Чтение онлайн

Место у реки я выбрал еще и из-за отличной весенней погоды, которая уже выманила туда множество любителей пикников, за хранителя одного из которых вполне мог сойти - для Дары и ее приятеля - Гений. Но твердо усвоив предостережение моего главы об обеспечении безопасности последнего и уже осознав причину такого предостережения, я не решился оставить его одного перед лицом столь многих незнакомых ему объектов изучения.

Мое предложение прокатиться в машине за детьми он встретил с энтузиазмом, а мое неловкое замечание, что, когда в нее сядут дети, ему придется переместиться в багажник, привело его в неописуемый восторг.

Дара же и юный философ пришли в неописуемое удивление, когда я - впервые в жизни - решил положить в багажник их рюкзаки, чтобы иметь повод выпустить оттуда Гения в пункте назначения.

Не прошло и получаса, как выяснилось, что моя предупредительность была излишней. Гений решил доказать справедливость своего прозвища, проведя сканирование сознания детей в рекордные сроки - что вполне мог сделать, с моей точки зрения, и из багажника.

– Сколько времени Вам еще нужно?
– ворвалась в плавное течение моих мыслей его отрывистая фраза.

– Что случилось?
– забеспокоился я.

– Заканчивайте как можно быстрее, - посыпались мне в мозг резкие инструкции.
– Девочку отвезете первой, а мальчика - выпустив меня - задержите у дома как можно дольше.

Больше он не отозвался ни на один мой призыв. Мне пришлось срочно вспомнить о назначенной в другом месте деловой встрече, проигнорировать разочарованные взгляды детей, почти физически затолкать их в машину, настоять на соблюдении традиции, согласно которой Дара доставляется к дому первой, воззвать к джентельмену в ее приятеле, коему негоже сбегать домой раньше дамы, и затем всю дорогу держать себя в руках, чтобы не превышать ограничение скорости в городе.

С каждой минутой у меня в голове множился список ужасных откровений, которые Гений мог обнаружить в сознании моей дочери.

Добравшись, наконец, до дома ее приятеля, я выскочил из машины, резко велел ему подождать, пока я принесу ему рюкзак, и выпустил Гения, который тут же издал удовлетворенное «Угу». Вернувшись к юному мыслителю, молчавшему всю дорогу, я протянул ему рюкзак и вдруг заметил, что он снова весь ушел в себя. Выдавив из себя нечленораздельное «Спасибо», он повернулся, вскинул рюкзак на плечо и пошел к подъезду. Даже шаги у него были неосознанные, словно он их наощупь делал.

Благодарение Творцу, вспыхнуло у меня в голове, что я получил четкие инструкции остановить его!

– Игорь, - негромко окликнул его я.

Он повернулся и посмотрел на меня тем взглядом, который когда-то казался мне верхом спесивости и равнодушия - из какой-то бесконечной дали внутри себя.

Я быстро подошел к нему … и замер, остановленный резким запахом, ударившим мне в нос. Во всем широчайшем разнообразии знакомых мне запахов, с таким я еще не встречался - только описание в книгах читал. Он почти вкусом на языке ощущался: острый, едкий запах горячей гильзы только что отстрелянного снаряда.

– Да?
– донесся до меня неестественно спокойный голос юного мыслителя.

– Игорь, извини, - с трудом переключился я на него.
– Как-то сегодня неловко получилось…

– Я понимаю, - так же бесцветно отозвался он.
– Ничего страшного, бывает. Я пойду, не стану Вас задерживать.

Источник запаха сместился - с правой от меня стороны за спину Игоря и затем к подъезду, где и скрылся через мгновение.

– Нет, - снова остановил я юного стоика, - это я при Даре не хотел говорить, чтобы не испугать ее, а ты ведь сразу все понял?
– Не дождавшись от него ответа, я продолжил: - Я не вспомнил о встрече, меня срочно вызвали.

– Стас?
– взметнулись на меня широко раскрытые глаза, и я сразу понял, о ком он подумал.

– Нет, - успокаивающе улыбнулся я.
– Один из наших величайших умов, с которым ты, я надеюсь, однажды встретишься.

Глаза у него окончательно ожили и тут же озадаченно захлопали.

– Ну … хорошо, - неуверенно проговорил он.

– Иди домой, - кивнул я ему в сторону подъезда.
– Все нормально.

Вернувшись к машине, я сразу же погрузился в пьянящий аромат.

– За мальчиком следят, - провозгласил невидимый Гений вслух.
– Именно за ним - я испортил Вам трапезу на лоне природы, чтобы убедиться в этом.

– Он у реки тоже был?
– нахмурился я, не находя в памяти и намека на едкую вонь во время нашего недолгого пикника.

– Да, но держался в стороне, возле машин, - разрешил мое недоумение Гений, буркнув себе под нос: - Вот никогда не угадаешь, где минус станется плюсом… - Очевидно, заметив мой удивленный взгляд, он добавил: - Если бы я уже придумал, как снизить интенсивность восприятия инвертации, я бы, наверно, решил, что это - отблеск солнца на стекле.

– Пожалуй, - согласился я.
– Запах у него подходящий - металлический.

– Что Вы имеете в виду?
– спросила меня пустота справа озадаченным голосом.

Мне пришлось снова описывать свою, усилившуюся после открытия Татьяны, особенность, выслушивать удивленные восклицания и дважды уверять Гения, что ни с чем подобным мое обоняние еще не сталкивалось.

– Возможно, это внешняя охрана, - предположил я.
– Их руководитель упоминал о такой возможности и от него тоже неприятный запах исходит - правда, не такой.

– Выясните это, - снова вернулся Гений к повелительному наклонению.
– В частном порядке. Главе докладывать будем, когда я у нас справки наведу.

В машине повисло молчание.

– Вы детей успели просканировать?
– напомнил я Гению цель его визита на землю.

– Да, - ответил он задумчиво, - похоже, они все разные.

– В каком смысле разные?
– настаивал я.

– К примеру, стремления к подавлению в ваших нет, - решил он, видимо, успокоить меня.
– Они однозначно настроены на свое признание, но и на мирное сосуществование. Возможно, упомянутая Вами теория мальчика имеет под собой основу. Я с интересом почитал бы его работу о самодостаточности - передайте мне копию, пожалуйста, когда он закончит.

– А моя дочь?
– сдержанно поинтересовался я.

– Мир, где царит несправедливость, не уживется с красотой, - вдавила меня в сидение очередная шарада.
– Не надо озвучивать то, что Вы подумали - я объясню. Для Вашей дочери главное - гармония. Она стремится создать ее всегда, везде и любыми средствами. А вот неудача в этом для нее - это трагедия. Она только выглядит абсолютно уверенной в себе… - В пустоте возле меня раздался короткий смешок.
– Защитная мимикрия - вещь всегда полезная. В глубине души Ваша дочь ранима как любая красота. Именно поэтому ей жизненно нужен этот мальчик - он устойчив, как скала, на которую она всегда может опереться.