Современная проза

Минувшей военной весной все резко переменилось, и криминальные новости перестали ее интересовать. Заходя по нескольку раз в день в уплотненное цифрами войны виртуальное пространство, Самоварова столкнулась с новым пугающим ощущением: ей казалось, она медленно сходит с ума. Ужастик из прошлого — мировая…

Но Полина молчала. И виной тому был только что доставленный заказ. Ах, как же это льстит женщине! Такая забота и беззаветное поклонение! Прямо как у этого… как там его? Гоголя? Который про браслет написал. Гранатовый, кажется. Спектакль недавно ставили. Вот это любовь-любовь! Только автора Полина позабыла.…

Наша перепалка сошла на нет, так и не начавшись. Видимо, понедельник не задался не только у меня. Таксист смирился с фактом минимум одного негативного отзыва, а я с опозданием. До начала рабочего дня оставалось минут пятнадцать, и, не откладывая в долгий ящик, я решила предупредить босса, отправив…

Музыка смолкла; дирижер объявил: – Леди и джентльмены! С удовольствием представляю вам юного музыканта Роберта! Роберт крепко сжал пальцы прабабки, поднялся, направился к роялю и сел. На лице ребенка появилось серьезно-сосредоточенное выражение, пальцы забегали по клавишам. Мальчик играл Скрябина;…

— Это твои бабушка и дедушка — мои работодатели, — не меняя позы, парировала Полина, так что сейчас по сути я разговаривал с ее задницей. — А ты как часть дома, правда, живая. Его сердце. А этот дом меня любит, а значит, и ты. Внезапно она выпрямилась, ухватив с полки какой-то пакетик — и посадочная…

В этот момент актеры опять сменили позицию: блондинка приняла коленно-локтевую позу (одноклассники Сашки по старинке сказали бы “раком”), а ее юный любовник пристроился сзади, мужчина между тем, приблизился к совокупляющейся паре и вставил свой возбужденный член блондинке в рот. Очевидно целью этих манипуляций…

Никогда не видела, чтобы кто за жуками-водомерками наблюдал. Глупости какие-то. — Ты что, дурак? — говорю и тут же вжимаю голову в плечи, потому что любой мальчишка в ответ на такой вопрос стукнет. А этот и не думает. — Ага, дурак, — отвечает спокойно и глаз от жуков не отрывает. С нашей…

Владыка знал, что это умиротворяет людей – всех без исключения. То ли потому, что от него пахнет воском, медом и ладаном, то ли потому, что в обычной жизни люди крайне редко позволяют себе такую роскошь, как открытое проявление любви человека к человеку. Разве что случалось в детстве, когда, проснувшись…

Настало время, когда в Меренькиной избенке совсем тесно сделалось, да и прохудилась она — ветер свищет. — Надо бы избу новую поставить, — говорит однажды Светлица. — Пойдем, Меренька, лес рубить. А Меренька давно заметил: как дождик пойдет на улице, так на печи сыро. Слез он, запряг коня, топоришко…

Аборигены прошли, как всегда, незаметно, по привычке почти не оставив следов, и лишь сладковатый запах потных тел еще долго витал в воздухе, цепляясь за колючки кустов и возбуждая немногочисленных хищников, способных выжить в этом бесплодном месте. Один из них — не очень большой ангольский варан —…

Этот ребенок из поезда: неужели он захотел бы родиться, если бы знал, что его беззаботное младенчество продлится ровно шесть месяцев? Плюс три дня на дорогу в поезде? Конечно же нет. Есть легенда, которую мне рассказал мой дед Эмиль Ризе, окуривая каждую фразу отдельным облаком сигарного фимиама.…

Венерийцы — четвёртая семья и последняя, которая входила в четвёрку «самых известных народов Лимитерии». Этот народ отличился от остальных тем, что не ввязался в бессмысленную войну, а продолжил развивать культуру, доводя её до блеска. Их главное отличие от всей было в синем или голубом цвете, который…

– Мне бы хотелось содрать с вашей куртки бахрому – с этого мы могли бы начать. Лидия отошла. Не сработало. Никогда не знаю, что говорить дамам. Ну и корма же у нее. Я наблюдал за этой прекрасной кормой, когда Лидия отходила. Зад джинсов обнимал ее, и я следил за этой женщиной, пока она отчаливала.…

Сейчас начало сентября. Небо голубое, и его бледный цвет и бесконечность почему-то напоминают мне о том, что мы находимся на маленькой круглой планете, медленно продвигающейся в ужасающей пустоте. Тарелки спутниковых антенн на крышах деревенских домов из красного кирпича направлены на горы, окружающие…

Восьмого сдохну! Как ни смешно за полтора года до смерти вспоминать о детском лунатизме, я утверждаю, что вовсе не корыто с ледяной водой, а собственные усилия излечили меня от ночных сумасбродств. Перед глазами до сих пор стоит крохотная комнатка, тьма, распахнутое окно и я на лежанке у окна. Я сплю,…

Гек взял направление на голос, пробуя ногами ступени. Он сразу про себя решил, что не понимает сказанного и ориентируется только на интонацию, а потому предпочёл «расшибить башку», впрочем, постарался сделать это аккуратно, так что шишка на лбу хотя и кровоточила, но угрозы для здоровья не представляла.…

Я объяснил, что приехал около часа назад по одному незначительному дельцу, которое задержит меня здесь дня на два, и он тут же выразил радостное изумление, что моя первая дорожка в городе привела к нему. И вдруг меня покоробило, что пришел я к нему не без корысти, не ради него самого и что вопрос, который…

Затем она вскарабкалась на камни и с тревогой заглянула через обточенный край валуна. В небольшом углублении виднелся маленький бочажок с чистой водой. С довольным ворчанием она опять сползла вниз, взяла ковш, снова взобралась на камни, напилась сама, наполнила ковш и отнесла воды молодой женщине. Потом…

Можно представить себе, что виолончель похожа на женщину с обнаженными бедрами. Виолончель Дины стояла где-то здесь, в чужом городе, прислоненная к стене, и чрево ее было полно рыданий. Можно убедить себя, что, найдя виолончель, ты найдешь рыдания. Или смерть. А может, и то и другое. Можно также бесконечно…

«Я – мост, заостренный вектор, стремленье вперед, направление могучих ударов. Во мне клокочет вода, бушует газ, бежит электричество. На меня ложатся рельсы стальной колеи. Я – таран, прошибающий угрюмую толщу. Гарпун, вонзенный в набухший загривок будущего. Бессчетные составы провезут по мне детали домов…