Чтение онлайн

— Ты такая красивая, — прошептал он. — И жестокая.

— Жестокая?

— Конечно. Ты нарушила иерархию в нашем доме. Я старше Люциуса.

— И что это значит? — я уже догадывалась, к чему он ведёт, но всё равно спросила, облизнув губы.

— Я хочу компенсацию. Ты же не станешь относиться ко мне хуже?

— Не стану.

— Отлично. Тогда давай сначала вместе примем душ. А потом… поиграем.

Я чуть напряглась. Не от страха — от внутренней дрожи, предчувствия чего-то… неизбежного. Его голос был ровным, но за ним скрывалась целая буря. Это была не просьба и не предложение. Это было утверждение, вызов. Приговор. И, странным образом, мне это нравилось.

— Хорошо, — выдохнула я тише, чем собиралась, и медленно поднялась, прикрываясь простынёй.

Дариус тут же положил ладонь мне на спину. Не чтобы остановить, а чтобы направить. Его прикосновение было одновременно мягким и уверенным. Он не торопился, не давил — но ощущение полной власти не покидало меня ни на миг.

В ванной он включил воду, проверяя температуру, будто совершал ритуал. Потом повернулся ко мне, обжигая едва сдерживаемым желанием.

— Брось простыню. Она тебе больше не нужна, — сказал он негромко, но настолько твёрдо, что внутри меня что-то чувственно сжалось.

Я повиновалась. Почувствовала, как его взгляд скользит по мне — не просто смотрит, а раздевает сильнее, чем ткань. Он подошёл ближе, обхватил моё лицо ладонями и легко коснулся губ.

Поцелуй был не страстным — он был обещанием. Этот опыт, наше единение я не забуду. Никогда.

— Я сделаю всё, чтобы ты растворилась со мной. Забыла обо всём, — прошептал он, ведя меня под горячие струи воды.

Тело расслабилось почти сразу. Вода стекала по коже, смывая остатки напряжения. Дариус был рядом. Молчаливый, спокойный — и это только усиливало желание.

Он обнял меня сзади, его ладони скользнули по животу, поднялись выше. Каждое движение — медленное, уверенное. Он не торопил события. Не лишал контроля — он открывал для меня новый уровень ощущений. Я чувствовала себя не просто желанной. Я была сокровищем в его руках.

— Теперь ты моя, — прошептал в шею, обнимая крепче. — Только моя.

Я обернулась. Его глаза были полностью чёрными от сдерживаемой им страсти. Всё спокойствие, которым мужчина мог бы гордиться, таяло, исчезало.

— Что значит «поиграем»? — выдохнула я, не в силах оторвать взгляд от его губ.

Он усмехнулся. Повёл пальцами по моей шее, опускаясь до ключицы.

— У тебя будет право отказаться. Но не будет желания им воспользоваться.

Внутри что-то сладко сжалось. Я поняла — он не шутил. Я действительно не захочу останавливаться. Прекращать чувственную игру.

Предвкушение разлилось по венам. Я уже хотела того, что он мог мне дать. Без барьеров и глупой скованности. Я взрослая женщина, могу решать сама, что со своей жизнью делать.

— Но для начала, — тихо прошептал он с тенью улыбки, — я помогу тебе освежиться.

И он действительно помог. Так, что у меня дрожали ноги, когда его руки скользили по каждой части моего тела — по рукам, груди, животу, опускаясь всё ниже. Особое внимание он уделил моей промежности: вымыл не только снаружи, но и внутри, двигая пальцами то нежно и ласково, то резко и властно. Я таяла в его прикосновениях, едва слышно постанывая от удовольствия. Даже пальцы на ногах не остались без внимания — он не просто вымыл их, а поцеловал. Один за другим. Словно преклоняясь.

И не было в его действиях показной нежности — только тихая одержимость. Будто весь мир сжался до границ между ним и мной.

