Чтение онлайн

Мы прошли прямо перед нашим охранником, и он продолжать водить по сторонам глазами, глядя сквозь нас. Мой ангел еще и раскланялся с ним, проходя мимо. И после этого разулыбался наконец. Я вопросительно вскинула голову - он ответил мне одними губами: «Потом». Я вырвала свою руку из его, чтобы его удаль немного остудить - и тут же снова вцепилась в нее, когда с меня пот градом покатился.

Когда мы добрались до места встречи, я попыталась от всего отключиться, чтобы меньше мыслей кодировать. Именно поэтому чуть не опозорилась. И мой ангел хорош, нечего сказать: сначала «ни в какие разговоры не вступать», а потом сам просит единственного неизвестного мне назвать.

Когда я увидела его, приткнувшегося на ветке дерева и затем плавно слетевшего с нее, у меня мгновенно само собой родилось: «Шарик». Но не могла же я незнакомого ангела, да еще и из противоположного лагеря, назвать именем дворняжки, прибившейся однажды к Светке на даче! Пришлось лихорадочно придумывать что-то более приемлемое, да еще и все это кодировать.

Похоже, получилось. Мой новый знакомый вслух признал, что мои мысли ему недоступны, и, судя по выражению лица, не соврал.

Не успела я расслабиться, как он изрек, что мое место - среди темных. Ну, зачем мой ангел Стасу похвастался? Зачем мы вообще сюда пришли? Говорила же я ему, что ничего хорошего из этой встречи не выйдет! Откуда я знаю, как у ангелов распределение происходит?

Мой ангел уже раскричался и весь затрясся. Меня в жар бросило. И только через мгновенье я поняла, что бессознательно спряталась у него за спиной, выдернув руку из его руки. Ничего, я потерплю - если они сейчас сцепятся, моему ангелу обе руки понадобятся, чтобы уравнять силы.

Обошлось. Этот Винни-Шарик, похоже, лучше меня соотношение сил оценил и тут же переметнулся на нашу сторону. Судя по реакции остальных, это его предложение почему-то оказалось не лучше первого. Я от всей души с ними согласилась. От одной мысли, что придется постоянно мысли кодировать, мне не по себе стало.

Одним словом, когда Макс с Винни-Шариком ушли, лично я вздохнула с облегчением. И была только благодарна моему ангелу, когда он домой заторопился.

До него, видно, тоже уже дошло, что как-то слишком он вошел в роль ведущего собрания, и что одно дело - мной командовать, а совсем другое - Стасом. Я впервые слышала, как Стас кого-то на место ставит, и лишний раз убедилась, что спокойной, размеренной речью намного проще собеседника к порядку призвать. Пожалуй, нужно будет на вооружение взять.

А в целом, Стаса интересовали совершенно конкретные вопросы по проведению встречи, и я совершенно не понимала, из-за чего мой ангел так раскипятился. В конце концов, эти вопросы дали ему возможность похвастаться Стасу и своими достижениями. Мне тоже было интересно, расскажет ли он Стасу, что обнимался с ним, или опять врать начнет.

Глядя на потрясенное лицо Стаса, когда мой ангел рассказал ему о воображаемом физическом контакте и поклялся, что это было крепкое рукопожатие, я поняла, что правды не узнаю никогда.

На обратном пути в наше здание я все же не выдержала.

– А ты, правда, им всем руки пожимал?
– спросила я, словно между прочим.

– Руку они мне пожимали, - рассеянно ответил мой ангел.

– А ты что делал?
– еще небрежнее спросила я.

Мой ангел встряхнулся и искоса глянул на меня.

– У меня к каждому индивидуальный подход, - загадочно обронил он.

Я предпочла сделать вывод, что его метод вывода меня в видимость также остался строго индивидуальным.

– Ты мне лучше другое скажи, - вдруг обратился он ко мне.
– Ты всех инвертированных одинаково ощущаешь?

Я удивленно повернула к нему голову. Как-то некогда мне сегодня было свои ощущения анализировать, но как можно отличить одну печку от другой?

– Что ты имеешь в виду?
– решила я уточнить для верности.

– Ну, помнишь, мы заметили, что внештатники не так интенсивно на нас воздействуют?
– тоже ответил он мне вопросом на вопрос.
– А от темных и Стаса ощущение не только слабее было, но вообще разное.

– Какое?
– уже взбрыкнуло мое любопытство.

– Трудно объяснить, - пожал он плечами.
– Или, вернее, так: помнишь, ты мне говорила, почему летом сначала холодный кран открываешь, а зимой горячий? Так вот - это как холодная вода: летом приятно, а зимой до костей пробирает.

– И от кого же тебе самые приятные ощущения приходят?
– усмехнулась я.

Сейчас скажет, что от меня - на земле он тоже всегда любил первым мириться. Нужно было только повод ему дать.

– Странно, но от темных, - услышала я его задумчивый голос.

Вот этого еще не хватало! Хотя меня тоже к ним пригласили - в случае чего, вдвоем перекрасимся, подумала я. И тут же содрогнулась от той легкости, с которой мне представился переход на сторону врага человечества. Я вспомнила то время, когда Марина якобы сделала то же самое, и какую ярость во мне это вызвало. Но она осталась с нами. И даже помогла уличить темного. И после этого прекрасно общалась с ним. До сих пор. И мы все с Максом как-то притерлись друг к другу. И этот Винни-Шарик мне в целом понравился…

Я решительно отбросила все эти мысли, чтобы окончательно не запутаться. На земле у нас не раз и не два все перемешалось - где свои, где чужие - и здесь, похоже, не лучше. Макс что там, что здесь явно не чужой, а внештатники, вроде, свои, но зачем тогда они следят за нами, как за преступниками?

Чтобы отвлечься, я рассказала моему ангелу, что могу ощущать ангелов и в видимости, если нас какой-то барьер разделяет. Он окончательно пришел в отличное расположение духа и мечтательно уставился куда-то в даль, подергивая бровями и надувая щеки.

Убедившись в безоблачности горизонта, я решилась на более важные расспросы.

– Да, кстати, - широко раскрыла я глаза, - а чем с Тенью закончилось?

Мой ангел вздрогнул, и на лице у него показались предвестники солидного урагана. Главное - не отводить глаза, сложить брови домиком и, если и моргать, то хлопая ресницами.

– Ну. давай - постреляй мне еще глазками, - прищурился мой ангел.
– Я, тоже кстати, хотел бы узнать - пользуясь случаем - какую это главную часть дела ты сделала и что именно твой тенистый стал иначе видеть?