Зарубежные любовные романы

Даже если это и по-девчачьи. Сухим тоном Деклан произносит: – Это понятно. Твой хук справа очень впечатляет. – Ты о чем? – О том, что ты сделала с носом Кирана. – Я не знаю никакого Кирана и не в курсе про его нос. – Ты не помнишь? Ты его сломала. – Сломала? Нет. Я бы запомнила, если…

– Знаешь, друзья ведь предупреждали меня. Говорили, что не стоит предлагать отношения девушке с такой биографией. «Такой биографией». Интересная формулировка. Ну да, ну да. Какой у меня жизненный багаж, когда у меня жених исчез пять лет назад в день торжества? И хватает же самоуверенности упрекать…

Тетушка Тильда верила в волшебство, в чудеса, а я? Ну а я верила в нее. И пока моя старшая сестра Эммабелль гонялась за белками, играла с мальчишками в футбол и лазала по деревьям, мы с тетушкой Тильдой любовались небом. – Ты подашь мне знак? – не отступала я. – Что ты там, на небе? Пошлешь молнию?…

Я позволяю себе еще мгновение погрустить, прежде чем покину кабинку, ополосну лицо водой из-под крана и выйду из женского туалета. Но как только я открываю дверь, снаружи раздаются голоса. Эта часть клуба обычно пустует, поэтому я останавливаюсь, узнав голос доктора Фредрика. Я прячусь – не хочу, чтобы…

Этот мужчина напомнил ей сказочного героя. Широкоплечий, с волевым подбородком, блестящими темными глазами и одеянием, кричащем о богатстве и навевающем мысли о сундуках с несметными сокровищами и внушительных замках. Он был одет в темно-красный плащ с высоким воротом и искусной золотой вышивкой на манжетах…

Jerome, Zella Day Trying Not to Fall, Jonathan Brook ГЛАВА 6: Негодница Killer, Valerie Brou ard Demi e, NOT A TOY ГЛАВА 7: Эпоха кубизма Demon , Sleigh Bell I Don’t Even Care About You, MISSIO ГЛАВА 8: Под стеклом Birthday Girl, FLETCHER BLK CLD, XLYO Where Snowbird…

Итак, нужно еще раз собрать все в голове, вдруг он что-то упускает. Должна быть вещь, способная связать Бакстону руки. Может, убить его сына Хаттона, которому тот едва ли не пятки целует? Вряд ли поможет, даже наоборот. Угрожать в их ситуации бесполезно, это только раззадорит. Черт, выхода словно вообще…

Больше мы не увидимся – как и с большинством тех, кто был до него. Он останется лишь смутным пятном на обочине памяти. Лифт едет вниз. Я тяжко вздыхаю. А кашемировый свитер очень даже ничего! Мороз щиплет щеки, а я шагаю вниз по Пайк-стрит. Ускоряю шаг, лавируя в толпе туристов у рынка Пайк-плейс.…

– Волки быстрые и сильные, они охотятся и едят животных размером в три раза больше себя. Они хищники. – Ее глаза скользят между моими. – А все остальные, большие или маленькие, в их мире – их добыча. – Правда? – спрашиваю я, разворачиваясь к ней всем телом. – Вы знали, что мы хотим стать волками, мисс…

Да пошли они все. Хоть в прессе с подачи матери меня и описывали как невинную милашку, я могла бы стать такой же непримиримой, как она. – Мне восемнадцать. – Я уперла руки в бока. – Я могу брать в рот всё… – Ты Константин. Твой рот представляет нашу семью, так что я буду решать, где и как ты его…

Горькая правда, которую мне нелегко принять, ведь я выросла в этих стенах. Пока ты маленький, на тебя хотя бы смотрят. Но по мере того как ты растешь, брошенные на тебя взгляды все чаще случайные, а жалость, которую ты читаешь в них, пригвождает тебя к этому месту навсегда. Но сейчас другое дело……

Это дерьмо я еще как заслужила. Раскалывается голова, но я продираюсь сквозь боль и пытаюсь вспомнить, что же, черт возьми, со мной произошло. Смутно припоминаю сообщения от Дайи, в которых она просит приехать к ней. Мое беспокойство от того, что она не отвечала на мои звонки. То, как я сажусь в машину,…

А особенность отсутствия души заключается в том, что я об этом даже не знал. Потребовалось, чтобы кто-то особенный показал, чего мне не хватало. Кто-то вроде Эммабелль Пенроуз. Она рассекла меня надвое, и хлынула смола. Липкая, темная, нескончаемая. Вот в чем секрет истинного королевского распутника.…

«Не трогай мою сестренку!» – проревел братишка. Я с ужасом наблюдала, как Чейз вскочил на ноги: он был похож на взбешенную обезьяну. С замирающим сердцем я ждала, что они подерутся, – мой братец может нокаутировать кого угодно, когда дело касается меня. Но тут Чейз расхохотался, а мы молча уставились…

— Джоуи, если ты хотя бы на минутку успокоишься... — начала было мама, но брат не дал ей закончить. В полном бешенстве Джоуи буквально взорвался, как вулкан, прямо посреди нашей обшарпанной кухни. — Даже не пытайся выкрутиться, чтоб тебя! — Обвинительно тыча пальцем в сторону матери, он прорычал:…

И хоть бы кто-нибудь дал мне шанс проявить себя, хотя бы один шанс… Я сунула газетный листок в карман и пошла, еле сдерживая отчаяние, и вскоре забрела на мерцающую огнями Маркет-стрит, прошла мимо витрин с рождественскими украшениями. Был первый день декабря, в воздухе витали мечты и ожидания, магазины…

Но это будет позже. Сейчас был все еще прекрасный летний денек… Идеальный первый поцелуй. Мэддокс Хэмптон Новак — или Мэдди, как его называли близкие — не мог испытывать симпатию к кому-то вроде Орион. Он был настоящим воплощением идеального парня. Играл на соло-гитаре в панк-группе, на каждом матче…

Когда я говорила с родителями в последний раз? – Полицейские нашли кое-какие лекарства в ванной твоих родителей, – тихим голосом сообщает Мираи. – На флаконах указано имя твоего отца. Они связались с врачом и выяснили, что у него был рак, Тирнан. Я не шевелюсь. – Они ничего мне не рассказывали.…

– Они никогда не будут на твоем уровне. Поэтому ты будешь одним из великих, но, как новому капитану, тебе нужно, чтобы они тебя уважали, и я имею в виду не то, как ты играешь. – Он отступает, следуя за остальной командой. – Кроме того, я не хочу, чтобы ты слишком переутомлялся. Мне нужно, чтобы ты пронес…

– Вероятно, ты при этом давала упомянутый тобой оптимальный ответ, – предположил я. – «Решение проблем». – Обычно я отвечаю «хорошо умею работать в команде», но в твоем случае… – Мне это могут припомнить. Рози рассмеялась: – Я сама все заполню до конца, так что у тебя как раз будет время привести…