Чтение онлайн

Джерри пришёл ей на помощь, бросив фразу, что, кроме коллектива научных лабораторий, Ростроповича и Вишневской, это переселение русских дало Америке лучшую в мире мафию, знаменитую разбавлением бензина, мошенничеством с пособиями, страховками, скидками и подделкой банковских счетов.

– Напориста и талантлива волна русской эмиграции, - глубокомысленным взглядом посмотрел он на Анжелику и ловко увернулся от её щелчка. – Не принимай близко к сердцу, милая Ан, мои слова. Холодная война между Америкой и Россией уже как несколько лет закончена, и моё заявление не имеет ничего общего с политическими лозунгами.

Его лёгкий юмор заставил всех улыбнуться.

– Что ж, мои остроумные спутники, - подвёл черту Даниэль, - нам пора на землю. Между прочим, если бы не Эмпайр, любителям достопримечательностей здесь было бы просто нечего делать: за экзотикой надо направляться севернее по Пятой авеню – в Гринвич-Виллидж (мы там уже были); или же на юго-запад – в Сохо (там нам ещё, возможно, предстоит побывать). Окрест прославленного небоскрёба простираются лишь галантерейно-трикотажные «дебри» и сейчас мы направляемся именно туда – девушкам необходима новая одежда.

Таис и Анжелика посмотрели друг на друга с тщательно скрываемым удовольствием – как ни хотелось быть культурно-образованной и эрудированной, всё же выглядеть неотразимо хотелось не меньше.

Через пару часов они покидали «галантерейный район» с горой новых платьев, обуви и несколькими книгами – Анжелика поняла, что для того, чтобы быть интересной собеседницей, нужно много читать. Начать она решила с французской классики, как посоветовал Кристиан: именно с ним она поделилась мучавшими её сомнениями по поводу своей слабой начитанности и дилетантства в вопросах искусства.

– Моя ненасытная до знаний девочка! – проникновенно сказал Кристиан. – Я помогу разобраться в том, что нахлынуло на тебя. Но будь осторожна! В книге тебе всё объяснят, поэтому некоторые люди предпочитают их. В жизни – всё наоборот. Проблема заключается в том, что книги раскрывают смысл жизни других людей, но не твоей собственной. Читай, впитывай, но всегда – анализируй. Не позволяй информации просто поглощаться тобой.

Анжелика приступила к чтению, как только они вернулись в дом Даниэля на Аппер-ист-Сайд. Но не прошло и несколько минут, как в её комнату постучался и тут же заглянул Джерри.

– Анжелика, я везу тебя и Таис в один из лучших салонов Нью-Йорка, - тоном заправского лакея возвестил он, - вечером Даниэль, если ты помнишь, устраивает приём на яхте: он желает, чтобы вы блистали.

– Почему он использует тебя для исполнения своих желаний? – удивлённая энтузиазмом Джерри, спросила девушка. – Мне казалось, у него должен быть личный шофёр.

– Во-первых, я хочу быть полезным, - с наигранным смирением ответил юноша, - а, во-вторых, Даниэль доверяет мне поиск лучших салонов: он ведь не был женат, Ан, как может его шофёр знать дорогу к ним?

Джерри умел быть убедительным, когда хотел. Анжелика с сожалением закрыла книгу и поднялась. Таис помогла ей выбрать вечернее платье – из тех, что они купили в «галантерейном районе» - и все трое отправились в лучший салон Нью-Йорка.

Глава 9. “The 8th” - «Восьмой»

Яхта Даниэля была подобна нереиде – хрупкая и стройная, она уверенно чувствовала себя в водной стихии. Даниэль сам разработал дизайн судна и лично следил за его постройкой. Ему хотелось, чтобы яхта была не одной из многих, сходящих со стапелей его судоверфи, но существом исключительным – наделённым духом. Ему удалось воплотить в жизнь свой творческий замысел. Во всём, что замечали на яхте глаза, присутствовал вкус и индивидуальное чувство красоты её владельца. Десять просторных кают с богатой внутренней отделкой и всеми мыслимыми удобствами могли удовлетворить любое требование эстетики: две из них были оформлены в восточном стиле – красочном индийском и строгом японском; другие две представляли собой вариации на морскую тему; ещё две содержали в своём интерьере сцены из истории Европы и Америки; следующая пара впечатляла сюжетами из греческих и скандинавских мифов; последние две каюты пришлись бы по душе ценителям искусства – музыки и живописи.

