Чтение онлайн

— Черт, как же с тобой хорошо.

Ной закрыл глаза, наслаждаясь трением простыней о его член и полнотой Адама в нём, зная, что он получит своё, как только Адам кончит. Ещё несколько толчков, и Адам прижался лбом к плечу Ноя, его тело дёрнулось, когда он кончил с резким криком.

Прошло несколько минут, и Адам выскользнул из Ноя, освободив его лодыжки от пут. Но только лодыжки. Он втянул воздух, когда Адам приподнял его бёдра.

— Раздвинь для меня ноги.

Ной сделал то, что просил Адам, и с его губ сорвался тихий стон, когда Адам обхватил рукой ноющую эрекцию Ноя. Без всяких поддразниваний. Адам дрочил его член долгими, эффективными ударами, пока за веками не замелькали искры.

— О, черт, я уже так близко. Не останавливайся. Пожалуйста.

— Ты слишком последовательный, — пробормотал Адам, проникая тремя пальцами в его смазанную дырочку, нащупывая крошечный пучок нервов и массируя его.

У Ноя закипала кровь, всё его тело покрылось испариной.

— О, боже. Да. Продолжай, блядь, продолжай делать это. Пожалуйста, Адам. Блядь. Да. Да.

И тут он сильно кончил, такой оргазм, от которого его зрение потемнело, а душа на время покинула тело. К тому времени, как Ной смог собрать воедино связные мысли, Адам освободил его от ограничителей и перевернул на спину, нависнув над ним.

— Что ты делаешь? — спросил Ной, забавляясь.

Адам усмехнулся.

— Проверяю, не впал ли ты в кому. Ты выглядел немного... не в себе.

Ной закатил глаза.

— Ты делаешь это со мной каждый раз, когда я уезжаю. Когда я поехал на встречу с мамой, я три дня не мог сидеть. Знаешь, как неловко было, когда женщина, которая меня родила, спрашивала, почему я морщусь каждый раз, когда сажусь?

Адам усмехнулся.

— Если я правильно помню, это ты хотел, чтобы тебя отшлёпали перед отъездом. Ты сказал, чтобы было больно. Твои слова, не мои.

— Я не отвечаю за свои слова, когда на моей простате вибрирует секс-игрушка, — сказал Ной, насупившись.

Встреча с его биологической матерью прошла нормально. Не так, как показывают по телеку, не было слёз и сердечного воссоединения. Она не обнимала Ноя и не рыдала, радуясь возвращению своего давно потерянного сына. И это было нормально. Он, вероятно, всё равно не знал бы, что делать с таким вниманием.

Ной вырос, а она стала чужой, с новой семьёй и новой жизнью. Никакой неловкости или неприязни не было. Все были любезны и гостеприимны. Ной познакомился с новым мужем своей матери — владельцем скотоводческого ранчо по имени Чад – и их тремя подростками, Андрейной, Марселлой и... Лореттой. Названной в честь умершей мамы Чада.

Они не говорили о чём-то существенном, хотя у обоих, вероятно, было миллион вопросов друг к другу. Но Ной не знал, хочет ли он услышать ответы на свои вопросы, не был уверен, что будет смотреть на неё так же, если ответы ему не понравятся. И он не хотел разрушать её жизнь, рассказывая о том, через что ему пришлось пройти. Она не заслуживала того, чтобы жить с этим знанием. Ни в чём из этого она не виновата.

Они расстались в аэропорту, обнявшись и пообещав вскоре снова поговорить. И они поговорили. Его мать звонила ему раз в месяц или около того, чтобы узнать, как дела. Она нерешительно спрашивала об Адаме. Сообщала ему новости о Чаде, девочках, ранчо, и всё было хорошо. Легко. Когда-нибудь, возможно, она даже почувствует себя его мамой. Но не сейчас.

Ной не слишком надеялся на это. У него уже была семья. Та, от которой ему не нужно хранить секреты. Семья Адама. Его совершенно ненормальная долбанутая семья. Они знали все его секреты. А он знал их.

— Эй, о чём задумался? — спросил Адам, постучав по лбу.

Ной отвлёкся от своих мыслей.

— Просто думал о твоей семье.

Адам опустился на него, пока они не оказались нос к носу.

— Я только что трахнул тебя до потери сознания, а ты уже думаешь о моих братьях... Некоторые парни могут счесть это оскорблением.

Ной закатил глаза и игриво подтолкнул Адама, пока тот не опрокинулся на спину. Ной перекатился на другую сторону, пока Адам не нашёл ещё один повод затащить его обратно в постель.

— Хорошо, что ты не «некоторый парень».

Адам вскочил на ноги, подошёл к Ною и обнял его.

— Я не такой?

Ной усмехнулся.

— Ты знаешь, что нет. Почему мы должны играть в эти игры?

Адам проигнорировал его.

— Так кто же я?

— Парень, чей отец убьёт меня, если я не пойду прямо сейчас в душ, — сказал Ной, посмотрев на часы на стене.

— Но я не хочу, чтобы ты уходил, — проскулил Адам.

— Да, и я, и моя задница прекрасно это понимаем.

Адам обхватил упомянутую задницу.

— Я не пущу тебя в душ, пока ты не скажешь.

— Что скажу? — спросил Ной, глядя на него с наигранной невинностью.

— Ты знаешь что. — Адам посмотрел на него большими грустными щенячьими глазами. — Пожалуйста?

Они были такими наигранными, но срабатывали каждый грёбаный раз.

— Хорошо.

Ной покраснел. Они придумали такой глупый, до смущения милый ритуал. Увидев его в книге или фильме, Ной бы скривился. Черт, он бы, наверное, убил, чтобы сохранить это в тайне, потому что это было слишком ценно для двух двадцатилетних убийц. Но Адаму нравилось это слышать. И часто. Ной не знал толком почему. Тем не менее, он вздохнул.

— Может быть, я люблю тебя.

На лице Адама расплылась довольная ухмылка.

— Может быть, я тоже тебя люблю.

Они строили совместную жизнь на этом «может быть». И она была хорошей. Больше, чем Ной мог себе представить.

БОНУСНЫЙ ЭПИЛОГ

Ной

Ной повернул запястья, взглянув вверх, на свои связанные вместе руки, прикреплённые к кровати чёрным шёлковым шнуром.

— Нет, по-моему, неплохо.

Адам прохаживался у изножья кровати.

— Ноги?

Ной повторил процедуру со своими лодыжками, верёвка мягко ласкала его кожу.

— Всё в порядке.

Быть связанным для Адама стало любимым занятием Ноя. Они делали это часто. Адаму никогда не надоедало держать Ноя в заложниках, а Ною никогда не надоедало, когда Адам выступал в роли хищника. Он выглядел очень сексуально, даже не пытаясь, но больше всего, когда он был без рубашки, штаны висели низко на бёдрах, а его взгляд следил за каждым движением Ноя, неважно каким. Да, для Ноя это было самое то.

Не часто Адам хотел, чтобы он лежал на спине вот так. Обычно он лежал лицом вниз, совершенно не обращая внимания на то, что будет дальше. Но так даже лучше, а может, и немного хуже. В такой позе Ной мог видеть, как Адам открывает ящик с игрушками, как берёт в руки вибраторы, плётки, флоггеры, рассматривая каждый предмет, словно выбирая оружие. Когда Адам увидел, что Ной наблюдает за ним, он достал что-то из коробки и пересёк комнату, натягивая мягкий материал, плотную чёрную глазную повязку. Ткань была нежной на его коже, но она полностью его ослепила.