Книги из серии "Следствие ведет Ева Даллас"

По сути дела, ей развязывали руки. …На Бродвее, как всегда, было шумно и людно – бесконечное представление, привлекающее вое новых зрителей, а оттока не наблюдалось. Тротуары и мостовые забиты до отказа, людям и машинам негде повернуться. Когда Ева была простым уличным копом, здесь рассталось с жизнью…

Ева выпрямилась, автоматически отряхнула колени. – Убийство, – бросила она полицейским. – Упакуйте тело. Ева ничуть не удивилась, увидев на тротуаре у дома Сесили Тауэрс стайку вооруженных телекамерами журналистов. Они уже пронюхали про убийство и теперь шли по следу. В их лицах Еве всегда чудилось…

— Поздравляю. — Рорк похлопал ее по плечу, встал и направился к гардеробу — настоящей выставке костюмов, рубашек и жилетов. — А что сегодня? Рапорты? — Сегодня у меня выходной. — Неужели? — Он обернулся, успев снять с вешалки потрясающий темно-серый шелковый жилет. — Если хочешь, я мог бы изменить…

— Прекрати! — Она все еще сердилась, но сердце ее уже затрепетало. — Здесь не место для любовных сцен. — Отчего же? В медовый месяц место для любви всегда найдется. — Он опустил Еву на землю и положил руки ей на плечи. — А я все думал, куда это ты отправилась. Сразу надо было догадаться. — Он взглянул…

Еве стало очень грустно. – Я и не думала, что он так ко мне относился. Фини взглянул на Еву. Лицо у нее было очень необычное – не из тех, которые можно назвать безусловно красивыми, но запоминающееся: узкое, с резко очерченными скулами и с милейшей ямочкой на подбородке. У нее был цепкий взгляд полицейского,…

Боннинг судорожно заморгал, словно помогая мозгам побыстрее переварить новую информа­цию. – Слушайте, Даллас, да это чушь полная! Ни­кого вы не убедите в том, что я туда пошел, заду­мав его пришить. Мы же были кореша. Ева, не спуская с него глаз, потянулась за ра­цией. – У тебя последний шанс себе…

Подумав о нем, мысленно повторив его имя не­сколько раз, Ева почувствовала, что начинает успокаи­ваться. Эту ночь она решила провести на кушетке в своем кабинете, поскольку Рорк находился в отлучке, а без него она просто не могла спать в спальне. Когда он лежал рядом, ей редко снились кошмары, зато…

— Но ты вышел, да, Дейв? Это дело твоих рук. Пытки, унижения, ожоги. Выброс тела в публичном месте. Это не подражатель… Упаковывайте его, — приказала она и устало поднялась на ноги. Да, не похоже было, что последний день декабря 2058 года пройдёт слишком празднично. Добравшись до машины, Ева включила…

Вернувшись в машину, Ева сразу же включила печку на полную мощность. Стянула перчатки и растерла ладонями лицо. Теперь нужно ехать в управление и составлять отчет, но в планы Евы не входило провести первый день Рождества на работе. Поэтому она решила заняться отчетом дома, в своем кабинете. Но прежде…

Город убивал их, но никто не называл это убийством. Морозным утром лейтенант Ева Даллас ехала в центр города. Ее пальцы беспокойно барабанили по рулевому ко­лесу. Обычная смерть бездомного на Бауэри вроде бы не являлась ее проблемой. Это было задачей отдела, который часто называли «трупоискателями»…

– Он абсолютно мертв, – холодно сказала она, когда Ева начала осматривать висящее на стене тело. – Угу, – произнесла Ева, разглядывая лицо убитого. Оно было красивым и холеным, но на нем застыла пред­смертная гримаса то ли ошеломления, то ли горького удив­ления. Кровь залила его голубой бархатный халат…

– Прекрати, извращенец! – Но ты же сама попросила. Ева засмеялась и подала мужу его бокал. – Половина зрителей в этом твоем театре и без того смотрят в бинокли не на сцену, а на нашу ложу. Им ин­тересен Рорк, а уж потом – все остальное. – Нет, они смотрят на мою красавицу жену – луч­шего в городе…

– Серебряные монеты… Любопытно! Может, он их просто обронил? Пибоди подумала, что это маловероятно, но спорить не стала: – Может быть. Ева собрала монеты, которых оказалось ровно трид­цать, положила их в полиэтиленовый пакет для вещест­венных доказательств и передала его Пибоди. Затем она подняла…

Рука девушки метнулась к мобильному телефону в кармане фартука, но убийца заломил ей руку за спи­ну и выкручивал ее, пока крик не перешел в жалоб­ный стон. – Не нравится? – Он вырвал у нее телефон и от­швырнул в сторону. – Зато нравится мне, а это са­мое главное! Схватив девушку за горло, убийца…

На Олимпусе есть гостиницы, казино, дома, бары и магазины. А значит, есть и люди. А раз есть люди, то есть и преступления. А если есть преступления, без полицейских не обойтись. Она вполне могла бы сменить жетон нью-йоркской полиции на значок Межпланетной правоохранительной организации. — Можно было…

Сколько там на будильнике? Час пятнадцать. Заме­чательно! Не прошло и часа, как она проснулась от соб­ственного крика. Ева положила кота на кровать, встала и пошла в ван­ную, ковыляя, как старуха. Там она включила холодную воду и смочила лицо. Тем временем увязавшийся сле­дом Галахад терся о ее ноги…

– Почему? – Потому что ее уже некуда девать! Ева рылась в шкафу, пытаясь найти что-нибудь практичное. Наконец она достала безрукавку и брюки и стала поспешно натягивать их. Рорк, улыбаясь, наблюдал за ее стройной высокой фигурой, которой он не пе­реставал восхищаться. Кожу Евы покрывал золотис­тый…

Глядя на экран, он видел себя, как он вылезает из окна с автоматом в руке, сея повсюду насилие и смерть… Стук в дверь заставил его повернуться. – Черт бы тебя побрал, Луи! Выключи эту гребаную музыку! – Убирайся к дьяволу! – пробормотал Луи, под­нимая биту, с которой часто ходил на спортплощад­ки…