Чтение онлайн

Антонов терпеливо ждал, и скоро его терпение было вознаграждено. Открылась дверь, и из того чужого ему и спокойного мира появилась она. Софья не сразу заметила Александра, направляясь куда-то по своим делам. Шурка незаметно догнал девушку и легко коснулся её руки. Софья обернулась, и Александр вновь увидел чудо, как когда-то в Кирсанове. Глаза её стали такими нежными! Ресницы затрепетали. А Шурка вновь потерял голову. Он видел свою Соню, и вокруг больше ничего не существовало.

– Саша, я так рада! – вымолвила, наконец, девушка. – Я тебя ждала!

– Соня, милая, здравствуй! – влюблённо произнёс Антонов, наслаждаясь своим чувством.

– Почему ты так долго не приходил? – с ласковой укоризной спросила Софья.

– Я не мог, Соня, – просто ответил Александр. – Зато теперь мы можем видеться часто. Я буду жить здесь, в Тамбове.

– Как хорошо!

Молодые люди медленно двинулись вдоль улицы, потом свернули на набережную спокойной Цны. Александр взял на причале лодку и, усадив Софью, направил её по течению. Они смотрели друг на друга и улыбались. Они любили это солнечное небо, эту медленно текущую речку, эти стройные осины и раскидистые ивы на берегах. Они просто любили.

– Знаешь, Соня… – Александр немного замялся от непривычности момента. Смелый и решительный на акциях, в любви он был ещё очень неопытен. – Я не умею красиво говорить. Просто мне кажется, что я тебя люблю.

– Кажется? – кокетливо обидевшись, спросила Софья и притворно надула губки.

– Люблю, люблю, – заторопился Шурка, и они рассмеялись.

Потом Шурка пришвартовал лодку к берегу и сел рядом с Софьей. Он обнимал её, держал за руки, и они долго говорили друг другу разную любовную чепуху.

– Ой, уже смеркается. Мне надо идти, отец с мамой будут ругаться, – спохватилась девушка.

– Соня, давай ещё немного погуляем. Я так долго тебя не видел,– Шурке не хотелось расставаться.

– Нет, так нельзя, – серьёзно ответила Соня.

Антонов взял извозчика, и тот рысью доставил их к дому Софьи. Прощаясь, девушка тихонько прошептала Александру:

– Я тоже тебя люблю, Саша!

Девушка поцеловала Шурку в щёку и быстро скрылась во дворе. А Шурка ещё немного постоял на улице, улыбаясь. Он держался за щёку, как бы пытаясь сохранить поцелуй. Потом Антонов долго бродил по ночным улицам, чтобы успокоиться и привести мысли в порядок. Когда Софьи не было рядом, магия её бездонных глаз потихоньку спадала и Александр возвращался к своим делам, к своей второй жизни. Теперь в этом парне жило два человека. Один – нежный, любящий, весёлый и искренний. А второй – жёсткий, волевой, непримиримый, готовый идти выбранным путём до конца, невзирая на любые препятствия. И кто из этих двоих возьмёт в нём верх могло определить только время.

Влюблённые с этого дня стали видеться часто. Они подолгу гуляли вдоль сонной Цны, обсуждали планы. Александр старался не посвящать Софью в свои партийные дела, ведь это были не только его тайны. Он берёг девушку от неприятностей. Софья изредка помогала ячейке эсеров своего района в организационных моментах, но активной работы в партии не вела. Девушка заметно изменилась внутренне с тех пор, как они познакомились в Кирсанове. Стали сказываться происхождение и воспитание. Соне хотелось иметь крепкую семью, уютный семейный очаг и заниматься простыми женскими хлопотами. К борьбе это не могло иметь никакого отношения. Что же мог предложить ей Александр, постоянно ищущий приключений? Подсознательно она понимала, что выбор её более чем странен. Но что она могла с собой поделать? Ей нравился этот хулиган, этот боевой весёлый парень. Разве любовь выбирает? Разве любовь выбирают?

А Шурка оттаивал душой, встречаясь с Софьей. Чёрное должно всегда сменяться белым. Иначе не бывает жизни. И белым, кипельно белым, была для него эта девушка.

Но однажды Александр не сдержался. На одном из свиданий, по уже появившейся привычке взяв лодку и переправившись на другой берег Цны, они углубились в лес. Так дурманяще пахло разнотравьем! Стрекотали кузнечики, пели птицы. Лесной воздух пьянил. И тут на Шурку что-то нахлынуло. Он начал целовать доверчивые губы девушки, потом щёки, руки. Она отвечала на поцелуи, дыхание её было прерывистым. А потом Сашка нежно обхватил Софью и опустился с ней в мягкую траву.

– Не надо, Саша, не надо, – слабо возражала она. Но не отбивалась, не кричала.

Антонов принял это за согласие.

– Люблю, люблю, люблю… – только и повторял он, с головой погружаясь в доселе неизведанное чувство.

Потом, опустошённые, они долго лежали рядом и смотрели в бесконечное чистое небо. По лицу Софьи текли слёзы, но в глазах была затаённая радость. Где-то в глубине души Софья была готова к этому важному событию в жизни.

А Сашка после такой нужной победы немного опомнился и пытался как-то извиниться:

– Соня, ты прости меня. Я… – но девушке не нужны были слова. Она притянула Александра к себе и поцеловала.

Когда они возвращались, Антонов сказал, что, как только у него появится возможность, он сделает Софье официальное предложение.

– Я буду тебя ждать, – влюблённо ответила девушка.

5

С удовольствием отдаваясь любви, этому светлому, новому для него чувству, Александр никогда не забывал о своём, как ему казалось, предназначении. Он должен был бороться, жертвовать, приносить пользу своим товарищам. Партия требовала от него конкретных дел, и он стремился их совершать.

Однажды Чиндяев, его непосредственный руководитель в Тамбове, на одной из встреч предложил ему взять кассу торгового товарищества купцов Федотовых. Товарищество было крупным, занималось торговлей зерном, лесом и другой продукцией. Этот экс сулил большой выручкой.

– Давай, Шурка, думай, – сказал Чиндяев Антонову. – Дело верное. Вот тебе адресок, прикинь, что к чему.

– Надо проверить, – ответил Антонов. – Не хочется влипнуть по-глупому.

– Да времени в обрез, – продолжил Чиндяев. – Они сезонно работают. Сейчас там денег должно много быть. Служит у них один наш человечек, подсказал. Говорит, на днях господа в Москву собираются. Не упустить бы.

– Давай завтра посмотрим там незаметно обстановку, а потом решим, – Александр уже загорелся идеей. Соскучился он по нервной щекотке. В нём было много честолюбия, а вот корысти – самая малость. С товарищами всегда был честен, что в нём и подкупало.

– Ты, Сергей, подбери ребят. Возьми пролётку с извозчиком из наших, – попросил Антонов товарища.

– Есть люди, не беспокойся, – заверил его Чиндяев.

На следующий день они потолкались у конторы товарищества, осматривая место и планируя пути отхода. Днём здесь было многолюдно, и они не боялись вызвать подозрение. Антонов зашёл внутрь, бегло осмотрел помещение, чтобы ночью не терять времени на поиски. Всё складывалось неплохо. Помещение сторожа изолировать было несложно, двери взломать тоже не являлось проблемой. И Антонов решился.

– Брать будем сегодня, – уверенно сказал он Чиндяеву. – Готовь ребят.

Поздней сентябрьской ночью одна тысяча девятьсот восьмого года, оставив пролётку неподалёку в проулке, три тени двинулись к дверям конторы. Оглушив и связав сторожа, они ломиками ловко взломали двери и проникли в кассу. Денег было много, и грабители немного замешкались, производя излишний шум.

– Быстрее, быстрее, – торопил Шурка.

Вдруг на улице раздался свист. Это невесть откуда взявшийся дворник увидел сломанную дверь и поднял тревогу. Схватив деньги, подельники бросились на улицу. Дворник свистел отчаянно, но за ними броситься побоялся. Грабители, завернув за угол, вскочили в пролётку и скрылись до приезда полиции. У Шурки пополнился послужной список новой удачей. Теперь в среде товарищей у него появилась ещё одна кличка – «фартовый».