Чтение онлайн

– Я не… Я знаю, – как же он ненавидел людей, легко переходящих на «ты»! – Я и не собирался просить о такой же. Я просто хочу… Такой типаж.

– Это можно. Что насчет характера? Личные качества?

– Она должна быть достаточно умной. Не гений, но… Чтобы с ней обо всем можно было поговорить. Образованной. И голос такой… глубокий. Чтобы любила простые вещи. Могла вести себя в обществе. Дружелюбная, но не слишком общительная. То есть никаких подруг круглыми сутками. И… пусть она играет на пианино. Я люблю это.

– Значит, умная, образованная, с глубоким голосом, дружелюбная, достаточно скромная, с талантом. Да, сложный заказ… – протянула госпожа Сюй. Ее голос снова стал деловитым. – Это обойдется дорого.

– Я готов заплатить, если это того стоит.

– Стоит, – вставил свое слово Николай. – Я тебе говорю.

Вен Сюй встала и подошла к одному из шкафов. В выдвижном ящике обнаружились колбочки и шкатулки разной величины. Женщина стала поочередно доставать их, прикладывая содержимое друг к другу и тихо бормоча себе под нос что-то непонятное:

– Стекло? Хрупко… Пожалуй, с напылением. Или даже сапфировое… Да. Подойдет. Как в Vertu. У тебя же Vertu, Сережа?

– Да, – растерянно ответил Сергей.

– Так. Воск? Просто, но надежно. Добавим известь. По цвету вполне… Нет. Лучше розовую пудру. Да. Патока с медом? Сладковато… Нет. Добавим специй. Гвоздику и цветы муската. Сережа, есть аллергия на мед?

– Нет, – снова недоуменно подал голос мужчина.

– Отлично. Так, ракушки… С Карибских островов? Неплохо. Вопрос с талантом… Уши – кости колибри. Для пальцев… Тут надо подумать. И колотый лед для головы… Ладно, это мелочи уже.

Вен Сюй вернулась в кресло и быстро что-то подсчитала. Кивнув себе, она написала цифру на листе бумаги и придвинула ее Сергею.

– Вот так.

– Ничего себе… – да, сумма действительно ужасала. Личный самолет обошелся ему дешевле.

– А ты как хотел, – улыбнулась китаянка. – Женщины – дело дорогое.

Еще немного поизучав цену и мысленно смирившись, Сергей вздохнул:

– Но это действительно будет… настоящая? То есть… Я не хочу послушную куклу, понимаете?

– Ох, дорогой, из женщин невозможно сделать послушных кукол. Даже мне, – засмеялась хозяйка. – Как их не лепи, а все равно получаются с норовом. Такой вид людей. Тут уж ничего не попишешь. Но не волнуйся, твое пожелание я учту. По рукам?

Сергей обернулся к Николаю. Тот кивнул.

– По рукам, – решился мужчина, пожимая горячую китайскую ладошку.

– Ну и отлично. У меня предоплата. Вот номер счета. Деньги должны поступить в течение суток. Никаких разговоров о том, что здесь произошло. Если захочешь кому-нибудь посоветовать, то убедись, что он в курсе альтернативных людей. И веди, только если он действительно настроен на изменения в жизни. А то у меня разговор короткий… – наставила его Вен Сюй. – Фотографию оставь. За образцом приходи через три дня. Думаю, в семь вечера будет удобно.

– Я буду в Дублине, – попытался возразить мужчина.

Госпожа Вен Сюй мгновенно стала похожа на маленького красного дракона.

– У меня тут не отель! Забирать образцы исключительно в отведенное время! Исключительно лично!

– Ладно… Я понял, – Сергей решил, что лучше будет свернуть разговор. В конце концов, в Дублин может полететь и партнер. А у него тут судьба, может быть, решается.

Он поднялся, уже собираясь уходить, но внезапно остановился.

– Госпожа Вен Сюй…

– Да, мой дорогой? – ласковым голосом произнесла китаянка, уже переключившаяся на какие-то бумаги.

– А ей нужно будет что-нибудь… Ну, специфическое? Как за ней ухаживать?

– Да как за обычной женщиной, – улыбнулась госпожа Вен Сюй. – Кормить чем повкуснее, одевать во что поярче и дарить какую-нибудь мелочевку с камешками. Можешь еще аккаунт ей сделать в инстаграме с парой тысяч подписчиков. Они уж больно внимание любят.

**

Впервые за долгое время Сергей зажимал пальцы крестиком – отправляя гонорар госпоже Вен Сюй. Он сам не знал, что именно загадывал: чтобы катастрофическая сумма дошла без проблем, чтобы «товар» оправдал свою стоимость или чтобы он сам не пожалел о своем решении. Так или иначе, дело было сделано.

В первый день ожидания он напился. Сначала – на шумной вечеринке, которую собрал Николай в качестве «мальчишника», потом – в одиночестве, спрятавшись в рабочем кабинете от всего мира. Он пил и думал, вспоминая всю свою жизнь. И чувствовал себя то мальчиком в ожидании новогоднего утра, то последним циником, который платит даже не за секс – за любовь, то просто очень несчастным и запутавшимся человеком. В зависимости от того, кем он себя ощущал, Сергей то тянулся к телефону с желанием позвонить госпоже Сюй и узнать, не готов ли уже его «образец», то наоборот собирался отказаться от заказа. Впрочем, от этого шага его удерживали уже отправленные деньги.

На рассвете второго дня ожидания Сергей проснулся на Патриаршем мосту. Он сидел, привалившись к ограде у Храма Христа Спасителя. Галстука не было; на левой ноге отсутствовал носок.

Бизнесмен повернул голову и обнаружил привалившегося к его плечу бомжа. Тот с задумчивым видом рассматривал бумажник Сергея.

– Очухался, человече? – хриплым голосом сказал бомж, даже не повернув головы. – Это хорошо. Не мальчик ты уже, чтобы такие загулы устраивать.

Сергей попытался что-то сказать, но в горле, казалось, образовалась пустыня.

– Сушняк, – резюмировал случайный собеседник. – И не помнишь поди ни хрена. Так я тебе расскажу. Ты, человече, в храм попасть пытался. Часиков так в четыре утра. Нес какую-то историю про женщин и чертовщину. Все хотел что-то такое рассказать всем. Но только тебя не пустили.

Сергей закрыл глаза. Уважаемый человек. В списке «Forbes» в первой пятнашке. Докатился.

– Видать, хорошо тебя жизнь приложила, – продолжал бомж. – Что ты в таком костюме ночью в церковь собрался. Меня вон подкупить пытался, чтобы я тебя в церковь провел. Бумажник свой сунул. Я и взял – на сохранение. Забери, кстати. Мне эти твои бумажки без надобности.

Мужчина удивленно взял кошелек, с которым мысленно уже успел попрощаться, и поморщился. Голова болела как-то неправильно, непохмельно; вся боль сконцентрировалась в одном месте чуть правее затылка.

– А чего у меня голова болит? – просипел Сергей.

– Так тебя матушка подносом из-под свечей приложила, чтобы не лез с такой рожей к светлому и вечному, – охотно поделился бомж. – У нас, видишь ли, к этому самому светлому ходить принято только по расписанию. Ну и при галстуке, конечно. А пьяный и несчастный ты на фига сдался богу?