Будни (не) типичной адептки
Шрифт:
В этот раз внук королевского советника прочно устоял на своих двоих. И тем самым избавил нас от участи тесного знакомства с местным газоном.
— Эй, а я? — зашипела на нас преподавательница, выглядывающая в распахнутое окно.
Дверь снова дрогнула под магическим ударом.
— Поздно, — развел руками Закари, а затем пнул под ребра Беатрис, которая уже успела напиться до чертиков и сейчас что-то возмущенно шебуршала.
Третьего удара дверь уже не выдержала и с грохотом распахнулась, являя нашим взорам разъяренного ректора с красными глазами.
Вот тебе и демон…
Фон Соммер тут же потянул меня вниз, и я послушно присела на попу прямо под окном.
— Предатели, — зашипела на нас леди фон Вальтер.
— А он точно ее не убьет? — шепотом поинтересовалась я у компаньонов по побегу.
— Не-а, — легкомысленно отозвался адепт Хант, — Жена все-таки, притом любимая.
Беатрис снова очнулась, желая что-то высказать по этому поводу. Но вместо слов мы услышали лишь невнятный бубнеж.
— Так, верну-ка я эту бедовую в общежитие, пока нас тут не поймали с поличным, — деловито произнес Закари.
И, снова закинув Беатрис на плечо, словно тюк с сеном, устремился в сторону парка, скрываясь в ночной мгле.
Зато у меня в голове теперь все прояснилось. Так вот какие родственные связи связывают этих всех с королевским советником. А я-то думала, что демон чей-то потерянный брат или внебрачный сын. А что? Всякое в жизни возможно.
За окном тем временем грозно пророкотали:
— Ада!
И я поспешила высунуть свой любопытный нос из убежища. Интересно же поглазеть.
— Да, любимый? — невинным голосочком отозвалась преподавательница, разворачиваясь лицом к ректору.
— Ты снова здесь, — мрачно констатировал демон.
— Как и ты, — ничуть не тушуясь под его строгим взглядом, просияла леди фон Вальтер.
Ректор как-то тяжко вздохнул, прикрыл глаза, и устало поинтересовался:
— Сколько раз я просил не покрывать адептов, когда они нарушают устав?
— Раз пять? — предположила преподавательница, медленно приближаясь к мужу.
— Десять, — припечатал он.
— Да ладно, не злись, — проворковала она, принимаясь наглаживать демона по плечу, — Ты же у меня такой хороший, такой понимающий.
— Не подлизывайся, — усмехнулся ректор, скосив на леди фон Вальтер свой недовольный взгляд, — В этот раз хоть обошлось без происшествий? Все успели сбежать?
— Конечно, — тут же кивнула она, — Я же за этим и присутствовала. Но ты в этот раз рано малышню разогнал, до самого интересного даже дойти не успели.
— И слава богам, — закатил глаза ректор, — Не придется их потом отлавливать по всей академии, как в прошлом году. Я специально время рассчитывал, чтобы они до ритуала посвящения добраться не успели.
— Зато весело было, — кровожадно усмехнулась в ответ леди.
Это что получается? Ректор о местном празднике жизни прекрасно знает? И разгоняет всех по расписанию, чтобы вовремя добрались до своих кроваток?
Эта мысль и подтвердилась его следующей репликой:
— Зато, — поправил он с важным видом, — Завтра адепты не будут мучиться из-за последствий огненной настойки и свежими явятся на занятия. А то мне, если честно, порядком надоело, что они каждый год в первый учебный день не то, что думать, а стоять ровно не могут.
— А ты у меня само коварство, — восхищенно выдохнула леди фон Вальтер.
— Не подлизывайся, — снова хмыкнул ректор, удерживая строгую мину на лице.
— Хитрый, умный, коварный, — продолжила сыпать странными комплиментами преподавательница, — И вообще, самый-самый лучший.
Демону достался звонкий поцелуй. И в этот момент чье-то сердце растаяло.
И это я не про свое говорю, если что. Вон как наш ректор умиленно смотрит на супругу. А ведь с виду и не скажешь. Сама строгость, сама неотвратимость, сама решительность. А тут стоит такой довольный. Вот тебе и грозный демон…
— Ага, это она про самого лучшего говорит просто потому, что остальных демонов не видела, — неожиданно раздался у меня над ухом ехидный голос проверяющего, — Вдруг нам вообще в семью неликвид подсунули?
— Фон Соммер, я вообще-то тебя слышу, — в то же мгновение пророкотал ректор грозным голосом по ту сторону от окна.
— Да ладно, Бастиан, на правду не обижаются, — ничуть не смутившись, выкрикнул в ответ внук королевского советника и, повернувшись ко мне, добавил, — А вот теперь и нам пора отсюда драпать.
Меня тут же сцапали за руку и потащили прочь от насиженного места.
До женского общежития мы неслись на невиданной скорости. Я даже не знала, что умею так быстро бегать.
— А за нами что, ректор гонится? — поинтересовалась я у министерского работника, который бежал впереди.
— Если бы гнался, уже бы догнал, — доверительно сообщили мне, даже не обернувшись.
— А тогда почему мы бежим? — опешила я.
— Как почему? — переспросил проверяющий, резко останавливаясь.
Да так, что я едва в него не врезалась. Чудом успела вовремя затормозить.
— Для создания нужной обстановки, — все же пояснили мне, — Все адепты же бежали. А от общего стада выбиваться нельзя. То есть, — тут же поспешил исправиться он, — Из общей массы выделяться нельзя.
М-да, странная у него логика какая-то.
— Ну что, побежали дальше? — обернувшись ко мне, поинтересовался Вейланд фон Соммер.
Понятно. Это не мне выделяться из общей массы нельзя. Это кто-то продолжает молодость свою вспоминать. Вон как глаза светятся озорным блеском.
— Вы бегите, — любезно разрешила я, — А я уже дошла. Вот же женский корпус общежития, — кивнула я за спину проверяющего.
Мужчина обернулся, чтобы удостовериться в моих словах. Удостоверился, потом кивнул каким-то своим мыслям и резко шагнул в мою сторону, сокращая между нами расстояние.
— А что это вы делаете? — протянула я с подозрением.
Странный он какой-то. Смываться надо отсюда, пока не поздно. И, как назло, вокруг ни души.
Пока я тревожно косилась по сторонам, Вейланд фон Соммер успел сделать еще один шаг ко мне. И резко схватил ничего не понимающую меня за подбородок, заставляя встретиться с ним взглядом.