Фантастика

  - Ты чего, светлячка не видал не разу? Чего так напугался?   - Не видал...у нас так не умеют. Он посмотрел на женщину и с волнением спросил - я вообще где? Это что за местность, как я сюда попал? Вы кто? Как мне попасть в город? Мне надо связаться с семьёй, они волнуются, потеряли меня наверное.…

Ведь здесь все зависело от общения между стаями и волков между собой. Вести передавали скрилины, сообщавшие о приближавшемся стаде карибу или, например, о медведе, задравшем лося и готовом поделиться добычей. А теперь повсюду царила глухая тишина, и волки напрасно прислушивались к мрачному безмолвию…

Он остановился как вкопанный, почувствовав, как по спине его пробежал холодок. Бог ты мой! Как далеко находятся все эти звезды! Земля у него под ногами в тот же миг уменьшилась до размеров жалкого камешка, который несся по бескрайней темени мира. Огромные, пышущие жаром светила окружали его. До них…

Артур и Дарья выходят в коридор, где занимают места по обе стороны от входной двери. — Соберитесь! — тихо приказывает Саша, встряхивая девушку за плечо. — Вставайте! Рената пытается встать. Честно пытается. Ноги тоже ватные. Наверное, сон продолжается, ведь только в кошмарах на твоих конечностях висят…

Это в больших, практически, всем совершенно наплевать на своих соседей. Да окажись они хоть монстрами о двух головах, никто и не почешется. Здесь же – дело другое. И если дать хоть кому-то повод думать, будто тебе можно безнаказанно нахамить, это обязательно закончится плохо. Не успеешь опомнится, как…

– Вы желаете сделать меня своей избранницей? – О, да, да! – страстно воскликнул Хнор. – Разве можно отказать молодому человеку с таким блестящим будущим? – Так вы согласны? – пролепетал Хнор. – А вы не забыли об одной мелочи? – Какой именно? – Испытание. Прежде чем я получу право официально…

Джой вылез из кабины, направился к багажнику, чтобы достать чемодан. Повернул ключ и вдруг испугался еще сильнее: что-то чудовищное ждало его под крышкой. И пока багажник медленно открывался, сердце Шеннона едва не выскочило из груди, колотя по ребрам. Он даже отступил на шаг. Но в багажнике, естественно,…

– Я тебе сочувствую, – сказал Младой уже Ястребу, постукивая ногтями по столешнице в такт словам. – Больше того: жалею. Но помочь не могу совершенно никак. Ну совершенно. – Пожалел волк кобылу, – пробормотал Ястреб. Вероятно, он еще не пришел в себя как следует: в разговоре с Младым подобные реплики…

Кровь толчком выплеснулась наружу, забрызгав мне тунику - совсем новую, надо заметить, тунику, вчера только стиранную - хрустнули ребра, и бес стал оседать на арену. Трибуны за спиной взорвались, и в их привычном реве внезапно пробился нелепый истерический визг: - Право! Право!.. Я обернулся. По…

Жест был скорее машинальным, и сразу становилось ясным: человек защитил взор от чего-то, что крылось в его памяти и что сейчас напомнило ему массовое самоубийство детей неба. Из-под навеса жесткой, мозолистой ладони, похожей на кусок коры векового платана, на мир смотрела адская бездна Тапана. Расплавленный…

Однако долги… Мистер Банзо, владелец офисного здания, уже трижды напоминал Джеку о его долге. Теперь с него причиталось целых двенадцать тысяч батов. С владельцем дома, где Джек жил, были те же проблемы. Он угрожал выбросить вещи Джека на улицу, если тот до конца недели не внесет плату за все просроченные…

— Что это за белые полоски у тебя на теле? То тут, то там, — спросила Габи. — Да малость шкуру попортили, — нехотя ответил Клаус. В этот момент по каналу на большой скорости пронесся прогулочный катер. Это было красивое и дорогое судно с мощным мотором. Клаус проводил его взглядом и заметил на палубе…

Темнота оставалась темнотой, тишина тишиной. Ничего не менялось в окружающем пространстве. И это было скорее хорошо, нежели плохо, поскольку давало время осмотреться и принять запоздалые тактические решения. Встав на четвереньки, я сделал попытку поползти хоть в каком-то направлении. Несмотря на неважное…

— Так это на Земле… А здесь не стоит мыслить стереотипами: вас не поймут или, наоборот, поймут слишком буквально, и выйдет скандал. Мы здесь простые, грубые и гордые — все как один потомки первопоселенцев. Для нас наш «Ирис» то же, что для вас «Мэйфлауэр». — Спасибо, я учту, но все же останусь при…

Он был поражен этим, когда безутешно скитался по прикованному к поверхности и заброшенному остову города, самого по себе организма, старше его на многие тысячелетия, но — как и соответствовало подобному антиквариату — теперь всего лишь трупу. И в действительности это был труп целого общества. Потому…

— Я больше вам не принадлежу! — выкрикнул старик, грозно хмурясь, забыв, что его услышат и так. — Ты не можешь мне приказывать! — Я не приказываю. Я прошу. Ты остался один, ты последний и будешь последним из нас, пока не отыщется мой потомок. Ты понимаешь? — Понимаю? Ха! Кто может понять это лучше…

Конан, глаза которого застилала красная пелена ярости, вращал саблей в бешенстве берсерка. Он бы предпочел прямой широкий клинок Запада, к которому он больше привык. Тем не менее в первые же минуты битвы он произвел кровавое опустошение, действуя непривычным оружием. В его стремительной руке блестящий…

– Артемизия упала с лестницы! Злыдня Злюк сверкнула глазками: сначала на ябеду, потом на Артию. «Неужели я ее знаю ?» – ужаснулась Артия. – Девушкам из благородных семей негоже падать с лестницы, Артемизия! Ты должна всегда и везде быть женственной и изящной, служить украшением женского рода.…

Парсонс благодарно погладил свой чемоданчик, который лежал рядом на пассажирском сидении. Промышленность - это одно, а интеллигенция - совсем другое. Никто не собирается национализировать труд врачей, адвокатов, художников и музыкантов. За последние десятилетия технократические слои населения постепенно…

Нет, он не жил в прошлом. Но он не жил и в настоящем, и не имел каких-либо надежд на будущее. Раз за разом он думал о самоубийстве... и раз за разом не мог на него решиться. Теперь, один-одинешенек в парке Кенсингтон, когда февральский вечер окутывал его, словно саван, Ричард Авери начинал надеяться,…