Чтение онлайн

Каменный человек станет камнем. Мы тяготеем к сверхсознанию или возвращаемся в бессознательное. Находиться во вселенной - значит обрести все более продвинутые уровни сознания.

Я был задумчивым и молчаливым. Однако Оркус нежно погладил меня по лбу, и я увидел, что во мне пробудились сильные вибрации для различных восприятий.

В яме эти существа катались, не зная, что с ними случилось. Вероятно, они не могли понять, что с ними происходит. Как печально было положение тех, кто считал себя знающими всю мудрость, но заблудился в бессознательном и злом!

– А теперь что с ними будет?
– огорченно спросил я.

– Они будут оставаться в этом состоянии до тех пор, пока однажды сила закона не вытащит их обратно на поверхность ...

– Поверхность?

– Да, поверхность. К земной коре, где вы живете. Они пришли оттуда и вернутся туда. Закон вознесения описывает идеальный круг и снова поддержит детей вашей любви.

Габриэль отклонил луч света, и тень бездны снова накрыла несчастных.

– Пошли, - Оркус пригласил меня, - нам предстоит еще долгий путь.

Я посмотрел. Впереди путь и тень. Мы продолжили спуск.

Мои мысли кипели. Я не мог понять положение тех бессознательных существ, которые остались в могиле. Слепые, прижатые к земле в безудержном желании обнять друг друга с землей ...

При этом нас удивила огромная змея темного цвета, которая пересекла наш путь.

Я попытался закричать, но Оркус осторожно прикрыл мне рот рукой. Змея прошла мимо, не заметив нас. Однако внезапно она повернулась, чтобы увидеть нас, и тогда я испустил ужасный крик удивления и ужаса.

У змеи было лицо человека, и она смотрела на нас горящими глазами. На лице, прикрепленном к оболочке, был изображен «человек», порабощенный ужасной тюрьмой.

Взгляд «офидиана» был выражением печали и боли. Две слезы текли из его печальных глаз ...

– Больно. Больно!
– умолял он грустно.

– Я не мог не плакать. Странное волнение доминировало во мне.

– Как Вас зовут?
– Я спросил.

– Зачем вам мое имя? У тех, кто так далеко упал, больше нет имени.

Я смотрел на нее с трепетом и жалостью. Каким мучительным было её положение!

– Почему вы живете, будучи порабощенным змеей?

– Эгоистичный и злой я превратил свое духовное тело в ползучую форму, которую вы сейчас видите. Я никогда не думал о любви ни к кому, никогда не обращался к бедным и страдающим. В наказание я потерял руки и перекатился через пропасть.

Оркус пожал мне руку, и магнитный поток проник в мое существо, давая мне новые силы.

– Только время может вытащить вас из тени к свету.
– К сожалению, мы ничего не можем сделать, - сказал Оркус.

Змея, услышав это, скользнула в более темную область и потерялась в фантастической растительности, которая росла среди камней. Я посмотрел на Оркуса лицом к лицу и заметил, что его глаза тоже наполнились слезами.

– Сын мой, я понимаю ваше удивление, но мы ничего не можем сделать в соответствии с Законом. Тот, кто берет на себя обязательства по Закону, обязан платить до последнего предела. Существа, замыкающиеся в эгоизме и безразличии или бросающиеся во зло, сами разрушают околодуховные ткани и инициируют распад психического организма. Никто не творит зло безнаказанно. Бог в Своей бесконечной доброте позволяет павшим после необычайных страданий вернуться на поверхность. Эта змея только вернулась к низшим формам, которые она уже прошла по эволюционной шкале существ. Таким образом, все отклонившиеся от Закона погружаются в деградацию низших форм.

– А потом, - спросил я - они так и остаются, этому нет конца?

– Все существа могут подниматься или падать. Однако, поскольку милость Бога безгранична, всякий раз, когда дух «падает», Божественное Провидение поддерживает его в Своих руках, полных любви, и существо неподвижно во времени и пространстве. Наш друг «Змей» остался шесть тысячелетий назад во времени и спустился в нижние области, в бездну. Кто-то покоряет высоты и вершины, кто-то остаётся в бездне. Однако они не впадают в беспомощность. Везде Дом Божий и трудятся руки милосердные. Костюм «змея», который носит наш друг, - это божественная милость в виде защитной одежды. На какое-то время он потерял только конечности, но если он продолжит «падать» внутри себя, он потеряет сознание ...

– А потом? ... А потом? ...

– После?
– Оркус грустно посмотрел на меня - если продолжить, он полностью распадется. Потом будет вторая смерть ...

Я все еще был озабочен проблемой второй смерти, не понимая, что случилось с существами, которые погрузились во «внутренние пропасти», когда мы были удивлены криком фантастических черных птиц, которые стаями рассекали бездну.

Они были похожи на огромных летучих мышей с бесперыми крыльями, но покрытыми светлой шерстью или пухом.

Я в страхе прижался к Оркусу.

Однако он сказал мне естественно:

– Обратите внимание, что они также имеют странные лица человеческих существ.

В самом деле, многие птицы были обречены на деформации околодуховных форм. Человеческие или бывшие человеческие лица появлялись из-под темных крыльев, поднимавших слои пыли бездны.

Они пролетали над острыми пиками и пересекали области, в которых слегка преобладали лучи света, излучаемые Габриэлем.

Однако нам казалось, что они летели за много миль от Ангела, помещенного над Бездной.

Оркус продолжал спускаться, и я молча последовал за ним, будучи уверенным, что мы спускаемся в регионы, "мало посещаемые" самыми сознательными существами в мире.

Мы остановились на берегу огромной реки с чистейшей водой, которая кружилась у наших ног.

В моих глазах появляется новый сюрприз.

Оркус понял, почему и сказал мне.

– Воды этой реки, называемой Платина, напоминают жидкое серебро. Несколько рек этой природы текут по дну земли. Как выясняется, внутри нашего мира образуются большие жидкие массы ...

Оркус ткнул пальцем в бурлящую воду и воскликнул:

– Созерцайте! Созерцайте эти текущие воды и посмотрите, что они возьмут!

Я широко раскрыл глаза, глядя на реку. Сотни тысяч взлохмаченных существ катились по воде, как будто их волочили и били друг о друга вихрем.

– Это те, кто позволил себе подчиняться всем страстям и теперь спит в ярости воды, обрушившейся на них.

Я слышал голос Оркуса, как будто слушал пронзительный крик боли, потому что мой теперь расширенный взгляд видел, что эти существа изо всех сил пытались добраться до берегов реки и не могли этого сделать. Чем больше они боролись с порывом воды, тем больше она тянула и обнимала их в безудержной ярости.