Бестолковые
Шрифт:
Спустя две недели Саша пришла на работу забрать трудовую книжку и справки. На рабочем столе было две коробки конфет и букет красных пионов. Цветы были раскрыты шарами. Похоже, они простояли больше недели. Лепестки уже начали увядать и опадать.
Несмотря ни на что, Максим не мог не делать ей приятное. Ему безумно хотелось оберегать ее, заботиться о ней — делать для нее что-то хорошее — в доступных ему пределах.
Саша поднялась на девятый этаж. Она не собиралась заходить к нему и прощаться. Просто хотела посмотреть на него издалека. В последний раз. А потом просто исчезнуть, ничего не объясняя, и в душе надеяться, что он будет ее искать.
Была пятница, час дня. Максима не было на месте. Должно быть, ушел на обед или на совещание. Саша решила, что это к лучшему. Она забрала документы, попрощалась с коллегами и ушла.
Вечером она включила старую сим-карту. Она оставила ее, чтобы включать раз в неделю на полчаса и проверять сообщения. На всякий случай. К этому номеру было привязано несколько банковских карт.
Саша надеялась увидеть сообщения о том, что ей звонил Максим, но за две недели от него не было ни одного звонка. Саша чувствовала себя странно. Она не понимала, как это назвать, и кто кого первый бросил. Она пропала, а он даже и не искал. Она ушла, но все еще продолжала оглядываться назад, чтобы посмотреть, не идет ли он за ней. Саша почему-то была уверена, что он будет ее искать, будет переживать и волноваться, не сделали ли она чего с собой. Максиму было не до нее.
Саша захотела достать сим-карту и сломать ее, чтобы больше не проверять сообщения и подглядывать в прошлое, как в замочную скважину закрытой двери. Все будет хорошо, я все сделала правильно, я все переживу и забуду, бывало и хуже — успокаивала себя Саша. Я потеряла всего два с половиной года в пустых надеждах и иллюзиях, а кто живет этим десятки лет.
Но едва она занесла палец над кнопкой выключения, как на смартфон поступил звонок. Саша долго смотрела на имя, думая ответить или нет. В последний момент нажала зеленую трубку.
— Приветик, не хочешь сегодня встретиться?
— Я хочу напиться, — ответила Саша. — Во сколько?
— Отлично! Давай в десять. У меня. Приедешь?
Больше всего на свете Саша боялась забеременеть и родить от нелюбимого мужчины, а потом еще как минимум восемнадцать лет стараться сохранить семью ради ребенка, которого она не хотела и который ни в чем не виноват. Чем старше она становилась, тем сильнее был этот страх, поэтому к приглашению Дениса она отнеслась настороженно:
Саша приехала через два часа. Студия в новом доме на седьмом этаже. Квартира показалась Саше огромной.
Через неделю Денис предложил ей переехать к нему, и она согласилась. По утрам он отвозил ее до ближайшего метро на машине, а дальше она добиралась сама — еще полчаса.
Денис пропадал на работе с восьми утра, домой приезжал поздно. Саша приходила раньше, готовила ему ужин. Она была идеальной женщиной — не лезла с глупыми вопросами, не требовала внимания, не ревновала его к работе, друзьям. Работала, занималась своими делами, встречалась с подругами, готовила еду на его кухне — причем, неплохо готовила. Денису это нравилось. Особенно, что Саша не старалась произвести на него впечатление. Ей просто было все равно, что он подумает о ней.
Саша не влюбилась в Дениса, как пророчили ей подруги, а просто привыкла к нему. Он ее почти не раздражал, и этого было достаточно. Она даже привыкла заниматься с ним сексом. Один-два раза в неделю. Он не настаивал на этом каждый день. Казалось, его мало интересовала эта часть жизни.
Однажды Саша приехала с работы позже девяти.
— Ты слишком много работаешь, — недовольно сказал Денис, открывая ей дверь. — Это неправильно.
— Я просто люблю свою работу, — ответила Саша.
— Ты дизайнер, можешь работать удаленно, из дома. Поговори со своими, пусть они пойдут навстречу. За удаленкой будущее. Скоро все перейдут на удаленку.
— Я не хочу работать из дома, — спросила она. — Мне нравится работать в офисе.
— Когда у нас появятся киндеры, ты не будешь работать.
— Почему?
— Жена должна заниматься детьми и домом. Если тебе хочется, работай удаленно.
— Я только что устроилась на эту работу, — неуверенно сказала Саша. — Я пока не думала о детях.
— А ты подумай. Тебе двадцать шесть лет. Когда ты вообще планировала детей? В сорок лет?
Саша отвернулась и промолчала. Ей был неприятен этот разговор. Да еще это слово дурацкое — киндеры. Ей не нравилось, как Денис его произносил. Почему-то становилось противно.
Ребенку Саши было бы сейчас восемь лет. Денис не знал об этой истории. Не то чтобы Саша не хотела детей. Она просто панически боялась о них думать. Не видела себя матерью. Чем старше она становилась, тем чаще возникала странная мысль — заморозить свои яйцеклетки. На будущее. На всякий случай. С каждым годом эта мысль казалась ей все менее странной.
«Яйцеклетка — самая большая клетка в человеческом организме. Как и в любой другой клетке, вода — главная составляющая яйцеклетки. Предыдущие попытки заморозить яйцеклетку не принесли желаемых результатов, так как в ходе замораживания образовывались многочисленные кристаллы льда, которые наносили необратимый вред яйцеклеткам и значительно уменьшали их шансы на выживаемость после размораживания.
После многолетних опытов на животных, группа исследователей опубликовали первое сообщение о женщине, забеременевшей в результате медленного замораживания и размораживания яйцеклеток. С тех пор, на протяжении многих лет, значительного прогресса в этой области не наблюдалось. Главное затруднение представлял размер и высокое содержание воды в яйцеклетке».
Глава 6
Каждый раз по пути в Королев Аня вспоминала тот первый год в новой школе, когда Лена не принимала ее, как она звонила ей, как та не поздравила ее с днем рождения, и как они снова сдружились. Иногда Ане казалось, что она заслужила эту дружбу. Заработала ее своим терпением и бескорыстием.
Аня с Леной виделись реже, но поддерживали связь. Аня приезжала в гости — раз в два-три месяца, иногда реже. Как получалось. Обе уже учились, свободного времени было не так много.
Она шла пешком до Ленинского проспекта, чтобы сесть на метро и доехать до Комсомольской, а дальше — на электричку до станции «Подлипки дачные». На трамвайной остановке ее окликнул знакомый голос.
— Привет! — улыбался Эд. — Куда бежишь?
— К подруге, — ответила Аня. — В Королев.
— Надо же! Я тоже в Королеве живу.
— Да? Я там жила до пятнадцати лет, а потом переехали сюда.
— Надо же! — удивлялся Эд. — Странно, что мы не встретились раньше. Такую, как ты, я бы точно заметил, — улыбнулся он, а после добавил. — Кстати, шикарно выглядишь! Такая загорелая. Где отдыхала?