Книги из серии "Следствие ведет журналистка"

– Вы думаете, что я по камерам пойду? Не пущают. – Неужели еще не прорвались? – удивился Лопоухий. – Ну скажите там кому надо, что ваши телезрители жаждут взглянуть на условия содержания подследственных. Письма пишут пачками. А письма мы обеспечим в любом количестве. «Неплохая идея, – подумала…

– У русских женщин – примерно половины – любовь из жалости, – сказал мне мужчина. – Думаете, у половины? – Ну, за точность цифры не берусь, но таких много… Очень много. И ведь у вас она тоже из жалости, правда? Я ведь слежу за вашей историей. Вашему мужчине повезло. Сейчас. Но вы уверены, что…

– Да я эту стерву… – Ящер сжал кулаки и все-таки не стал произносить вслух то, что он сделал бы со Смирновой. Возможно, просто еще не придумал. Но это явно касалось сворачивания шеи или чего-то подобного. – Нужно знать, чем она занята, чтобы успеть подготовиться! – рявкнул Ящер. – И вообще, пошевеливайтесь!…

– Арина Забродова. – Высокая, худая, рожа страшная? – Рожа – в синяках и замотана, как у восточной женщины, – поправила меня Виктория Семеновна. – Так приедешь? И что там со статьей? Мне ее в номер ставить надо. На подготовку материала мне требовалось еще где-то полчаса, потом одеться, доехать…

Полная решимости Наташа поспешила по лестнице вниз. Выскользнула на улицу. Нет, подводы стоят, как стояли. В том же месте. И рядом с ними не наблюдается никакого шевеления. Хотя в саду слышны какие-то тихие странные звуки… Наташа поспешила к саду, стараясь держаться у стены дома. Потом шла на звук,…

Потом позвонила соседка Татьяна. Она для меня как старшая сестра и лучшая подруга, несмотря на некоторую разницу в возрасте. Татьяна тоже активно беспокоится о моем питании, а поскольку видит меня гораздо чаще, чем мама, – мы с Татьяной проживаем на одной лестничной площадке, а с мамой довольно далеко…

Все было целым и невредимым. Чулки… Были ли на мне чулки? Стоит жара, я была в босоножках, но что за мероприятие?! Куда меня вчера носило?! Почему я ничего не помню?! То есть я помню, кто я, чем занимаюсь, свое детство, своих родителей, друзей, свою квартиру, но не помню вчерашний вечер. И вчерашний…

– Камеру только не потеряй, – устало сказала я Пашке. – Юль, ты чего? – удивленно посмотрел на меня оператор. – Ты же знаешь, что я скорее голову потеряю. Он был прав. Камеру он не терял никогда. – Юленька, заезжай на неделе к нам, – пригласил на прощание Василий. – Ты же знаешь, как мы все в морге…

Но вдруг мною заинтересовался олигарх Фисташков. Ни Ивану Захаровичу, ни Виктории Семеновне, нашему главному редактору, которая относится ко мне, как к дочери, ни моей лучшей подруге и соседке Татьяне, ни мне самой этот интерес совсем не понравился. Я никогда не относилась к молоденьким дурочкам, которые…

Оказалось, что большими моими поклонниками являются жена, сын и дочь Бухарова, сам же он редко смотрит «Криминальную хронику», так как много ездит по миру и родной стране, но за последнее время ознакомился с моими статьями в «Невских новостях», подборка которых лежит у них дома. – Моя жена убедила…

Я не могу сказать, что питаю особую любовь к владельцу нашего холдинга. Но и не могу сказать, что его не люблю. Я, как уже говорила, люблю Викторию Семеновну, а по сравнению с нею всякие любители блондинок меркнут. Хотя владелец нашего холдинга – на самом деле талантливый бизнесмен, не самодур, и с ним…