Когда всё было смыто — влага, напряжение, остатки разума — он подхватил меня на руки и понёс в спальню. Аккуратно уложил на кровать, глядя на меня так, будто я — всё, что ему нужно в этой жизни. Как будто я была для него всем. И от этого мое сознание плавилось, сгорая в огне.

— Какая же ты красивая… — прошептал он, нависая надо мной.

Поцелуй был долгим. Глубоким. Развратным. Требовательным. Таким, что сразу становилось понятно — за обычным спокойствием скрывается пламя страсти. И я отзывалась на его немой порыв. Я чувствовала, как сгораю. Внутри всё сжалось, между ног пульсировало — от одного его взгляда, от одного слова, от одного поцелуя.

Оказывается, я настолько развратна.

Я задыхалась. Не от нехватки воздуха — от переизбытка чувств. Я пыталась успокоиться, но ничего не получалось. Дариус снова поцеловал меня, на самом деле заставляя раствориться в этом моменте, забыть обо всем.

И это было только начало. Впереди все самое главное и интересное. То, что точно снесет мне крышу.

Кажется, я снова отключусь. Но не от усталости, а от переизбытка чувств. От всепоглощающего удовольствия.

Он поймал мой взгляд — и что-то первобытное, дикое, почти звериное блеснуло в его глазах. В нём не было спешки, только плавное, тягучее безумие, от которого закружилась голова. В этот миг он стал хищником, а я — его податливой, желанной добычей. Чересчур возбужденной, если говорить честно.

— Не закрывай глаза, — прошептал он, легко касаясь моих губ. — Я хочу, чтобы ты смотрела все время на меня. Только на меня.

Я кивнула, не осмеливаясь ни моргнуть, ни отвлечься. О да, его желание поиграть захватило каждую клеточку моего тела. Я ждала, что же он сделает дальше. Какие грани может открыть для меня тысячелетний вампир, который явно не в песочнице все это время играл.

В следующую секунду его сухие губы накрыли мой сосок. Он впился в него, вырвав из груди протяжный вздох, и уже тогда я ощутила — он что-то делает с моими руками. Когда я пришла в себя, всего на мгновение, он связал их над моей головой черной лентой. Дариус снял ее со своих волос, пока я не могла это заметить. Теперь его распущенные пряди свободно спадали на плечи, щекоча мою кожу, и это сводило с ума.

Он был ослепительно прекрасен в этот момент. Как демон-искуситель, покинувший преисподнюю ради единственной цели — соединиться со мной воедино. Его глаза начали светиться алым, гипнотизируя, подчиняя, вызывая желание отдаться полностью.

Он вёл меня, как дирижёр управляет оркестром. Точно, чутко, зная, когда ускорить темп, когда замедлиться, чтобы повысить удовольствие до предела. Я пыталась дотянуться до него, но он крепко держал мои запястья. Будто хотел, чтобы я завелась еще сильнее от невозможности прикасаться. Мысли растворились. Остались только ощущения.

И их было слишком много, чтобы уместить в слова.

— Не опускай руки, — сказал он, облизывая губы. — Иначе будет наказание.

Я кивнула, заметив хищную, удовлетворённую усмешку на его лице. Но внутри всё сладко дрожало — мне даже хотелось нарушить запрет, чтобы узнать, что за наказание он придумал. Это слово будто отозвалось глубоко внутри, обещая ещё более захватывающие откровения. Как будто впереди спрятано что-то… интригующее и прекрасное.

Дариус не стал ничего объяснять. Он сосредоточился на моей груди — полностью. Я ощущала себя куклой в его руках, чьё тело он знал до последнего чувствительного участка. Игриво, дерзко, болезненно приятно — он разрывал меня на части своими ласками. Хотелось не просто стонать — хотелось кричать. Волны мурашек прокатывались по коже, но я всё ещё держалась. Хоть и мечтала дотронуться до него — запустить руки в его распущенные волосы, притянуть ближе, глубже, сильнее…