Чтение онлайн

Остановился в пяти метрах от него. Классическая дистанция для дуэли, которую преподают в любой школе. Достаточно близко для точности заклинаний, но с запасом пространства для манёвра. Маг прекрасно понял мои намеренния.

— Кто вы такой? — спросил он у меня прямо.

— А вы? — улыбнулся я в ответ. — В приличном обществе принято сначала представиться самому.

Человек в тёмном сюртуке издал короткий смешок, больше похожий на кашель чахоточного.

— Впрочем, в вашем случае это неважно. Мёртвым имена ни к чему.

— Самоуверенность погубила больше магов, чем все войны вместе взятые, — заметил я, кивнув на трупы у его ног. — Ваши помощники тоже были уверены в победе. Видите, чем это закончилось.

Взгляд противника неспешно скользнул по телам громил, задержался на луже крови под коренастым, вернулся ко мне.

— Уличная шваль, — он произнёс это с таким презрением, словно сами слова пачкали ему рот. — Вы убили двух представителей портовых отбросов и возомнили себя героем? Мальчишка, между ними и настоящим магом такая же разница, как между лужей и океаном.

— Возможно, — я пожал плечами, не сводя взгляда с его рук. Пальцы левой руки слегка подрагивали, готовя заклинание. — Но меня больше интересует, зачем вы травите воду в городе. Откуда берутся заражённые элементали. И какое отношение ко всему этому имеет барон Мергель.

При имени барона маг дёрнулся.

— Откуда вы… — он осёкся на полуслове.

— Знаю про барона? — я позволил себе улыбнуться. Кажется, я смог его удивить. — У меня отличные источники информации. Например, я знаю про Синявино. И гораздо больше, чем можно было услышать через плохо закрытые ворота этого склада. Про искусственную эпидемию, которая за неделю уложила половину города. Про старика-владельца завода, который подписывал документы о продаже трясущимися руками, пока его рабочие умирали в больницах.

Маг смотрел на меня с прищуром, словно решал, продолжить слушать, или немедленно атаковать. Я же вёл себя так, словно не ожидал с его стороны никакого подвоха.

— Более того, — я сделал паузу для эффекта, — я видел, как вы сходили с парохода в Синявино.

Молчание стало почти осязаемым, густым как утренний туман над каналом.

«Опасно! Очень опасно!» — Капля металась, передавая волны тревоги. — «Капля поможет! Капля сильная!»

Я чувствовал её готовность к бою, как натянутую тетиву. Маленькая, но яростная. Мой скрытый козырь в рукаве.

Маг медленно опустил правую руку, но перстень продолжал пульсировать. Он напомнил мне родовой перстень Аквилонов, только энергия была более грубой, менее структурированной.

Левая рука мага так и осталась слегка приподнятой, готовая к молниеносному удару.

— Любопытно, — он произнёс мою любимую фразу с лёгкой насмешкой. — Вы знаете гораздо больше, чем полезно для вашего здоровья. Это делает вас не просто осведомлённым. Это делает вас опасным.

— Это чувство взаимно, — ответил я, следя за его руками.

— Чего ты хочешь? — мой собеседник перешёл на «ты», словно демонстрируя, что время переговоров прошло.

— Для начала, ответов. А в идеале, окончания эпидемии.

Маг вдруг рассмеялся. Хрипло, тихо, словно сминали папиросную бумагу.

— Окончания? — он покачал головой с укоризной. — Мальчик, ты не понимаешь масштаба происходящего. Это бизнес, построенный на страхе и жажде. Миллионы рублей уже вложены, контракты подписаны, люди куплены.

— И тысячи жизней принесены в жертву.

— Жизни? — маг фыркнул с таким презрением, что воздух вокруг него словно похолодел. — Жизни бедняков, которые не могут позволить себе безопасность и респектабельность. Их жизни стоят меньше, чем бутылка хорошего вина. Они плодятся как крысы и умирают как мухи. Какая разница, от чего именно они сдохнут — от нашей воды или от обычной холеры?

Я терпеливо слушал, изображая интерес. Сейчас, когда этот человек считает меня беззащитной жертвой, он способен выболтать лишнее.

— Знаешь что? — маг наклонил голову, разглядывая меня с интересом коллекционера. — Ты мне почти нравишься. Молодой, дерзкий, талантливый. У тебя есть та редкая смесь мастерства и безрассудства, которая либо делает человека великим, либо мёртвым. Присоединяйся к нам. Магу воды с твоими способностями найдётся достойное применение. И плата… — он сделал паузу, — плата будет такой, что ты сможешь купить себе десяток таких костюмов. Каждый день.

Надо же, он принял меня за пижона и любителя роскоши. А еще говорят, что «образ — ничто».

Кротов на стуле перестал дышать, замер в ожидании моего ответа. Даже всхлипывать перестал, боясь пропустить хоть слово.

Я медленно покачал головой, наблюдая, как маг распрямляет пальцы левой руки.

— Щедрое предложение. Но мне в жизни и так всего хватает, чтобы не опускаться до подобных гнусностей..

— Жаль, — маг произнёс это без тени сожаления, скорее с лёгким разочарованием, как человек, проигравший мелкую ставку в карты. — Очень жаль.

Его правая рука взметнулась вверх резким движением, словно выбрасывая невидимое копьё. Энергия с перстня сорвалась тёмной волной, искажая воздух вокруг себя.

И ринулась ко мне.

Тёмная волна сорвалась с руки мага и полетела прямо в меня.

Водяное копьё, но какое-то неправильное, искажённое. Чёрный камень артефакта окрасил энергию в цвет грозовой тучи. Капли влаги в радиусе метра втянулись в летящее остриё, усиливая удар.

Шаг влево.

Мой щит появился перед заклинанием не прямо, а под углом, отклоняя его в сторону.

Копьё скользнуло и врезалось в стену с мокрым чавкающим звуком. Доски треснули, щепки полетели во все стороны.

Грубо. Слишком много энергии потрачено на такой простой удар. Словно забивать гвозди кузнечным молотом. Это точно не академическая школа с её выверенной экономией сил. Может, действительно, какие-то родовые техники, передающиеся из поколения в поколение без понимания сути?

Хотя я понятия не имею, как сейчас учат боевых магов. Те, кого я встречал до сих пор меня не впечатлили.

До магии моей эпохи это не дотягивало и близко. В Атлантисе такую топорную технику могли бы использовать только ученики. И то получили бы нагоняй за расточительность.

Влага в воздухе сгустилась по моей воле. Склад был пропитан сыростью насквозь. Старые доски пола хранили в себе воду десятилетиями. Она просочилась через трещины тонкими струйками, поднялась невидимым паром, закружилась в воздухе.