Чтение онлайн

Я набрал его номер еще раз. Когда он снял трубку, я от облегчения даже на место его не поставил, когда он опять хамить начал. Только отметил про себя, что в последнее время всплески его наглости в сигнальные ракеты превратились - значит, опять что-нибудь изобрел. Возможность в любой момент перевести объект операции в невидимость открывает заманчивые перспективы, подумал я - и крякнул. Дожился - скоро ждать его вспышек буду.

Впрочем, выяснилось, что он, как всегда, с победной реляцией выступил до проверки своего изобретения на практике. Бесполезным оно оказалось в плане темных по организации скрытности нашей встречи. Им я должное отдал - тактику они выбрали простую до гениальности. Ее я тоже в памяти отложил.

Не оставалось ничего другого, как ждать, пока этот зазнайка обучит Татьяну переходу в невидимость.

К концу первого дня я был готов подняться к главному хранителю и попросить его направить, в неофициальном порядке, к Татьяне их инструктора по базовым навыкам. Но сдержался - привлекать непосвященных было рискованно.

К концу второго дня это соображение уже не казалось мне столь неоспоримым. В конце концов, я всегда был уверен, что любую работу нужно профессионалу поручать. Особенно после того, как главный темный прислал мне своего специалиста по кодировке мысленной связи, и я обучился этому навыку в два счета.

В качестве кода я выбрал язык жестов, принятый в нашем отряде во время операций на земле. Случалось нам их там в видимости проводить. И в безмолвии. Краткий это был язык и емкий - как раз то, что надо, для лаконичных сообщений темным. Им я этот код с легкой душой передал - на земле операцию можно считать провалившейся, если они нас только заметят, не говоря уже о чтении наших жестов.

Анатолий позвонил, когда я уже всерьез подумывал о запросе темного инструктора по невидимости.

Только услышав его сочащийся самодовольством голос, я затаил дыхание. Так и есть - Татьяна за каких-то пару дней и невидимость, и инвертацию освоила. И это под руководством псевдо-инстурктора! Нужно будет ей в нашем павильоне особое внимание уделить - такому таланту самое место в моем отряде. Глядишь, и Марина потом к подруге подтянется. И мелкие тоже.

Дальше сигнальные ракеты полетели из Анатолия одна за одной. Практически требование присутствия Макса на встрече с темными - когда на переговорах руководства было принято решение провести ее в самом узком кругу. Безапелляционное заявление о передаче нашего … ладно, Татьяниного открытия мелким на земле - когда у нас еще никто, включая моих ребят, ему не обучился. И напоследок вообще пик наглости - обвинение меня в недостатке доверия.

Насчет Макса я понял. Обещанный счет он мне в своем стиле выставил. Проникновение в государственную, можно сказать, тайну и принуждение меня шантажом к приглашению. Мне только интересно, что за рычаги давления у него на собственного главу имеются?

Насчет мелких я тоже поспорить не мог. У меня самого мысль об их дополнительной защите мелькала. А если мелкому хоть часть талантов Татьяны передалась, ценность его опасно возрастает.

И насчет недостатка доверия я бы скорее согласился. Вот только устраняется он очень просто: усиленная физическая подготовка и ряд собственноручно подписанных документов обычно сводят на нет любые мысли о срыве моих операций.

Но самое главное - с готовностью проглотив все это хамство, никаких новых открытий я так от него и не дождался. Понятно, подумал я, у нас палец на курке ракетницы заклинило? Ладно, проведем встречу с темными, потом поговорим. Обо всем и со всеми.

На следующий день я выписал себе пропуск в наш тренировочный павильон для проверки степени его готовности и отправился в оговоренное место встречи.

Добравшись туда точно в назначенное время, я, естественно, никого не увидел. И не почувствовал. И что теперь, подумал я, аукать мне, что ли?

– Всем добрый день!
– через какую-то минуту вдруг раздался голос Татьяны слева и чуть впереди от меня.

– Материализуемся?
– нетерпеливо произнес я.

Очень мне хотелось и на саму демонстрацию посмотреть, и на тех, кого темные на нее откомандировали. Наверняка кого-то из их исследовательской команды. И уж точно не рядового ее члена. Его лицо срисовать мне совсем не помешает.

– Не спеши, - послышалось из того же места.
– Татьяна будет определять каждого из вас по очереди, чтобы сомнений не было.

Так, похоже, наш разговор после встречи будет чуть длиннее, чем я предполагал.

Больше ничего подумать я не успел. Потому что увидел прямо перед собой Макса и, краем глаза, Анатолия с Татьяной. Ну, они ладно, а Максу кто команду материализоваться давал? Вдруг я заметил, что он уставился прямо на меня и напряженно хмурится. Автоматически глянув вниз, я увидел…

Кто это сделал? Кто невидимость отключил, я спрашиваю? А если и инвертацию тоже? Это так, что ли, Татьяна ее расколола? Такое открытие точно тянет на вчерашний залп из ракетницы Анатолия. Только я ему пальцы переломаю, чтобы на курок больше нечем нажимать было! Такое темным показывать? Чтобы они мне теперь каждую операцию демаскировали?

К Анатолию с Татьяной мы с Максом повернулись одновременно. И, я думаю, с одинаковым выражением. Анатолий и ухом не повел. Тем, которое было к нам обращено - он пристально смотрел в раскрасневшееся лицо отдувающейся Татьяны.

– Легче?
– негромко спросил он, и она молча кивнула.

– Хорошо, - соизволил он наконец-то повернуться в нашу с Максом сторону.
– Сейчас здесь есть еще один … этот ваш гений, - фыркнул он в сторону Макса.
– Татьяна, где он?

Все так же молча, Татьяна подняла руку, указав на дерево рядом с Максом. На его ветку метрах в трех над землей. И через мгновение на ней материализовался темный исследователь.

Он тут же легко спрыгнул с нее и, чуть склонив голову к плечу, озадаченно уставился на Татьяну. Я окинул его взглядом, старательно запоминая его черты. Еще один сюрприз, который, впрочем, можно сразу и однозначно в плюсы демонстрации записать - встреть я его где-нибудь, в жизни бы не сказал, что это - темный.

У них и на земле, и у себя внешность всегда импозантная. Я бы даже сказал, впечатляющая и интригующая. А этот был какой-то … просто располагающий. Я бы даже сказал, внушающий доверие. Круглоголовый, круглоглазый, у него сейчас даже рот в букву «О» приоткрылся. С копной растрепанных русых волос, круглыми оттопыренными ушами, и без какой-либо мускулатуры. Упитанный, но, судя по легкости приземления, все же неплохо тренированный.

– Так, теперь Макс, - прервал мои наблюдения Анатолий.
– Сейчас исчезнешь - переместись куда-нибудь. Куда хочешь. У тебя есть минута.

И Макс действительно мгновенно исчез. Его темный собрат пристально всматривался в Татьяну, щурясь и морщась. Она опустила глаза и тяжело задышала. Анатолий передернул плечами и бросил на нее обеспокоенный взгляд.

– Где он?
– снова спросил он.

Татьяна повернулась и снова ткнула пальцем куда-то позади себя. Точно в то место, где через секунду вновь материализовался Макс. Уставившийся на нее с совершенно неприличным восторгом.

– Стас, твоя очередь, - снова раскомандовался Анатолий.
– Нет, подожди, - вдруг перебил он самого себя и повернулся к темному крепышу с загадочной ухмылкой.
– Извините, мы здесь все знакомы, даже по имени друг друга величаем. Как-то нехорошо Вам инкогнито хранить.