Мистика

Она чувствовала себя королевой среди этих людишек, но все же в один момент она поняла, что они какого-то черта имеют цели, что-то делают, занимаются творчеством. Каждую пятницу она ходила на эти чертовы концерты и наблюдала, как эти недотепы занимают ее место на сцене, на которую ей так и не удосужилось…

Вот почему, несмотря на приобретенную неприязнь к микробиологии, «Тот, который сказал: здесь!» все-таки ответил Лаборанту: – У нас много женщин. Они плохо работают. Но проблема в другом. У подводников женщин нет. И когда-нибудь на этой почве возникнет конфликт. Откровенно говоря, связи между женщинами…

И все строки его без зазрения лгут. Этот монстр из бумаги сожрал на обед Не одну сотню жён и не меньше – детей; Это знамя кровавых пылающих лет Стало кладбищем мыслей, мечты и страстей. Это гнусное чудище ныне лежит, Кровяные глаза в сонной дрёме прикрыв. Фолиант этот чёртов доволен…

– Ооо, малохольные дошлепалЫ… Да Ще и вышкварка свОго принянулЫ… Ульяна с семьей Клавдии были не в ладах давно. Еще ее мать в девичестве поссорилась с Клавой из-за отца Катьки. Дело даже до драк доходило. Все село эту историю перемывало вдоль и поперек, но в итоге широкоплечий, кудрявый красавец Иван…

– Хочется верить, что вы помогли ей и выяснили причины недуга. Все еще сомневаясь в компетентности человека напротив, пожилой дворецкий старался понять для себя, что же все-таки ждать от этого гостя. – Это было несколько лет назад, и, скажу я вам, старушка до сих пор здравствует, ночные прогулки,…

Я не уверенно кивнула в ответ и устремила свой взор на полицейских. – Тебя зовут Хаят Эргенч? – спросил полицейский. – Да! – ответила я немного дрожащим голосом. – Нам очень жаль сообщать тебе эту новость, но…. – полицейские переглянулись – твои родители попали в аварию! – Как? Когда? – мой голос…

Стройная и юная лицом, но седая и немного сгорбленная, она тянула руки к Оливеру, как бы пытаясь покинуть пределы стекла и оказаться с ним рядом. – Мам? – Сынок, мне страшно… Призрак заплакал. В отражении было видно, как слезы капают вниз на пол. Оливер чуть не спятил от страха. – Ну, знаешь…

– Вам нехорошо? – спросил я. – А? – вздрогнул Геласимов, словно проснувшись. – Нет, нет, всё нормально. Я, кажется, обознался. Не может быть. Ничего, ничего. Это бывает. Но я видел, что случилось что-то для него очень тяжёлое. Во всё продолжение нашей прогулки он был погружён в свои мысли, и часто…

– Ничего себе, – сказал Коля. – Пошли на второй этаж, посмотрим, что там. – Пошли, – с радостью ответила Маша.    Они поднялись по витиеватой деревянной лестнице, с резными перилами, которые соединялись с лестницей балюстрадами в виде львов. Второй этаж по размеру был аналогичен первому. Прямой и…

– А-а, была не была! Пошли! – махнул рукой Скелет, и они пошли гулять. – А что это там такое голубое? – указал он вверх. – Это небо, – объяснил Мальчик. – А такое красивое желтое на нем? – перевел Скелет взгляд на Солнце. – Это солнце, – сказал Мальчик и указал на плывущие по небу облака. – А…

Дома мне, почему-то, стало так одиноко. Маруся крутилась возле меня, пока я готовила себе небольшой ужин, а позже улеглась мне под бок, когда я уже открыла бутылочку вина и включила негромко музыку, чтобы расслабиться. И в этот момент вдруг поняла, что мне так грустно и одиноко. Вспомнилось прошлое,…

Теперь куда? Я снова посмотрела на табличку. Секции, лифты, туалеты. Где же выход? Я поправила очки и тяжело вздохнула. Вот так всегда: всё везде укажут, а указатель на выход не сделают, а это, между прочим, самое главное. Ладно, принято. Найду сама. Со всех сторон всё пело и сверкало. Я всё шла…

Четыре столика из семи пустовали. Возле барменской стойки с большой кофемашиной и витриной для свежей выпечки тоже никого не было. – Мне кажется – я схожу с ума! – громким шепотом заявил Саня, облокотившись на стол и пододвинувшись к Владу. – Она приходила ко мне четыре ночи подряд!.. Страшная, как……

Хотя, ещё раз скосив глаза на массивную фигуру, маячащую невдалеке и что-то рычащую, он допустил такую возможность. – …да ты погляди, какие они тощие, – самозабвенно вещал противный властный голос. – Повезёт, если лопаты поднимут и не надорвутся. А зимой вообще кирдык, с ломом-то… – Для землекопа…

За давностью лет я уже точно и не помню, когда произошла наша первая встреча. Однако постараюсь воспроизвести в подробностях всё то, что происходило. Тем более я располагаю достаточным временем для воспоминаний. Была, как и сейчас, осень. Но я не видела прекрасных жёлтых листьев, не обращала внимания…

«Странно, – думаю. – Что за исповедь? Не за этим же он сюда пришёл?» Продолжаю слушать. – Ну… Общались мы. Она школу окончила, мы сошлись. Вместе стали жить. Я квартиру снимаю, там, за парком, ну вы же наш город хорошо знаете… – Достаточно. – Ну вот. Я там снимаю… Вернее, снимал нам квартирку.…

– Я счастлив и в реальном мире. Мне так повезло, что я встретил тебя. Нежно поцеловав ее в нос, отчего она забавно сморщилась, я встал с кровати и пошел в ванную принять душ. Сегодня у меня была запланирована встреча с начальником, он прислал накануне письмо, в котором лестно отзывался о моей работе…

Мудрый и чуткий слушатель отзывался на незамысловатые строчки ритмичными и все более уверенными движениями волн, будто бы подбадривая и со всем соглашаясь. Лера окончательно расслабилась. Тело стало легким и звенящим, словно звучала каждая клеточка. Руки немели в воде, но она уже не чувствовала холод,…

Все, что я видел в Преисподней, осталось со мной навсегда. Лишь по ночам, когда мне снилась милая Кати, сердце мое оттаивало, и я вновь становился прежним. Во сне я часто видел нас вдвоем в доме на опушке леса, счастливо живущих безмятежной земной жизнью. И душа моя рвалась в объятия ее. Но просыпаясь…

«По каждому предмету капитальных сочинений очень немного; во всех остальных только повторяется, разжижается, портится то, что все гораздо полнее и яснее заключено в этих немногих сочинениях. Надобно читать только их; всякое другое чтение – только напрасная трата времени. Берём русскую беллетристику.…