Чтение онлайн

Перебежками, от дерева к дереву, двинулся наперерез. Заметил кхмеров первым, затаился над обрывом. Кхмеры искали место, где можно подняться. Василий дождался, когда вся группа собралась у подножия. Первый лезет наверх с веревкой за спиной. Достает гранаты. Взрывы грохочут один за другим, раздаются крики. Прыгает с обрыва, добивает всех оставшихся. Быстро собирает магазины. У Алики и старика уже оставались последние патроны, когда Василий на бегу швыряет запасные. Бой продолжился с неослабевающим накалом. Озлобленные неудачей, кхмеры несколько раз пытались пойти в атаку, но каждый раз отступали — слишком хорошие мишени они представляли собой сверху.

Наконец, решили больше не атаковать, а продолжать стрелять и понемногу продвигаться вперед. Все понимали, что скоро конец. У обороняющихся закончатся патроны и на этом все. Когда Василий вставил последний магазин, посмотрел на старика. Тот развел руки. Алика давно сидела пустая. Выглянул за край. Кхмеры почувствовали по ослаблению огня, что дело идет к концу, смелели. Стали перебегать, приближаясь к обрыву. Василий прикинул на глаз, сколько их. Арифметика выходила хреновая. На секунду задумался, крикнул:

— Сумку!

Алика бросила обе. Торопливо открыл, достал пачки долларов. Надорвал обертки, привстал и начал швырять их, как ручные гранаты. Зеленые бумажки запорхали по лесу, как мотыльки. Бросил еще и еще …

Стрельба стихла. Раздался удивленный крик. Василий осторожно выглянул — внизу мечутся радостные кхмеры, собирают деньги. Доллары усыпали склон, застряли на ветках, запутались в густой траве. Бандиты как сумасшедшие ползают по земле, прыгают на ветки и трясут деревья. Один, видимо командир, что-то кричал, тряс автоматом. Требовал продолжать бой. Куда там! Мимо него пробежал радостный кхмер с ворохом денег. Он отобрал у командира автомат и дал по морде, чтоб не орал понапрасну. Смотреть дальше на цирк было некогда. Василий крикнул:

— Уходим!

Все трое бросились прочь от обрыва. Быстро спустились с другой стороны и понеслись, как стадо оленей от волков. Бежали, перепрыгивая через камни, не замечая их, продирались сквозь кусты, не обращая внимания на царапины и клочья одежды. Хо начал задыхаться и тогда перешли на шаг. Так двигались без остановок, пока на джунгли не легли сумерки. От усталости ни Алике, ни Хо не хотелось есть. Девушка хоть и падала с ног, но спать на голой земле наотрез отказалась. Василий подумал и согласился. Каждый выбрал дерево и в переплетении веток изготовил себе лежак. Старик рассказал, что такие лежаки делают обезьяны. Они никогда не остаются на земле на ночь. Василий и Алика полностью согласились с разумными обезьянами. Через полчаса, тщательно уничтожив все следы на земле, все трое спали по-обезьяньи на деревьях.

Утро разбудило птичьими воплями и слепящими лучами солнца. Все прекрасно выспались в безопасности и отдохнули. Только с непривычки болели бока, но это мелочи. Старик ловко слез на землю и с усмешкой наблюдал, как двое европейцев сползают вниз, стараясь не сорваться и не порвать остатки одежды. Завтракать нечем, но осознание победы над превосходящим врагом заставило замолкнуть презренный желудок. Еда — не главное, найдется. Обсуждая на ходу вчерашние события, отправились дальше.

Старик все чаще доставал карту, всматривался и огорченно хмыкал.

— Что не так? — не вытерпел Василий, — снова лезем в очередную бодягу?

— Мы не идем в «бодягу», мы отклонились от маршрута, когда уходили от кхмеров, — обстоятельно ответил Хо, — теперь пойдем по дуге и к вечеру выйдем на дорогу.

— Так мы шли по дороге? — удивилась Алика.

— Да, по дороге. Только очень старой. Поэтому ее трудно отличить от …ну, обычного леса.

— А почему ей не пользуются, что она так заросла?

— По ней ходили партизаны на войне с американцами. Война кончилась и она стала не нужна.

— Раз ты так хорошо знаешь дорогу, значит, тоже был партизаном?

— Да, — коротко ответил Хо и больше говорить не захотел.

К полудню вышли к озеру, заросшему по берегу высокой травой. Василий и Алика, как обычно, занялись костром. Старик ушел в лес за едой.

— Что он сегодня притащит на обед? — с тревогой сказала Алика, — опять какое ни будь чудо-юдо лесное.

— Мясо! — твердо ответил Барабанщиков.

Дед принес молодого питона. Алика с плохо скрываемым ужасом наблюдала, как Хо вспорол брюхо, выбросил оттуда полупереваренного енота, обрубил голову и хвост. Выпотрошил, вымыл. Разложил окровавленную тушу на ветках, достал котелок и пошел за водой. Но сразу остановился и огорченно покачал головой — котелок оказался пробит пулями. Пришлось разрезать питона на куски, закатать в глину и испечь в углях. Пока Хо готовил змея на обед, Василий исподтишка наблюдал за девушкой. Он ожидал, что сейчас поднимется возмущенный писк, но не тут-то было! Алика или привыкла, или поняла, что в чужой монастырь со своим уставом не лезут. Спокойно ковыряла прутиком в костре, только старалась не смотреть на потрошение змеи. Ну нет тут другой еды, нет! Жареный или вареный змей это у нас экзотика, а здесь повседневная еда. Люди живут бедно, курица — роскошь, колбаса — еда богачей, а сосиски и вовсе диво дивное! Рис едят во всех видах, если повезет — с вареной обезьяниной или змеятиной. Все остальное — заграничное чудо!

Когда Хо кивнул, девушка достала свой кусок, разбила палкой глину. Подождала, пока остынет и преспокойно съела мясо. Показала язык разочарованному Василию, который все же надеялся найти повод для ехидства. Едва не подавился от горя. После обеда старик долго рассматривал карту, вертел так и сяк. Вид у него был такой, будто ее подменили и он видит такую карту первый раз. Подсел к Василию, будничным тоном сообщил:

— На карте нет озера.

— Значит, карта неточная, — пожал плечами Василий.

— Нет, карта точная. Ее делали американцы по снимкам с самолета, — возразил Хо.

— Тогда что? — удивился Василий.

— Не знаю. Откуда-то появилась вода. И давно, лет двадцать назад.

— Мы его переплывем? — спросила девушка. Старик посмотрел на озеро, подумал, мотнул головой:

— Нет, обойдем. Оно не может быть большим.

— Ну, тогда пошли, — вздохнула Алика.

Озеро пришлось обходить по широкой дуге. Вблизи воды заросло особенно густо. Попадались места сплошных зарослей из травы, кустов и маленьких лианоподобных растений. Они так густо переплетались, что пришлось прорубать проход. Движение очень замедлилось и вскоре вовсе остановилось. Молча сидели на куче свежесрубленных веток. Старик снова достал карту, а Василий занялся самым нужным делом — чисткой автомата. Алика почти не устала, она не махала ножом, поэтому любопытно вертела головой во все стороны. Ей показалось, что в сплошной серо-зеленой каше ветвей и листьев мелькнуло светлое пятно. Вскарабкалась на корягу и вытянулась на носки, разглядывая, что там впереди. Не удержалась, спрыгнула.

— Какие новости? — улыбнулся Василий.

— Прогал в зарослях. Как поляна или лес кончается.

Василий вздохнул, быстро собрал автомат и поднялся. С коряги и правда видно поляну. Большая или маленькая не определишь, надо подходить. Он взял секач из рук старика и принялся рубить ход. Через пять-шесть шагов последний раз махнул острым лезвием. Открылся край глубокой котловины. Сплошь покрыта зарослями густой тропической травы. Рощицы маленьких корявых деревьев беспорядочно расположились по земле, пустили длинные бугристые корни по камням. Котловина довольно просторная — кромка леса темнеет километрах в двух с половиной. Василий почувствовал за спиной дыхание Алики. Не оборачиваясь, спросил: