребенком на руках Арона Стеена плясали солнечные зайчики. Некоторое время комиссар наблюдал за игрой света, а потом ответил:
— Нет.
— Нет? — вздрогнув, повторил Арон.
— Нет, мальчик не покинет эту квартиру.
— Тогда он умрет, — спокойно отозвался Арон.
— Если ты увезешь его, он все равно умрет, — возразил Алекс не менее спокойным тоном, — мы не позволим тебе забрать его.
— Но зачем мне его убивать? — занервничал Арон. — Я же сказал: мальчик в обмен на выезд из страны!
— Согласен, — ответил Алекс, — но тогда обмен мы произведем здесь. Ты отдашь мне мальчика, и мы уйдем отсюда.
Арон громко рассмеялся и резко встал с табуретки, Алекс непроизвольно отшатнулся. Группа захвата рванулась было вперед, но застыла. Вопреки всякой логике Алекс вдруг ощутил уверенность — точно его спине передалась эта напряженная энергия. Словно само присутствие вооруженных людей за спиной кардинально меняло ситуацию.
— Разве вы еще не поняли, как я работаю?! — спросил Арон, потом повысил голос: — Я выполняю все предельно точно и аккуратно!
Этот повышенный голос встревожил Алекса. Для всех будет лучше, если преступник успокоится.
— Мы обратили внимание на то, как ты работаешь. Очень впечатляет, — медленно произнес он.
— Только не надо лести, — прошипел Арон.
Однако уловка комиссара сработала.
Убийца сел на место. Ребенок безжизненно висел у него на руках, тело мальчика блестело от бензина, из носа текла тонкая струйка крови. Арон перехватил ребенка поудобнее, чтобы тот не выскользнул из рук.
У комиссара разболелась голова от удушающей вони, он открыл было рот, но Арон опередил его.
— Мы с ребенком выйдем отсюда вместе, иначе не получится, — тихо сказал он.
— Давай поговорим как взрослые люди, — сказал Алекс, присаживаясь на корточки. — Мы оба прекрасно знаем, что нам нужно: мне нужен ребенок, а тебе — свобода, — развел руками комиссар. — Думаю, мы сможем договориться!
— Действительно, почему бы нет? — спокойно отозвался Арон.
Оба замолчали. Солнце спряталось за облака, и в квартире резко потемнело.
— Но при условии, что ребенок не выйдет из квартиры? — спросил вдруг Арон.
— Именно так, — подтвердил Алекс и огляделся по сторонам.
Выход из кухни был только один. Внезапное беспокойство просочилось сквозь пары бензина и охватило Алекса. Почему убийца выбрал именно кухню, а не гостиную? Там по крайней мере есть дверь на балкон. Зачем он сам загнал себя в угол?