Чтение онлайн

Но тут в затишье бесовской ночи за оградой раздались чьи-то шаги. Бесы повернули головы. И бургомистр увидел входящих на кладбище Снегиря и Антона.

Глава семнадцатая.

ДИНЬ-ДОН!

– Наконец-то! Да ты со скрипкой! Вот и славно, - криво усмехнулся Вольнор, завидев музыкантов.
– А то я уж хотел обидеть невинную душу!

Все на кладбище громко расхохотались.

– Эй, вы, бесовское отродье, тише!..
– прикрикнул он на разыгравшуюся нечисть.
– К нам пожаловал великий музыкант, чтобы сыграть "Величальную" в мою честь!

– Слу-уушайте и смотрите!
– завопили волки.
– Как наш Князь отнимет у скрипача Ду-ууух его Творчества!..

И все вокруг захрюкали и завизжали от радости.

– Подмостки для маэстро!
– потребовал Вольнор и хлопнул в ладони.

И тотчас же все бесы стали стягивать в одно место древние мраморные надгробия и складывать их одно на другое. Не успел Антон и глазом моргнуть, как в центре кладбища, у большого костра, возник высокий пъедестал со ступенями.

Друзья взошли на мраморную сцену. Им сверху было видно кладбище целиком - от ворот до стен Замка со всеми безобразными гостями Вальпургиевой ночи. Невдалеке Антон успел заметить бургомистра в странном костюме, а в стороне от всех - охраняемую волками Марию. Он кинулся к бывшей невесте, но Магистр вновь нацелил ей в грудь убийственную трость.

– Играй же!
– грозно потребовал от скрипача Вольнор.
– Играй громче, чтобы от Ада до Небес воспеть мощь моего величия!.. Создай мне памятник при её жизни! А ты - пой!
– он ткнул пальцем в сторону Снегиря.

– Мы не знаем слов, ваша светлость, - сказал Снегирь.

– Темность, - поправил его Вольнор.
– Моя темность!..

– И музыки тоже, - добавил Антон, сбрасывая плащ и раскрывая футляр.

– Стихи и ноты!
– распорядился Князь, и волки-оборотни приволокли откуда-то пюпитры с клавиром, в котором ноты были написаны алой кровью.

Антон вскинул скрипку на плечо и попробовал сыграть, но тут же опустил: из-под смычка раздалась какофония звуков, словно кто-то пилил железо или водил горстью гвоздей по стеклу.

– Какая музыка!
– восторженно закатил глаза Белый.

– Вечная музыка!
– повторил Черный.

Вся нечисть на кладбище поднялась с земли и вдруг торжественно заорала, обратя свои страшные полуистлевшие лица в сторону Вольнора:

– Среди морей и среди гор,

Среди лесов и пашен

Ты будешь вечно, Князь Вольнор,

И страшен, и бесстрашен!

Вечны чертовы дела

В черной круговерти.

Тьма, что Князя родила

Неподвластна смерти!

За великие дела

Благодетелю - хвала!..

– Что будем делать?
– прокричал Антону Снегирь.
– Еще мгновенье - и все мы сойдем с ума! И я, и ты, и Мария!.. Ведь не играть мы сюда пришли!

– Играй, скрипач, "Величальную"! И быть тебе первым скрипачом Вальпургиевой ночи!
– прогрохотал с небес насмешливый голос Вольнора. Теперь я непобедим! Смотри!..

Снова увеличившись в размерах, Магистр взмахнул рукой, и над башнями Замка появились парящие в вышине души из Черного Ларца. Их было много, чистых и талантливых, верных и безгрешных! Духи Творчества, духи Профессий, духи Любви.

– Теперь они мои навеки!
– громыхал Вольнор с торжеством в голосе.
– И никому не победить меня!
– Он щелкнул пальцами, и крышка ларца захлопнулась.

– Никогда!
– прокричал ему Антон.
– Пусть тебе играют твои уроды. Их тут и без меня много.

– Глупец!
– захохотал Князь.
– Ты хочешь один пойти против меня?! Что ты можешь противопоставить мне?! Не смеши, Никколо!

Но тут из-под смычка музыканта, словно выпущенная на волю, над страшным местом вдруг взлетела Волшебная Мелодия. Как очищающая гроза, как освежающий дождь.

Вольнор, который только что был ростом с колокольню, стал уменьшаться. Он становился все ниже и ниже, а Мелодия все громче звучала над старым кладбищем, над всем миром, - как и просил Вольнор - от Ада до Небес!

– Получай, Князь!
– по-мальчишески воскликнул Снегирь.

Мария смотрела на скрипача с мукой и болью, как бы прощаясь с ним. Но вот... от его Мелодии стало легче дышать, и крошечная звезда незаметно для всех подмигнула девушке из-за серой тучи. Бургомистр, скинув оцепенение, подбежал к дочке и набросил на неё плащ Антона. Звездочку заметила над городом и Анна.

– Лети, Ромка!
– она вскочила на петуха, и тот, распластав цветные крылья, понес её к Замку.

А бесы отпрянули и заметались, превращаясь в дым и туман. С визгом и воем они покидали Землю, оставив на кладбище вывороченные плиты, сломанные деревья и затхлый могильный запах.

– Поддай им жару!
– весело кричал Снегирь.
– Это вам за все!

Вольнор со злобой глянул на музыкантов и дал еле заметный знак Волкам.

– Берегись, Антон!
– вскрикнула Мария.

Ее крик услышал Снегирь и заслонил собой скрипача. Два острых когтя-ножа вонзили в него с двух сторон Черный и Белый. Певец упал на могильные плиты и замер с удивлением на бледном лице. Анна влетела на кладбище в тот самый миг, когда уже свершилось непоправимое.

– Пой, Ромка, пой!
– приказала она петуху, и тот прокукарекал раз, другой, третий...

Вольнор громко взвыл волком, зарычал псом, затрясся козлом и черной струей едкого дыма взвился в рассветное небо вместе с оборотнями.

"КАК ЭТИ ОПИЛКИ НИКОГДА НЕ ВЕРНУТСЯ К КОЛОКОЛУ,

С КОТОРОГО ОНИ СОДРАНЫ,

ТАК ПУСТЬ И ДУША ЕГО

НИКОГДА НЕ УВИДИТ ЦАРСТВИЯ НЕБЕСНОГО!"...

И тут же следом ударила с небес молния и попала прямо в башню Замка. Башня разлетелась на куски, а Черный Ларец разбился вдребезги. Духи Творчества и Любви снова вернулись в людские души, и каждый, у кого они были отняты, почувствовал прилив новых сил, полноту счастья и смысл жизни.

Антон присел на землю и закрыл лицо руками. Он плакал по Снегирю.

К убитому менестрелю молча подошли Мария и бургомистр. Анна печально взглянула на юное лицо. Душа музыканта уже летела к Богу и была не подвластна никому. Но Анна решилась: она вырвала черное перо у петуха и подбросив его вверх, прошептала:

– Лети, верни и оживи!..

Петушиное перо, сделав над их головами три круга, опустилось на грудь Снегиря. И на глазах у всех неподвижное человеческое тело обернулось в птичье.