Чтение онлайн

После резковатого разговора с компрессорщиками Задольный навалился на теплотехников:

— Почему падает температура на катализаторах? Вася, не темни! Утром, как на лучшего друга, докладную директору подам. Прибавишь? Вот это другой разговор. Письмо от Ирины? Получил. Ответ? Написал. Тебя разрисовал так: «Вася Чайка в Яснодольске пьет стаканами девичьи слезы…» Вычеркнуть? Будешь держать нормальную температуру на катализаторах — уважу. Ничего не случится с твоими генераторами. Сам хвалился: «Мои машины — звери!..» Договорились? Салют!

Огромные поршни на установках сжатия азота вздыхали редко и глухо. Десятки вентиляторов, наоборот, жужжали бойко, весело, точно шмели-медовозы в жаркий день на цветущем лугу.

Старший аппаратчик Гришин, низкорослый, чубастенький, с противогазом на боку, Игорю казался похожим на сказочного колобка. Он не шагал по цеху — катился так быстро на коротких ногах, чуточку припадая на правую, что Игорю все время приходилось прибавлять ходу.

— Денисович, на отмывке водорода какие-то неполадки, — забегая вперед, заметил Игорь. — Посмотрите, как суетится Аня Подлесная.

— Верно, — согласился Гришин. — Эта дивчина зря горячку пороть не будет.

Догадка Задольного оправдалась. Едва они остановились у отмывки водорода, Аня скороговоркой пояснила:

— Давление и температура в пятой и шестой продолжают падать.

— Сейчас режим наладится, — заверил Игорь. — Я звонил в компрессорную и теплотехникам.

Аня, теребя пояс белого халата, потупилась. Задольный, вспомнив, что она всегда при встречах с ним немного теряется и мигает ресницами, как обиженный ребенок, взглянул на нее так, словно увидел впервые. Ему в рту минуту почему-то стало обидно на самого себя. И как это он раньше не замечал Аниных глаз с затаенной грустинкой, золотистых локонов, овальных плеч и какой-то особой легкости в движениях, которая подчеркивала в ней удивительную стройность и красоту. Аня, подняв голову, чуточку зарделась, но взгляд Игоря выдержала до конца.

— Николаевич! Николаевич! — засуетился Гришин. — Нас кличет Незабудкин.

Игорь обернулся. Анатолий Незабудкин махал кепкой. Задольный и Гришин тревожно переглянулись и молча зашагали к шестой установке сжатия азота.

— Какая-то неразбериха получается! — доложил Незабудкин. — Посмотрите, как стрелки на приборах пляшут.

— Давление обещали поднять, — заверил Игорь. — А вот падение температуры на катализаторах — загадка. Такого в нашей смене еще не бывало.

— Гляди, Николаевич! Гляди! — указал пальцем на манометр Василий Денисович. — Давление опять падает.

— Я их сейчас по молекулам разложу! — побагровел Игорь. — Денисович, прикажите аппаратчикам нарушение технологического режима регистрировать в журналах. Утром напишем директору докладную…

— А они там не того? — Василий Денисович почесал указательным пальцем горло. — Теплотехники вечерком спирт для промывки каких-то контактов получали.

— Я им мозги промою! Так прополоскаю — всю жизнь помнить будут!

В кабинет из цеха Игорь прибежал злым, побледневшим. Следом за ним порог перешагнула Аня Подлесная и тихо прошептала:

— Температура падает…

— Пожалуйста, меньше паники!

Аня попятилась и робко прикрыла дверь. Игорь, упрекнув себя за горячность, сжал в руке телефонную трубку. Секунды вызова компрессорной тянулись удивительно долго, а когда она наконец отозвалась, он гневно прокричал:

— Вы какого дьявола устраиваете неразбериху? Нормальное, говорите, держите давление? Врете! В пятой и шестой колоннах синтеза на пятьдесят атмосфер упало! Я буду докладывать директору и главному технологу. Повторяю: чихать я хотел на ваши приборы! Поднимите давление до нормали!

Перебранка с компрессорщиками взбеленила Игоря. Барабаня пальцами о стол, он обрушился на теплотехников:

— Вася, почему падает температура на катализаторах? Нормальную держите? Не темни! Да ничего не случится с твоими генераторами. Наладится режим — уменьшишь нагрузку. Добавишь на собственный риск? Узнаю тебя, старче!

Задольный налил из графина в стакан газировки, но выпить не успел. В кабинет вбежал запыхавшийся Василий Денисович Гришин и, не говоря ни слова, стал комкать в руках старенькую кепку.

— Я тоже не пойму причину, — приуныл Игорь. — Компрессорщики и теплотехники заверяют, что у них полный порядок. Кстати, как работала вторая смена?

— Нарушений технологического режима не наблюдалось.

— Будем действовать так: я бегу в компрессорную и загляну к теплотехникам. Вы остаетесь в цехе. У рабочих химзащитные костюмы в порядке?

— Как всегда.

— Проверьте еще раз.

На улице ветер сорвал с головы Игоря ушанку. Он попытался подхватить шапку рукой и с досадой выругался. Ветер унес ее куда-то в мутную завесу снежной круговерти. Игорь, чертыхаясь, поднял воротник пальто и прямо по сугробам полез к зданию компрессорной.

— Ты чего это как с цепи сорвался? — спокойно встретил Задольного дежурный инженер Валентин Чепуренко. — В снегу! Без шапки!..

— Какое держишь давление на пятой и шестой?

— Выше нормали на пятьдесят атмосфер.

Игорь кулаком протер запорошенные снегом глаза. Посмотрел на манометры:

— Не барахлят?

— У нас, друг, порядок железный!

— Сбрось атмосфер десять.

— Дядя Костя, — окликнул Чепуренко компрессорщика, — сбрось на пятой и шестой десяток атмосфер.

— Это можно.

Стрелки манометров залихорадили и медленно поползли вниз.

— Теперь убедился?

— Не пойму причину. Давление и температура в пятой и шестой колоннах синтеза продолжают падать…

Телефонный звонок помешал Игорю рассказать о неполадках в цехе. Чепуренко подал ему трубку.

— Да. Понятно. Загляну к теплотехникам и бегу обратно.

Валентин Чепуренко, как бы оправдываясь за работу компрессорщиков, посоветовал Игорю:

— Немедленно докладывай начальству.

— Можно еще увеличить давление?

— Нет! Ты, друг, лучше начальству доложи.

Игорь выскочил из компрессорной и через минуту появился у теплотехников. «Промывать мозги» теплотехникам ему тоже не пришлось. Его друг по институту Вася Чайка, худенький блондин в пенсне, чем-то похожий на служащего нотариальной конторы, увеличить температуру на катализаторах наотрез отказался.

Просторное, залитое мягким светом здание теплотехников растаяло в снежной завесе. Игорь, не чувствуя ледяного ветра, возвратился в цех. Василий Денисович встретил его кратким докладом: