Чтение онлайн

Очнулся он уже в камере полицейского участка. Сильно болела голова. Левый глаз не открывался. Нос распух, и почему-то болели ребра. Генеральская шашка исчезла, как и ремень с ножнами. Карманы оказались вывернутыми наружу. Ни документов, ни денег в них не было. Но самое страшное — Дерк не обнаружил во внутреннем кармане компакт-диска с картой Браена Глума! Видимо, полицейские забрали его с остальными вещами при досмотре и отдадут лишь, когда Дерка отпустят на свободу. Что же он натворил? Дерк попытался вспомнить недавние события. Драку в баре Дерк помнил хорошо, но что было дальше — напрочь исчезло из его головы. Дерк потрогал лоб и ощутил боль от ожога. Значит, его потеря памяти связана с электрошоком. Не убил ли он до этого кого-нибудь? Вроде нет. Тогда, может, он оказывал сопротивление при аресте? А вот это, зная себя, Дерк не стал отвергать. По пьянке он вполне мог двинуть полицейскому в рожу. А это грозило большими неприятностями. В лучшем случае большим штрафом, а в худшем месяцем общественно полезных работ.

Дерк перевернулся на бок, приподнялся на локте и осмотрел помещение единственным глазом. Обычная камера предварительного заключения с зарешеченным окном, двухъярусной койкой и металлической дверью со смотровым «глазком». Дерк уже бывал в подобных апартаментах, и здесь его ничего не удивляло. Единственное, что привлекло его внимание, были чьи-то носки, висящие на металлической рейке, соединяющей стойки кровати. Дерк посмотрел на пружины верхней койки и заметил, что они растянуты под тяжестью лежащего там человека. У Дерка был сокамерник. По-видимому, именно он перетащил находящегося без сознания Дерка на койку.

Дерк ткнул пальцем в самое провисшее место.

— А! Ты уже очнулся? — раздался голос, и с края свесилась голова человека, которому и принадлежал этот голос.

От удивления Дерк даже заморгал единственным не подбитым глазом. Его сокамерником оказался бывший десантник «Валруса» Фолмен.

Фолмен ловко спрыгнул вниз. Он почти не изменился с того времени, как Дерк Улиткинс видел его в последний раз на борту пиратского звездолета. Только сейчас этот чернокожий детина отрастил волосы и одет был в дорогой костюм, ладно сидевший на его крепко сколоченной фигуре. Костюм был изрядно помят, потому что Фолмен прямо в нем валялся на койке. Галстук у него забрали полицейские, как и шнурки от дорогих лакированных туфель, стоявших на полу возле параши.

— Здорово, Дерк, сто лет не виделись, — Фолмен пожал Дерку руку.

— Да, — согласился Дерк, отвечая на рукопожатие.

— Я всегда говорил: хочешь встретить старого знакомого — садись в тюрьму. Чем ты занимаешься? По твоему виду, — осматривая рваный генеральский мундир и избитую физиономию, продолжал Фолмен, — ты занимаешься мошенничеством.

— Как ты мог такое подумать, — возмутился Дерк. — Я несколько лет служил в армии королевства Фабиан и заслужил свои погоны честным трудом. Меня забрали из-за пьяной драки в ресторане.

— Ну, смотри сам. Если ты говоришь правду, то тебя скоро отпустят, а если нет, то несколько лет за колючей проволокой тебе обеспечено.

— А сам ты за что попал сюда? И чем занимаешься в то время, когда не сидишь в тюрьме?

— Я заведую охраной казино «Золотая пирамида». Имею дело со знаменитыми людьми, вращаюсь в высшем обществе, — Фолмен присел на край койки Дерка и принялся ковырять между пальцами ног. — Вообще работа непыльная и клевая. Бабки неплохие. Помимо этого, сам понимаешь, есть возможность приработать и другими делами. — Фолмен хитро подмигнул. — Если делать все с умом, то комар носа не подточит. Например, как сейчас, забрали меня за шантаж и вымогательство, а доказательств никаких. Вот мой адвокат и говорит: «Где доказательства?». А этих самых доказательств-то у яйцеголовых полицейских-то и нет. Вот жду — с минуты на минуту должны отпустить. Двадцать четыре часа, которые они по закону могут меня здесь держать, истекли. — Фолмен перестал ковыряться в пальцах и принялся надевать носки. — Понадобится адвокат, обращайся — посодействую. За умеренную плату кого хочешь из тюрьмы вытащит, оправдает и еще за моральный ущерб денег получишь. Конечно, да, если ты никого не убивал? — Фолмен вопросительно посмотрел на Дерка.

— Нет, никого не убивал, — отозвался Дерк.

