Хочу быть дерзким, хочу быть смелым, Из сочных гроздий венки свивать. Хочу упиться роскошным телом, Хочу одежды с тебя сорвать! Хочу я зноя атласной груди, Мы два желанья в одно сольем. Уйдите, боги! Уйдите, люди! Мне сладко с нею побыть вдвоем! Пусть будет завтра и мрак и холод, Сегодня сердце отдам лучу. Я буду счастлив! Я буду молод! Я буду дерзок! Я так хочу!
«Я войду в зачарованный грот…»
Я войду в зачарованный грот, Я узнаю всю сладость земную, Там красавица милого ждет, Я воздушно ее поцелую. Горячо к ней прижмусь и прильну, В опьяненьи своем закачаю. Я люблю молодую волну, Я желанье лобзаньем встречаю. Безгранично-глубок небосвод, И, как небо, мечтанья бескрайны. Я люблю зачарованный грот: В нем для любящих вечные тайны.
ПЕНЬЕ РУЧЬЯ
В пеньи звонкого ручья Переменность трепетанья. В нем отдельность бытия, Восхваленье мирозданья. Он сорвался с высоты, Возжелав безвестной дали. Многоснежные хребты В нем стремленье воспитали. И покинув горный склон. И себя любя без меры, Весь вспенен, домчался он До заманчивой пещеры. В лабиринт ее проник. Что там было? Что там стало? Чей-то вскрик в тиши возник, Так воздушно и устало. Где-то алые цветы Зашептались, закачались И виденья красоты Поцелуем повстречались. Поцелуй? Зачем? И чей? Кто узнает! Это тайна… Дальше, прочь бежит ручей, Он в пещере был случайно.
«Мы с тобой сплетемся в забытьи…»
Мы с тобой сплетемся в забытьи: Ты — среди подушек, на диване, Я — прижав к тебе уста мои, На коленях, в чувственном тумане. Спущены тяжелые драпри, Из угла нам светят канделябры, Я увижу волны, блеск зари, Рыб морских чуть дышащие жабры. Белых ног, предавшихся мечтам, Красоту и негу без предела, Отданное стиснутым рукам, Судорожно бьющееся тело. Раковины мягкий мрак любя, Дальних глаз твоих ища глазами, Буду жечь, впивать, вбирать тебя Жадными несытыми губами. Солнце встанет, свет его умрет. Что нам Солнце — разума угрозы? Тот, кто любит, влажный мед сберет С венчика раскрытой скрытой розы.
ВЕСЕЛЫЙ ДОЖДЬ
Веселый дождь низлился с высоты, Когда смеялось утро Мая. Прошел в лесах, взрастил в садах цветы, Весь мир улыбкой обнимая. Веселый дождь, источник нежных снов, Твой зов к забвенью сердце слышит. Как много в мир ты нам послал цветов, Ты праздник в жизни всех, кто дышит.
«У ног твоих я понял в первый раз…»
У ног твоих я понял в первый раз, Что красота объятий и лобзаний Не в ласках губ, не в поцелуе глаз, А в страсти незабвенных трепетаний,— Когда глаза — в далекие глаза — Глядят, как смотрит коршун опьяненный,— Когда в душе нависшая гроза Излилась в буре странно-измененной,— Когда в душе, как перепевный стих, Услышанный от властного поэта, Дрожит любовь ко мгле — у ног твоих, Ко мгле и тьме, нежней чем ласки света.
«За то, что нет благословения…»
За то, что нет благословения Для нашей сказки — от людей; За то, что ищем мы забвения Не в блеске принятых страстей; За то, что в сладостной бесцельности Мы тайной связаны с тобой; За то, что тонем в беспредельности, Непобежденные Судьбой, За то, что наше упоение Непостижимо нам самим; За то, что силою стремления Себя мы пыткам предадим; За новый облик сладострастия,— Душой безумной и слепой,— Я проклял все,— во имя счастия, Во имя гибели с тобой.
«Она отдалась без упрека…»
Она отдалась без упрека, Она целовала без слов — Как темное море глубоко, Как дышат края облаков! Она не твердила «Не надо», Обетов она не ждала. — Как сладостно дышит прохлада, Как тает вечерняя мгла! Она не страшилась возмездья, Она не боялась утрат. — Как сказочно светят созвездья, Как звезды бессмертно горят!
DANSES MACABRES
ПОЭТЫ
Ю. Балтрушайтису
Тебе известны, как и мне, Непобедимые влечения, И мы — в небесной вышине, И мы — подводные течения. Пред нами дышит череда Явлений Силы и Недужности, И в центре круга мы всегда, И мы мелькаем по окружности. Мы смотрим в зеркало Судьбы, И как на праздник наряжаемся, Полувладыки и рабы, Вкруг темных склепов собираемся. И, услыхав полночный бой, Упившись музыкой железною, Мы мчимся в пляске круговой Над раскрывающейся бездною.