Мистика

— Опять ты здесь, — беззвучно проговорила Настя. — А я вот с цветами болтаю. Больше-то не с кем. Солнце село, и чердачная комната погрузилась в октябрьский полупрозрачный мрак. Настя подняла руку и как бы провела ладонью по Гошкиному затылку над своим плечом, но вместо мягких кудрей пальцы поймали…

– Тыдыщ! Одним словом, в поезде дети вели себя отвратительно. Зато выйдя из поезда, сразу стали вести себя хорошо. Платформа была запружена народом, металлический голос из громкоговорителя объявлял о прибытии поезда, на котором они приехали. Китайские туристические группы выстраивались в две шеренги…

Рядом с ритмично раскачивающейся фигурой в чёрном тряпье росла куча земли. С каждым движением лопаты она становилась всё больше и выше, слипаясь под тающим снегом в коричневое месиво. Существо в чёрном шумно выдохнуло, а затем продолжило копать. В его движениях прослеживалось нечто противоестественное,…

– Понятно, что связанные с наукой, техникой и производством – именами великих ученых и конструкторов: Королев, Туполев, Вернадский. Фамилии выдающихся писателей и художников украшают по праву Академию художеств – имени Репина, Институт русской литературы – Пушкинский Дом. Логично – дискутировал сам с…

– В одну прекрасную ночь, – раздраженно поправил меня Меррик. – В самом деле, Хейзел, если ты собираешься перебивать меня на каждом слове, то хотя бы старайся не искажать важные подробности. – Он с досадой цокнул языком и легонько щелкнул меня по носу. – И как-то раз, в одну тихую ночь, глупый охотник…

Гостья – необычная. Во–первых, молодая. На вид, не больше двадцати лет. Во–вторых, её внешность. Она – славянка! Нет, это не какие–то, всеми узнаваемые детали, свойственные этой группе народов, навроде светлых глаз и русых волос. Это – черты её лица. Черты, правда, принадлежат скорее к Беломоро–балтийской…

Еще миг и он полностью в ней растворился! И вот посреди каменного прохода уже никого не было. Лишь недоумевающая тварь, названия которой не было в истории этого мира. «„Еще чуть-чуть…“» – медленно продвигаясь вперед, Вик старательно отсчитывал расстояние, надеясь зайти ей в тыл. Видеть ее он…

Катарина вытянула руку вперед, чтобы осветить зеркало получше, но ее отражение вдруг дунуло на спичку, и та погасла. И в то же мгновение Катарина ощутила, как сотни маленьких ручек тянутся к ней, трогают ее за волосы, за платье, касаются кожи. Катарина завизжала, замахала руками, пытаясь отбиться от…

— Возьми лошадей, парень. Отведи к ручью и напои. Побыстрее! Ну, шевелись же! Слезайте, господа. Предадим останки земле. — Не взопреем, — фыркнул плотник Стаутон. — Делов-то всего ничего. Каблуком землю разгрести… Генри Корвин что-то недовольно пробурчал, Джесон Ривет не расслышал.…

— Не бей меня, Ладлоу, пощади, сынок! — взмолилась она. Не стану отрицать — у меня было сильнейшее искушение отвесить и ей тоже, но, увидев, что отец завозился и пытается подняться, я решил бежать немедленно, пока они вновь не схватили меня. Швырнув щипцы на пол, я проворно шмыгнул за дверь, скатился…

У юрты черного шамана Кайсыма, несмотря на ее удаленность от людских поселений, всегда толпился народ, терпеливо ожидая его появления, щедрыми подношениями стараясь добиться расположения колдуна и исполнения заветных желаний. Ближе, чем на десяток шагов, к его жилищу никто не решался подойти, опасаясь…

Так и не выкурили их из гнезд. В богатых, но потертых одеждах, светлоокие, всегда под хмельком. Вокруг лирный зык и волынный рев. На седлах — женщины. На плечах — соколы. В сердцах — страха божьего нету. Рогачевская громада, все мужи высокие и радцы, благодаря им потеряли человечье подобие. Уже словно…

"Пиво с утра? Ему что, на работу не нужно?" — У меня нет собаки, — голос почему-то дрожит. — Перебрали вчера? — с участливым пониманием кивает головой, а затем указывает бутылкой куда-то мне за спину. "Ну почему я так боюсь обернуться?! Почему?! Надо с этим кончать! Сейчас обернусь! Вот прямо сейчас!…

Гийом не участвовал в этой схватке, он сбросил черный плащ и упал рядом с бьющимся в агонии раненым конем. Его доспехи были точно такими же, как у кавалеристов. Гийом размазал лошадиную кровь по лицу и замер. Потом, когда конница отогнала мертвых, и горожане вышли подобрать раненых, Гийом пошевелился…

empty-line > „По красоте неба и земли страна эта подобна Сирии, по мягкости и благодатности климата — Йемену, по своим цветам и запахам — Индии, по плодородности земель — Египту, по количеству ценных металлов — Китаю“. В считанные месяцы открыла себя арабам и берберам страна Аль-Андалус, уставшая…

Белорусская родня приняла меня, моего сотоварища и, кстати, мои деньги хорошо. Был разгар лета, все они как раз собирались пожить на даче, так что мы двое остались сторожить городскую квартиру. Вскоре я понял, что знаменитость — она и за границей знаменитость. Однажды приятный женский голос позвонил…

История, которую она мне поведала, ничего удивительного в себе не содержала. Госпиталь святой Гизелы — старейшая и самая почтенная больница Тримейна, но, как и везде, сестрам там платят гроши. Прожить на них решительно невозможно. Либби стала искать приработков, и оказалось, что приработок приносит больше…

— Зато вас это не устроит. Кроме того, Нортридж отсюда в трех милях, а наш дом — в противоположной стороне — немного ближе. — Сквозь сумрак Фэксон различил, что его друг сделал жест, намереваясь представиться. — Меня зовут Фрэнк Райнер, и я живу у дяди в Овердейле. Я встречаю двух его друзей, которые…

Новые времена рождают новые сказки. Например, такие. Жила-была писательница, был у нее ноутбук, любимый редактор и сын Глеб. Собралась она в заморское путешествие и стала спрашивать, кому что привезти. Любимый редактор захотел вампира, любимый сын… — Чупакабру! Ноги задрал на стену, длинными…

И пусть поберегутся гуляющие ночью. Ночь - время детей Таната. Наше время. Снежинки мягко скользят по щекам и лицу. Ласково светит солнце мертвых. Сейчас его называют лу-ной. Я выхожу с темной стороны - и останавливаюсь рядом с самым обычным домом. Окно на втором этаже открыто. И…