Чтение онлайн

Заместитель коменданта, подойдя к заднему борту, выкрикнул мою фамилию. Я спрыгнул на мостовую и осмотрелся. Знакомая улица. Там, за перекрестком, в конце следующего квартала, парикмахерская Аги.

Вслед за мной с борта машины, кряхтя, сполз тучный мужчина в зеленой рубашке и лакированных сапогах бутылками.

– Идите оба за мной.

Заместитель коменданта, придерживая болтающийся планшет, размашисто зашагал к перекрестку. Там он дождался нас и сказал, нетерпеливо постукивая ногой:

– По приказу коменданта вы оба назначаетесь для несения усиленной патрульной службы в связи с чрезвычайным происшествием. Зона действия – этот перекресток. Задача: не пропускать ни одного человека, проверять документы самым тщательным образом, при малейшем подозрении задерживать и передавать в комендатуру – здесь будет курсировать наша машина. Время патрулирования: до особого распоряжения. Вопросы?

Толстый зеленорубашечник щелкнул своими бутылками:

– Не имею, господин комендант.

– Заместитель коменданта, – сухо поправил капитан и обратился ко мне: – У вас?

– Все ясно.

Я тоже попытался щелкнуть каблуками. Получилось, хотя и не так хорошо, как у зеленорубашечника.

– Старшим патруля – вы, господин лейтенант… Желаю удачи!

Заместитель коменданта повернулся, чтобы уйти.

– Господин капитан, – остановил я его. – А мой документ?

– Останется у меня. Получите в комендатуре по окончании патрулирования.

Он ушел. Шаги гулко отдавались на пустынной улице.

Мой напарник зябко поежился, потер руки. У него было что-то неладное с глазами, он часто моргал.

– Бр-р… Холодно!

– Да, в одной рубашке…

Он расхохотался:

– Что я, безголовый, в одной этой дряни бегать! У меня под ней два свитера. И вот все равно. Холодная ночь сегодня! Верно, холодная?.. Нет, вы скажите, холодная или не холодная?

– Холодная, холодная, – торопливо бросил я, чтобы отвязаться.

Я не знал, что делать. Оставаться на посту? Или, улучив момент, бежать? А как документы? Может, лучше все-таки остаться? Хорошо, допустим. А потом идти за документом прямо в комендатуру?

Словоохотливый зеленорубашечник не давал мне подумать. Он не умолкал ни на минуту.

– Давайте познакомимся, раз уж судьба свела нас на таком ответственном деле. Калуш Эндре, владелец кондитерской «Райский уголок». Вы знаете, напротив ратуши? Наверное, не раз у меня бывали, а вот не знали, что я и есть владелец. Бывали ведь?

– Я новый человек в городе, – поспешил сообщить я. – Еще не успел.

– Ну что вы!.. Лучшая кондитерская в городе! – похвалился он. – Спросите кого угодно. Приходите, угощу чашечкой кофе. Настоящий, с вашего позволения, из довоенных запасов. Вы не верите? Нет, скажите, верите или нет?

– Верю, верю.

– А то, может, подумал – я хвастаюсь? – Он вглядывался мне в лицо. – Думаете, хвастаюсь?

– Разумеется, нет.

– Вот… Никто в городе не скажет, что кондитер Калуш хвастун. Нилашистская партия кому попало не доверит пост начальника охраны своего дома. На следующей неделе заступаю,- добавил он гордо. – А с кем имею честь?

– Лейтенант Елинек Шандор.

– Как? Это вы? Тот самый, из госпиталя?.. Очень приятно, господин лейтенант. А я в темноте вас не разглядел, когда вы в машину залезали… Очень, очень приятно. Ваш покорный слуга!

Он долго тряс мне руку. Я никак не мог понять, чему он так обрадовался.

– Давно вы уже там, разрешите поинтересоваться?

– Где? – я проклинал в душе кондитера, назойливого, как осенняя муха.

– В госпитале, конечно, где еще?

– Не очень.

– Но все-таки уже свой человек там, а?

Я все еще не понимал, куда он клонит. Отвечал осторожно, неопределенно:

– Ну… так… Более или менее.

– И с врачами хорошо знакомы, а?

Проверяет меня?

– Конечно! Особенно близко с начальником госпиталя подполковником Морицем, – выложил я свой главный козырь.

– С самим Морицем? Ого! – Он потер руки. – Может, сварганим с вами дельце, господин лейтенант? Вы мне, я вам – все здоровы, все счастливы, все довольны, все улыбаются.

Он коротко хохотнул и легонько стукнул меня по спине.

Я ничего не понял.

– Какое дело?

– О! Прима! Экстра-класс!.. Главное, чтобы мы с вами верили друг другу – вы мне, я вам… А может быть, вы мне не верите? Тогда скажите прямо. Нет, скажите, верите или не верите?

– Верю, конечно… Но…

– Вот и кончен разговор. Заходите завтра в кондитерскую – я как раз эти дни свободен от выполнения партийных обязанностей. Там обо всем потолкуем. Лучше в послеобеденное время, тогда меньше посетителей.

– Спасибо, но прежде я должен знать, чем могу быть вам полезен?

– О, я смотрю, вы человек бывалый, – он шутливо погрозил мне пальцем. – Хотите, чтобы я первый открыл карты? Что ж, кому-то ведь надо начать. Пусть я, согласен… Вы в госпитале? Так?

– Так.

– Знаетесь с начальником? Так?

– Так.

– А начальник – это бог. Так?

– Так.

– А у бога есть все.

– Например?

– Например, медикаменты… Слух прошел, пенициллин на днях привезли.

– Возможно.

– Ох и хитер! Ох и хитер! «Возможно» – ха-ха! Вот вы хитрите, а ведь зря, зря. Меня вам все равно не перехитрить. У меня точная информация.

– Смотрите-ка!

– Вот. А знаете, что такое сегодня пенициллин?

– Нет, не знаю.

Я нарочно произнес это таким тоном, что прозвучало так: конечно, знаю!

– Да, да! – Он клюнул на мой тон. – И валюта, и золото, все, что хотите!

Вот оно что!

– Но самим вам его не сбыть.

– Вот как!

– Да, да, и не пробуйте!

– Это почему?

– Надо знать кому, иначе попадетесь.

– А что вы посоветуете?

– У меня брат аптекарь в Будапеште… Вот я вам уже и выдал один из секретов фирмы. Теперь вы не можете отказаться, господин лейтенант… Тихо!