Отдельного внимания заслуживала кают-компания. Она была самым просторным помещением на яхте и дизайн её соответствовал тому, ради чего она, собственно, и строилась – кругосветному путешествию. Одна стена представляла собой огромную географическую карту, пока ещё свободную от линий и штрихов; несколько глобусов, малых и больших, были расставлены на круглом столе, баре и полках книжного секретера, заполненном, само собой разумеющееся, книгами о разных странах и народах. Другой шкаф был пуст – его Даниэль приготовил для коллекции сувениров.

Ещё на яхте был небольшой крытый бассейн, тренажёрный зал, видеозал и несколько помещений для судовой команды. Она состояла всего из четырёх человек: капитана, кока и двух матросов. Сейчас они спешно заканчивали последние приготовления: кок дожаривал индейку и откупоривал гольденвассер – ликёр, в который добавлялось небольшое количество золотой пыли; один матрос уже который раз за день драил палубу, другому капитан помогал развесить иллюминацию, запланированную для торжественного приёма.

Хозяина и его друзей ждали в восемь, а его гостей – через час. Даниэль Демигод был пунктуален, и капитан Джастин Смайл это знал. Убедившись, что к назначенной минуте всё готово, он поднялся на палубу, и заметил сидящего у перил крупного серого кота. Несколько месяцев назад, едва яхту спустили на воду, тощий беспородный котёнок каким-то образом проник в трюм и поселился там. Даниэль тогда решил испытать судно и отправился на нём вдоль восточного побережья Соединённых Штатов, но хитрый котёнок ни разу не умудрился попасться ему на глаза. О его существовании знал лишь кок, который, будучи одновременно любителем животных и человеком, получающим высокое жалованье за соблюдение чистоты и порядка на вверенной ему территории, ухаживал за незаконным вторженцем, намереваясь по прибытии сразу же отправить его на землю. Всё шло хорошо, но однажды, собираясь пообедать раньше обычного, Даниэль спустился на кухню, где застал кока разговаривающим с серым котёнком, который восседал на высоком стуле и плотоядно смотрел на кусок мяса в руках своего благодетеля. Заметив вошедшего незнакомца, котёнок даже не шевельнулся, а кок изменился в лице и стал лихорадочно извиняться.

– Сэр.., простите, сэр…это животное.., - он сбивчиво объяснил его появление на яхте, а потом смиренно приготовился к буре.

Её не последовало. Кот, прозванный Рошфором, поселился на корабле на правах любимца хозяина. Это было удивительное существо. Ни разу потом он не сходил на берег, а если Даниэль пытался увезти его в свой дом, он отчаянно царапался и успокаивался только тогда, когда его возвращали на борт. Но зато появления хозяина кот ждал с нетерпением. Капитан даже эксперимент проводил: несколько раз он засекал время выхода Рошфора на палубу и смотрел на секундомер в тот момент, когда к причалу подъезжала машина Даниэля. Неизменно это были три с половиной минуты. Вот и сегодня кот высматривал на дороге знакомый автомобиль.

– Тоже ждёшь, Рошфор?

Кот слегка покосился на капитана и снова устремил свой взгляд на дорогу.

Через несколько минут пять элегантно одетых мужчин поднялись на палубу, и один из них взял кота на руки.

– Это Рошфор! – с гордостью продемонстрировал Даниэль своего любимца. – Во время путешествия он будет сопровождать нас. Абсолютно не сухопутное животное. А теперь позвольте представить вам нашего капитана.

– Джастин Смайл, очень приятно! – капитан по очереди пожал всем руки. – Мистер Демигод, а ваши спутницы?