Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Будем как солнце. Книга символов
Шрифт:
Прекрасен ими небосклон, В них вечен свет, и вечен сон. И кто их видит — жизни рад, Чужою жизнию богат. Моя любовь, моя звезда, Такой как звезды будь всегда. Горя не думай обо мне. Но дай побыть мне в звездном сне.
3
Нет, ты не поняла, что в бездне пустоты Я не обрыв, не тьма, а вольный сон мечты, Такой же радостный и вкрадчивый, как ты. Я пропасти люблю, но так же, как леса, Молчанье, и за ним — земные голоса, И все подземное, и свет, и небеса. Я, бесконечное в конечном ощутив, Люблю и высоту, влюбляюсь и в обрыв, И я в чудовищном свободен и красив. Свободен, потому, что только миг я в нем, И сладко сплю в тени, сказавши тьме. «Уснем». Но вот уж я восстал, я весь огонь с огнем. Мы всюду встретимся, где чары красоты, Где в самом хаосе завершены черты, Где свет гармонии, где счастие, где ты.
4
Люси, моя весна! Люси, моя любовь! Как сладко снова жить, и видеть солнце вновь. Я был в глубокой тьме, моя душа спала, Но задрожала мгла, когда весна пришла. Восторгом стала боль, ответом стал вопрос, От смеха губ твоих, и золота волос. И тонкий стан ко мне прильнул в воздушном сне, И предал я свой дух чарующей весне. О, стройная мечта, не разлучусь я с ней! Кто в мире может быть моей Люси нежней? Кто лучше всех? Люси, спроси ручей, цветы: Лучи, ручей, цветы мне говорят, что — ты!
5
Кто полюбив — не сразу полюбил? В глубокой тьме — горят огни светил. И кто устав — свою покинул тьму, Его звезда — светло горит ему. К тебе прильнув — я вижу бездну вод. В моих зрачках—твой гордый блеск живет. Зеркален лик—прозрачной глубины, Там два стебля — влюбленно сплетены. В одном цветке — как бархатная ночь, В другом цветке — огонь, что рвется прочь. И мы горим—прекрасней нет светил, И в первый раз — я сразу полюбил.
6
Когда сейчас передо мною Ты в сладострастьи замерла, Одною схвачены волною, Мы отдались любви и зною, Но в наших взорах пеленою Возникла трепетная мгла. И мы глаза свои закрыли, Чтоб видеть лишь себя во сне, И в блеске сна, в цветочной пыли, Мы жизнью слитно-разной жили, Как два виденья той же были, Как два луча в одной волне. И все слова одной страницы Соединить нас не могли, Сверкнув друг Другу как зарницы, Тонули мы как в небе птицы, И ты, полуоткрыв ресницы, Была вблизи — но как вдали!
7
«Зачем ты хочешь слов? Ужели ты не видишь, Как сладко мне с тобой, цветок мой голубой? Ни друга, ни врага ты взглядом не обидишь, Цветешь, всегда цветешь, взлелеянный Судьбой. Зачем тебе слова? Я как и ты безгласна. Я сны истомные лелею как и ты. Смотри, как дышим мы, тревожно, нежно, страстно… О, милый, милый мой! Ведь мы с тобой — цветы!»

«Влага только на мгновенье…»

Влага только на мгновенье Может к лотосу прильнуть, Даст ему свое забвенье, И опять стремится в путь. Лотос только на мгновенье Принимает поцелуй И восторг прикосновенья Переменно-быстрых струй. Миг блаженства, легкость ласки, Вольно-слитные сердца, Прелесть призрачной завязки И мгновенного конца. Лотос после быстрой ласки Весь блестит легко дрожа, И вода в подвижной сказке Обновленна и свежа.

ТРИ ЦВЕТА

Черный, желтый, и красный, Три испанские цвета. Слиянье триады согласной Разгадано сердцем поэта. Черный цвет подозренья Страшен душам неверным, Обманчивый миг утоленья К возмездьям приводит примерным. Желтый — дикая ревность, Жгучесть раненой чести, До времени скрытая гневность, Злорадство рассчитанной мести. Всех отчетливей — красный, Полный жизни и смерти. Доверьтесь триаде согласной, Любите, но страсти не верьте!

СЕРЕНАДА

Я сомкнул глаза усталые, Мира больше нет. Плачьте, плачьте, запоздалые, Светит вам лишь поздний свет. Дышат сумерки неясные, Смотрят звезды с высоты. Плачьте, страстные, подвластные Тайнам темноты.  Я закрыл глаза усталые, Стройный мир погас. Кровь слагает сказки алые, И обманывает нас. Дышат шелесты неясные, Дымно спит речная гладь. Плачьте, страстные, безгласные, Вам недолго спать.

КРЕСТОНОСЕЦ

СОНЕТ

Ни ревности, ни скуке, ни злословью, Моей души живой я не предам. Блуждая по несчестным городам, Одним я услажден всегда — любовью. Мой ум увлек меня к Средневековью, Ко дням служенья тающим мечтам. И, крестоносец, годы я отдам, Чтоб розы снов зарделись алой кровью. Моей! Моей! Неверных больше нет В пустыне — все смешавших — долгих лет Сравнялись все молитвы и проклятья. И в верность дней не верю я один. Во имя жертвы, счастья без объятья, Я сумрачный, я гордый паладин.
Поделиться с друзьями: