Чтение онлайн

Что касается плана, то он был более чем рискованным. Если честно, он был безумным. Но это можно устроить. И чем быстрее, тем лучше. Адам знал подходящее место. Не хижину Гари, но не менее пустынное место.

— Черт, — сказал Аса со смехом. — Охренительный план, брат. Мне нравится.

— Ни за что. Эти парни заслуживают страданий, — сказал Ави, ещё раз пнув по стулу Гари.

— Тебе просто нравится убивать людей, — хмыкнул Август.

Ави показал ему средний палец.

— Сказал тот, у кого составлен плейлист для убийств на Spotify.

Август обиженно насупился.

— Ты же знаешь, что от их криков и мольбы у меня мигрень.

Адам покачал головой. Ему нравилось оружие. Оно было чистым. Эффективным. Портативным. И не оставляло после себя много беспорядка. Если знал, что делаешь. Что он и делал. Адам убивал не ради забавы. Он делал это, потому что знал, что это нужно сделать. Потому что его отец говорил, что они рождены для этого. Но его братья... они не такие, как он. Им это не просто нравилось, они, черт побери, упивались этим. Все, кроме Айдена, который во многом походил на Адама. Больше солдат, чем монстр.

Но в данном конкретном случае Адам хотел отказаться от пистолетов и ножей ради огня и пламени, если этого хотел Ной. В том, чтобы увидеть, как они все сгорят, была какая-то божественная справедливость. Не та чтобы они ожидали. Ему просто нужно убедить своих братьев отказаться от театральных зрелищ ради чистого убийства.

Адам вздохнул, настороженно глядя на Августа.

— Не обязательно использовать ножи. Можно просто всадить пулю в тех, кто пытается бежать. Я точно знаю, что ты отличный стрелок, — напомнил он, стараясь не выдать горечи в своём голосе.

Август закатил глаза.

— Ты серьёзно опять об этом вспомнил? Я застрелил твою цель, а ты вечно вспоминаешь об этом. Я оказал тебе услугу. Ты застыл.

— Мне было тринадцать, — ответил Адам.

— Ты бы не дожил до четырнадцати, если бы я не вмешался. Так что не за что.

— Хватит! — крикнул Аттикус. — Может, оставим шуточки на потом? То, что предлагает Ной, определённо более разумный план.

Ави пожал плечами, надувшись.

— Пожалуй. Мы можем хотя бы причинить боль этому?

— Вы действительно разочарованы из-за того, что не можете кого-то зарезать, даже если альтернатива – просто поджечь? — хмуро сказал Ной.

Аса кивнул.

— Без обид. Просто это немного... не в нашем вкусе. Мы гордимся своей работой.

— Слушайте, мне всё равно, как вы их уберёте, но нам нужно убить всех сразу, и Гари – ключ к этому, — сказал Ной. — Надеюсь, с этим мы все согласны?

Братья Адама посмотрели друг на друга, прежде чем Аттикус кивнул.

— Всё получится. Мы просто должны заставить этого сделать звонок, не подавая сигнал остальным.

Адам посмотрел на мужчину, который всё ещё издавал страдальческие звуки сквозь кляп.

— О, Гари знает, что альтернативой будет медленная, мучительная смерть, а не быстрая пуля в голову.

— Он будет играть в команде, — заверил их Ной. — Правда, Гари?

Мужчина неистово замотал головой. Аттикус кивнул близнецам, и они схватились за спинку стула и поставили его вертикально. Взгляд Гари перебегал с человека на человека.

Адам удивился, когда Ной подошёл к мужчине и сел ему на бёдра, оказавшись нос к носу.

— Каково это – быть напуганным? — спросил он ледяным тоном. — Каково это – знать, что ты умрёшь?

Гари не ответил, просто уставился на Ноя с широко раскрытыми глазами. Как и остальные. На долю Ноя выпало так много боли и страданий, и он стал сильнее. Его братья, казалось, были очарованы Ноем, но Адам... Адам никогда не был так возбуждён за всю свою грёбаную жизнь. Ной выглядел свирепым и таким чертовски уверенным в себе, что Адаму захотелось потащить его к машине и трахнуть на месте.

Но на это не было времени. По правде говоря, времени не было ни на что из этого, включая Ноя, сидящего на коленях Гари, который выглядел так, будто пытался оценить страх мужчины.

— Ной любит поиграть со своей едой, прежде чем её съесть, — сказал Август. — Отлично.

Ной встал, но продолжал смотреть на старшего мужчину.

— Думаю, будет справедливо, если именно он убьёт Гари, — сказал Ави. — Верно? Это убийство принадлежит Ною.

Адам мотнул головой.

— Ной никого не убьёт. То, что он входит в семью, не значит, что ему нужно пройти посвящение кровью.

— Нам всем пришлось совершить своё первое убийство, — сказал Арчер, как всегда, с недовольством.

— Ной сам сказал, — напомнил Ави. — Что это испытание. Отец явно проводит некий эксперимент. Если Ной – часть нашей семьи, ему придётся немного запачкать руки.

— Нет...

Ной прервал его.

— Я сделаю это.

— Ты не обязан, — огрызнулся Адам.

Ной посмотрел на Гари, в его взгляде не было эмоций.

— Я не обязан. Я хочу. Но не раньше, чем всё закончится. Я хочу, чтобы он сначала увидел, как умирают остальные.

— Тогда решено, — сказал Арчер. — Возьми его телефон и давай покончим с этим.

ГЛАВА 24

Ной

— А что, если они не придут? — спросил Ной в сотый раз, грызя ноготь большого пальца, наблюдая за Адамом, который смотрел в бинокль, наблюдая за окном.

Они сидели в заброшенном здании, которое когда-то было магазином рыболовных приманок и снастей, примерно в пятистах метрах от старого деревянного здания, которое когда-то было рыборазводным заводом. Адам сказал, что вся пристань закрылась много лет назад и простояла заброшенной более десяти лет. Это был один из забытых объектов в обширном портфеле Томаса Малвейни.

— Они покажутся, — пообещал Адам, не поднимая глаз со своего места. — Ты придумал хороший план. Даже мой отец так думает.

Это было не совсем правдой. Томас сказал, что план безрассудный и рискованный. Но он также сказал, что будет просто сидеть, сложа руки. Он очень верил в Ноя. Слишком верил, если быть честным. Вчерашняя бравада Ноя испарилась в мгновение ока, как только они разместились в этом грязном и полуразрушенном бараке, воняющем гниющей рыбой, хотя её там и не было.

Тем не менее, место идеально подходило для их цели. Гниющее деревянное здание разгорелось бы как костёр, как только они все окажутся внутри, и — в отличие от хижины Гари — вряд ли могло стать причиной лесного пожара. Томас не показался Ною сторонником охраны природы, поэтому он решил, что это скорее связано с нежелательным вниманием, чем со спасением дикой природы.