— Даже если и убил, то главное в этом деле избавиться от трупа, да так, чтобы его вообще не нашли. Например, растворить в бочке с кислотой — самое безотказное средство. Даже если сам признаешься и покажешь на ту самую бочку, никто ничего доказать не сможет. А нет трупа — нет состава преступления. Нет, Дерк, все-таки Скайт был чертовски прав, когда завязал с пиратством. Жизнь честного, законопослушного человека намного лучше жизни бездомного «джентльмена удачи». Я это уже давно понял. Кстати, ты Скайта не видел?

— Нет, — внутренне напрягшись от внезапного вопроса про Скайта, ответил Дерк.

— Я так просто спрашиваю, — заметив напряжение в голосе Улиткинса, продолжил Фолмен, при этом надевая туфли. — Вдруг он откопал золотишко Браена Глума. Как преемник капитана, он мог знать место, в котором Глум спрятал сокровища? — Фолмен замолчал и вопросительно посмотрел в правый, не заплывший глаз Дерка Улиткинса.

Выражение, с которым бывший член экипажа звездолета «Валрус» смотрел на него, Дерку не понравилось. Это был не случайный вопрос, и у Дерка вдруг упало сердце от мысли, что Фолмен знает о карте Браена Глума, которую Дерк стащил у Скайта.

Пауза затянулась.

— Если Скайт заполучил золотишко, то не кажется ли тебе, что каждый член экипажа «Валруса» имеет право на свою долю? — наконец спросил Фолмен.

— С чего это ты вдруг вспомнил о золоте Браена Глума? — вопросом на вопрос ответил Дерк.

— А тебе какая разница?

— Никакой.

— Тогда отвечай.

— С какой радости?

— Ты тут не возникай. Это на «Валрусе» ты был крутым, а здесь ты никто. И тебе полезней будет самому рассказать, что вы затеваете со Скайтом и что за карта на компакт-диске.

— Сволочь, значит, это ты порылся в моих карманах, пока я был без сознания! — возмутился Дерк, и его рука инстинктивно дернулась к поясу.

Фолмен, заметив этот жест, злорадно улыбнулся.

— Подай на меня в суд. А за «сволочь» ты ответишь, — Фолмен нанес резкий удар Дерку под дых, и Улиткинс, хрипя, согнулся пополам. К счастью, в коридоре за дверью раздались шаги и зазвенели ключи.

— Ты безнадежно отстал от жизни, Дерк Улиткинс, Если тебе нужен будет этот диск, то приходи в «Золотую пирамиду» — мы сможем договориться.

Дверь в камеру открылась, и охранник, показывая на Фолмена, коротко произнес:

— На выход.

Фолмен поднялся с койки, на которой Дерк хватал открытым ртом воздух, стараясь восстановить дыхание, вытащил манжеты рубашки из рукавов пиджака, поправил прическу и направился к выходу. Уже на пороге он обернулся:

— Счастливо оставаться, генерал.

Дверь захлопнулась, и Дерк остался в камере один. Он лежал на боку, уставившись в серую стену, и мечтал о мести: «Черномазая сволочь, гаденыш, урод, мерзкая жаба. Я буду медленно вытягивать тебе жилы. Ты будешь молить меня о пощаде. Я буду отрезать по маленькому кусочку от твоего тела. Я выброшу тебя в открытый космос в скафандре с пустыми баллонами и буду смотреть в иллюминатор, как ты, задыхаясь, дергаешься в агонии. Оставлю тебя в шлюзе и открою люк, чтобы тебя разорвало в вакууме на части. Отправлю на безжизненный астероид. Отравлю медленно действующим ядом. Продам в рабство…». Постепенно Дерк стал успокаиваться, и его мысли приняли другой оборот.

Дерк решил, что еще не все потеряно. Фолмен не знает, что за маршрут проложен на карте, записанной на компакт-диске, и куда он ведет. Все его разговоры про сокровища Браена Глума были простой болтовней и ширмой для того, чтобы оправдать кражу и затем вытянуть из Дерка сотню—другую кредитов. Грязный вымогатель не брезговал ничем, даже тем, чтобы заработать на старых знакомых.

Вечером принесли ужин. К этому времени Дерк уже полностью пришел в себя после своих приключений и даже несколько раз прошелся по камере от стены к стене. Чисто символически попробовал прутья решетки окна на прочность и подергал за ручку двери. Убедившись, что тюремное хозяйство содержится в полном порядке, он сел обратно на койку и принялся размышлять, почему его до сих пор не отвели на допрос к следователю. В голову лезли самые разные мысли, но ни одна из них не вселяла в Дерка оптимизма. И решил, что, когда ему разрешат сделать телефонный звонок, гарантированный законом, он позвонит в бар Могучему Джо, который и вытащит его отсюда. С такими мыслями Дерк спокойно уснул.