Чтение онлайн

Признаюсь, поначалу это новшество в общении с моей дочерью было мне в тягость - особенно, при виде ее откровенного удовольствия от того, что ей больше не нужно покидать своего кумира ради встреч со мной. Я все время подталкивал последнего к высказыванию своих соображений по тем или иным аспектам нашего вынужденного сотрудничества, чтобы у него не было времени сканировать мое эмоциональное состояние.

Говорил он хорошо - спокойно, уверенно, с глубокой убежденностью и без повадок провинциального фокусника, присущих его родителю. Всегда по существу, не растекаясь мыслью по древу, но с прочной и очевидно хорошо продуманной аргументацией - и, вновь не скрою, довольно скоро ход его мыслей начал вызывать у меня настоящий интерес.

Больше всего меня заинтриговали его рассуждения о самодостаточности человеческой личности - практически недостижимой в тепличных, комфортных условиях и потому столь редко встречающейся среди людей. Крайне странно было слышать собственно наши идеи о незаменимости испытаний в формировании этой самой личности - от наследника светлых, с маниакальным упорством пытающихся вести человечество за руку на всех этапах его развития.

Я предложил юному ревизионисту провести объемный анализ данного вопроса - с исторической, географической и социальной точки зрения - в надежде подбросить свою личную вязанку хвороста в явно разгорающееся пламя несогласия с доминирующей доктриной.

Одним словом, вырвавшись из-под ежеминутного подавляющего влияния светлых, Дарин приятель оказался довольно интересным собеседником, и, чтобы не испортить впечатление, я даже сознание его не сканировал, когда он увлекался и ронял мысленный блок.

А вот в отношении моего сознания деликатность оказалась не ко двору, как показалось мне однажды спустя некоторое время.

В тот день я отвез домой сначала Дару, а потом уже ее приятеля - очень оживленный у нас с ним разговор получился. И в самом его разгаре перед моим мысленным взором возникла четкая до пронзительности картина искусственного луга.

– Здравствуйте, надеюсь, не помешал, - тут же раздался у меня в голове чрезвычайно возбужденный голос Гения.
– Вы мне срочно, очень срочно нужны!

– Буду через пятнадцать минут, - мысленно ответил ему я, донельзя встревоженный.

Высадив юного философа, я немедленно выехал на уже пустынную к вечеру дорогу вдоль реки, съехал на обочину, заглушил машину, перешел в невидимость и одним мысленным броском перенесся к Гению.

Он ждал меня в своих апартаментах на ногах и, судя по всклокоченному виду, метался туда-сюда перед моим приходом. Увидев меня, он мгновенно приложил ладонь ко рту и резко замотал головой. Я проглотил все свои вопросы и лишь вопросительно глянул на него.

– Очень рад Вас видеть, - беззаботно почти промурлыкал он.
– Пойдемте, я хотел проверить, насколько ощутимы новые ловушки на Пути.

Скрипнув зубами, я молча пошел за ним к массивной двери. На этот раз он открыл ее сам, еще до того, как мы к ней приблизились, и, ступив через проход, резко захлопнул пинком ноги.

– Блок, - коротко велел он мне совершенно другим тоном.

Уже вообще не зная, что думать, я поставил мысленный блок, все также не сводя с него глаз.

– Услышать нас здесь вряд ли смогут, а мысли лучше придержать, - лихорадочно забормотал он, и, не переводя дыхания, продолжил, обращаясь уже ко мне: - Мой дорогой Макс, я должен, просто обязан встретиться с этим полукровкой!

– У него есть имя, - неожиданно вырвалось у меня.

У меня и мысли не было защищать юного мыслителя - скорее всего, меня покоробило это прозвище, которым глава нашего отдела однажды окрестил и мою дочь. Кроме того, у меня возникло стойкое подозрение, что такая срочная необходимость возникла у Гения в результате прослушивания наших разговоров на земле.

– Да-да, Вы совершенно правы, - виновато забулькал Гений, - это было очень невежливо с моей стороны. Да и потом - они не полу-, они, скорее - наша свежая кровь, и мне просто необходимо выяснить ее состав.

– Какой состав?
– Осознав, что ни о какой опасности и речи нет, я почувствовал, что закипаю.
– Зачем он Вам?

Почти заикаясь от нетерпения, Гений поведал мне о своей негласной встрече со светлым подкидышем, о доминанте подавления в его сознании и о своей неотложной необходимости выяснить, является ли она типичной для всех ангельских детей.

При слове «всех» мое возмущение намерением несакционированного вторжения в мысли неопытного юнца взвилось вверх кипящим гейзером.

– Вы хотите просканировать его сознание?
– поинтересовался я сквозь зубы.

Гений радостно закивал.

– И моей дочери тоже?
– продолжил я с нажимом.

– С Вашего позволения, - склонил он голову к плечу.

– А если я Вам его не дам?
– произнес я без какой-либо вопросительной интонации.

– Тогда без него, - с готовностью отозвался он.

– И зачем же я Вам тогда здесь нужен?
– слегка опешил я от такой откровенности.

– Чтобы Вы меня им представили, - последовал мгновенный ответ.

– Ничего не выйдет, - с облегчением сообщил ему я.
– Мое представление Вас сразу скажет им, из какого Вы отдела. А они с детства приучены относится к нам настороженно и в присутствии незнакомых ангелов всегда сразу ставят блок.

– Передается недоверье привычкой глупой и пустой, - снова забормотал Гений, задумчиво сморщившись.
– Хорошо, - вздохнул он наконец, - я побуду рядом с вами в инвертации.

– Тем более!
– уже в открытую рассмеялся я.
– Они ощущают ангелов в любом состоянии.

– Что?
– произнес он одними губами, и добавил, после моего объяснения, уже громче: - Странно, а подкидыш нет.

Я пересказал ему теорию юного мыслителя - он издал некое одобрительно заинтересованное урчание и вдруг остро глянул на меня.

– Вы уже докладывали об этом главе?
– отрывисто спросил он.

С неловкой гримасой я признался, что отложил свой доклад до окончания работы юного аналитика над предложенной мной темой - хотелось наглядным примером продемонстрировать естественное завоевание еще незакосневших светлых нашими идеями.

– Блестящая мысль!
– безоговорочно поддержал меня Гений.
– О моем визите на землю тоже пока не упоминайте - я сам это сделаю, когда осмыслю все полученные данные.

Я предложил ему собирать эти данные у реки, возле дома юного мыслителя, надеясь, когда Гений удовлетворит свое любопытство, отправить его домой первым и провести редкие в последнее время полчаса наедине со своей дочерью по дороге к ее дому.

День оказался полон неожиданностей.

Для начала, не будучи хорошо знакомым с землей, Гений попросил меня сопроводить его к месту встречи.