Детская проза

Читателей дневника у Володи будет много, и, чтобы им было ясно, где находится эта река с непонятным названием, я написал на первой странице: «По левобережной низменности Оби, у пристани Почта, в 60 километрах от города Новосибирска, раскинулось охотничье хозяйство “Спартак”. Общая площадь хозяйства…

— Ну, душка, тебя с такой головою под кран пошлют кудри размачивать — произносит младшая Пантарова, Женя? или Малявка, прозванная так за крошечный рост. — Отроковица Евгения, не завидуй чужому благу! — голосом дьякона на амвоне басит Сима, или Волька по прозвищу. — А какие мы дети, в сущности! — тянет…

Таким образом, госпожа Симановская сдержала данное Богу обещание. Двенадцать девочек были вырваны из нужды, лишений и недугов. * * * Девочки стояли посреди большой светлой комнаты, называемой классной. Здесь они и занимались, и проводили свободное от занятий время. Незамысловата была обстановка…

— Но он же взрослый, — возразил Спорти, уставившись на то место, где предполагалось быть автозаправке. — В этом Городе все ложатся спать в девять тридцать, — решительно объявила Гарриет. — Ну-ну, — Спорти продолжал раскачиваться на пятках. — Мой отец идет спать в девять утра. Я с ним иногда сталкиваюсь,…

Мастер исторической прозы Алексей Югов как-то воскликнул со страниц «Литературной газеты»: «Смелый автор, смелое издательство! — подумалось мне, когда я раскрыл книжку Сергея Алексеева «Небывалое бывает» — Петр!.. Исполинская личность русской истории. И вдруг — для ребят, да еще «младшего школьного»!…

— Пожалуйте, приехали, — произнес Никифор Матвеевич. И, взяв в одну руку мой теплый платок, подушку и чемоданчик, а другою крепко сжав мою руку, повел меня из вагона, с трудом протискиваясь через толпу. 2. Моя мамочка Была у меня мамочка, ласковая, добрая, милая. Жили мы с…

С деньгами меня вообще всегда гнобили. Тогда хлынула первая волна вот этих всех жвачек, вкладышей и т.д. Я, естественно, был всего этого лишён, потому что денег мне родители никогда не давали. Если я просил 15 копеек, я всегда должен был объяснить, зачем вообще я их прошу и на что собираюсь потратить.…

— Это хорошо, это прекрасно, что вы — бывший клоун, — возражали ему. — Мы как раз искали не просто порядочного человека, но человека искусства. Не забывайте, что вы — коренной немухинец и, значит, просто обязаны оказать родному городу эту услугу. Кроме того, как пенсионер вы, очевидно, скучаете? — Скучаю.…

— Очень скучно, — поддержал его Бертиль. — А ты не мог бы зайти ко мне на минутку? — оживлённо спросил домовой. Бертиль рассмеялся. — Ты что, в самом деле думаешь, что я могу спуститься к тебе через эту дыру? — сказал он. — Нет ничего проще, — заверил его…

Он, постоянно вгоняющий меня в легкую зависть своей неуемной решительностью, поднялся с травы безо всяких колебаний. Он, всею своей крепкой фигуркой четко обозначаясь в лунном свете, шагнул было на тускло мерцающую рядом с лужайкой пыльную дорогу, и, наверное, вся наша коротко-штанная команда повалила…

— Григорий Владимирыч… Народ собирается! — А? — Арсеньев быстро встал из-за стола. — Иду, иду! — и вышел из своего маленького, приютившегося в углу клуба кабинета. Сегодня в клубе совхоза «Голубые озера» полно цветов. Стол президиума, сцена, подоконники — все пенится белыми…

Бывает вот так у меня: ляпнешь что-то, а потом отступать поздно, держись, хоть и держаться-то не за что. Диман ни с того ни с сего вдруг сказал: — А я знаю, что старик делает. Он декорации таскает. Но мы подняли Димана на смех. — Что он, больной, что ли, — сказали мы, — чтобы…

«Красиво», — подумал Лешка и, спрыгнув с пенька, решительно зашагал в сторону осин. — Ну что? — строго спросил он, подойдя к самому страшному месту в своем лесу. Осинки с высоты своего двухметрового роста снисходительно смотрели на маленького человечка, который стоял, по-хозяйски расставив…

Когда Лазарев впервые пришел в класс, он, прежде чем заговорить с нами, долго кашлял, рылся в классном журнале и протирал свое пенсне. – Ну, принес леший еще одного четырехглазого… – зашептал мне Юзик. Мы уж и прозвище Лазареву собирались выдумать, но когда поближе с ним познакомились, сразу признали…

Слово «институт» казалось ей таким новым, интересным, красивым. Подумать только — Таня уже в институте! А давно ли она с Катей ходила в одну и ту же школу и бабушка обеим давала перед уходом по одинаковому пакетику с завтраком! — В институт мне к десяти, — ответила Таня и озабоченно взглянула…

— Ура! — крикнул Володька. — Ра-ра-ра! — завопил щен и укусил Каспийское море. За самый краешек. Потом он стал сердито плеваться и во весь голос обругал море: зачем оно такое невкусное, соленое. Это был на редкость жизнерадостный и нахальный щен. Володька, как крокодил, выполз…

— Васька, давай сюда! Обжигает! Хорошо! Вася отвернулся от моря. Купаться не хотелось. Он даже матраца для плавания не захватил на этот раз. Море наскучило ему. Море, в котором ещё вчера утром они с Андрюшкой бесстрашно ныряли за крабиками, хватали их за панцирь, как полоумные орали от радости…

Зябко поеживаясь, Довран вышел из воды и направился к своему «волшебному царству», прислушиваясь— не повторятся ли еще раз таинственные звуки. «Царство» находилось в старой барже. Со стороны песков ее вовсе не было видно, и лишь с реки, когда плывешь по ней, виднелся ржавый корпус, больше чем наполовину,…

— Привет! — ответил Нат, не зная, что еще сказать, и находя эту форму ответа краткой и удобной. — Ты новенький? — спросил лежащий на спине, не двигаясь с места. — Еще не знаю. — Как тебя зовут? — Нат Блейк. — Меня — Томми Бэнгз. Пошли наверх, прокатишься. Хочешь? — и Томми вскочил на ноги,…

А косточка сказала: —Что тут читать, когда ничего не написано. На мне такой узор. Я персиковая косточка. КЛЕТЧАТЫЙ ГУСЬ Летний день близился к концу. Появились тени: неподвижные тени стволов, шевелящиеся тени листвы и переходящие с места на место тени петухов, кур…