Чтение онлайн

– Может, все-таки со мной поговоришь, Ника?

Я вздрогнула.

– Хватит! Уходите!

Я проскочила в дом и почти успела захлопнуть дверь, но Аластер успел подставить ногу и не дать мне сбежать. Я задержала на нем взгляд, и сразу как-то расхотелось воевать. Он все равно сильнее, он все равно поступит так, как захочет, а на меня ему, похоже, плевать. Вдобавок ко всему разнылась нога, и я села на диван.

Скосив глаза, я следила, как Аластер затаскивает в дом сумку и ставит у тумбы в прихожей. Он еще и с вещами?! Обалдеть, а мне куда теперь деваться?

– Будешь завтракать?

– Я хочу, чтобы вы ушли.

– А я хочу остаться. И поговорить с тобой. Сейчас нет вооруженной охраны, чтобы мне помешать, верно? Джоан мне все рассказала.

– Она не имела права, я просила не говорить.

– И ты собиралась молчать? Ника, ты...

– Не смейте меня так называть! Так я подписывала открытки своему отцу, а вы...

В порыве злости я вскочила с дивана и охнула - ногу пронзила боль. Я не удержалась и свалилась прямо на небольшой столик. Удара не последовало: Аластер ловко поймал меня и усадил на диван.

– Ты здесь за две недели ничего еще себе не сломала?

– Говорите, что хотели, и уходите, - устало вздохнула я.

– Посмотри на меня, пожалуйста, - последовала осторожная просьба.

Я покачала головой. Если бы я на него посмотрела, сорвалась бы. Я устала загонять воспоминания как можно глубже, я устала делать вид, будто ничего не случилось. Иногда мне казалось, что я устала жить.

– Не злись на Джоан, ей крепко досталось. Я заставил ее рассказать, почему ты не хочешь меня видеть. В буквальном смысле заставил.

– А найти меня вы заставили Рика.

– Ой, его не нужно заставлять. Он не заметает следы. Он перевел твои деньги на счет и заплатил со своего компьютера за дом. Дальнейшее - дело техники. Рик, дай компьютер, звякну, свой забыл.

– Убью, - мрачно пообещала я.

– Давай поговорим, иначе будет хуже. Разберемся здесь и сейчас. Тебе нужно было сразу сказать.

– Ноэль чем-то меня напоил.

– Знаю, - прервал меня Аластер.
– У тебя в крови нашли хорошую дозу какой-то гадости.

– Эй, послушай меня. У нас с твоей мамой сложная история. Мы встречались с ней, когда учились, и после окончания несколько лет жили вместе.

Я замерла. Меня трясло, а боль в ноге стала совсем уже нестерпимой. Хотелось забиться куда-нибудь и не слушать, но пальцы Аластера крепко обхватили мои запястья и не пускали.

– Я три года прожил с вами, а потом твоя мама попросила меня уехать.

– Да, я знаю, я писала вам письма.

– Я их храню. Ты красиво рисовала. Все еще любишь?

Я покачала головой. Настроение менялось так быстро, что нервная система не справлялась. Сейчас накатило безразличие.

– Суть в том, что помимо меня твоя мама встречалась еще кое с кем. Она... была довольно ветреной девушкой, и ее игры вылились в скандал. Она выбрала меня, и утверждала, что я твой отец. Но я никогда этого не проверял, и... черт, Ника, это разговор не на десять минут. Я просто предлагаю выяснить наверняка.

Он достал из кармана куртки небольшую коробочку светло-голубого цвета.

– Я хочу знать. И ты тоже.

Я прерывисто вздохнула, поняв, что в коробке.

Экспресс-ДНК тест. В основном такие используются в частных клиниках - миновали времена, когда такой тест был процедурой сложной и дорогостоящей.

Аластер передал мне коробку, и я с трудом открыла ее. В коробке обнаружились два герметичных пакетика и небольшая инструкция. Я мельком пробежала ее глазами. Ничего сложного, достать иглы, уколоть палец, сунуть в анализатор, подождать пять часов. Желательно проводить тест дважды, так сказать, во избежание.

Я медлила. Крутила в руках анализатор.

– Дем?

– Я не уверена, что хочу знать это.

– Что? Деминика, это нужно знать. Ты будешь всю жизнь думать об этом и мучиться.

– А если тест покажет, что...

– Дем, я с этим разберусь. Я обещаю, я тебе помогу. Есть психологи, есть программы для... жертв домашнего насилия. Ты сможешь обо всем забыть.

Меня начинало трясти от таких слов, я не хотела проходить через реабилитации и гипноз. Проклятый Аластер! Я почти примирилась с этой мыслью, я была готова оставить ту ночь в прошлом и пережить ее последствия. А теперь мне грозит второй удар. Но и дальше мучиться от неизвестности было бы глупо.

– А вы? Вы ведь не забудете.

Его ответ поверг меня в шок.

– Я и не хочу забывать.

Я быстро разорвала упаковку и достала две иглы, на концах которых были небольшие емкости. Короткая и слабая боль обожгла палец, и я тут же вставила иглу в анализатор. То же самое проделал и Аластер.

– И что дальше? Пять часов?
– Я откашлялась - от волнения сел голос.

– Дальше - завтрак.

Он прошел на кухню, и я услышала звон посуды.

– Надеюсь, ты ешь яичницу.

Не знаю, сколько я просидела в ступоре. Когда я вошла, яйца уже весело шкворчали на сковородке, а кофе согревал ароматом маленькую неуютную кухню.

– Яичница - единственное, что я не могу приготовить, - задумчиво произнесла я.

Аластер хмыкнул.

– Это хорошо, потому что я умею готовить только ее. Месяц мы на ней не продержимся.

Я удивленно подняла брови.

– Я взял месяц отпуска, - милостиво пояснили мне.

– И с чего вы взяли, что этот месяц я разрешу вам остаться здесь?

– Ты можешь запретить мне жить в этом доме, - пожал плечами Аластер, выкладывая на тарелки яичницу, - но не можешь запретить жить по соседству. Я не уеду, Дем, садись, поешь.

Страх и боль сменяла ярость, я подыскивала слова, чтобы выразить все свое негодование, но как назло мой словарный запас сократился до одной нецензурщины. Однако яичница так пахла... а я не завтракала совсем, только чай и тот не допила. В общем, простое, человеческое, во мне победило - я села за стол.

Мы ели молча, я не поднимала глаз. В голове была такая каша, что мысли надолго там не задерживались, и я гипнотизировала взглядом узоры на тарелке. Нога болела все сильнее, я никак не могла сесть так, чтобы облегчить боль, и в итоге Аластер это заметил.