Чтение онлайн

— А потому что не искал никто, — сказала Алика, — и у нас под Москвой есть места, где никто не ходит.

Василий поднялся с места, походил по площадке, снова сел.

— Ладно, пусть так. Но почему дыры в потолке не заросли и не осыпались? Я смотрел, они чистые. Вокруг джунгли, вся земля заросла кустами или травой. Почему там, где отверстия для солнечного света, нет деревьев. Лес будто вырублен под корень!

Все молчали.

— Что за лесные духи это сделали? Добрые они или злые? — спросил сам себя Василий.

Старик поднял голову:

— Ты прав. Я тоже заметил странности. Нам надо уходить отсюда.

Все трое молча встали, пошли прочь. Старик шел последним, часто оглядывался, тревожно осматривая лес. Беспокойства передалось и Алике. Она вертела головой, смотрела и слушала. Увидела, как в шею идущего первым Василия воткнулся маленький красный цветок. Барабанщиков молниеносно выдернул. Это оказалась маленькая стрела с красным оперением. За спиной вскрикнул старик, послышался звук упавшего тела. Алика увидела, как у Василия медленно подломились колени. Он замер на месте, то ли одеревенев от яда, то ли от боли. Вокруг забегали шустрые полуголые коротышки. Они выскакивали из кустов и набрасывались на парализованных мужчин. Связали по рукам и ногам, просунули длинные палки. Жесткие руки схватили девушку. От прикосновения чужих лап она словно очнулась. Взвизгнула, наотмашь ударила схватившего. Голый абориген явно не ожидал сопротивления. От оплеухи упал, ощутимо хрястнулся затылком о камень. Ободренная легкой победой, Алика сжала кулаки и стала махать во все стороны руками и ногами, подражая Барабанщикову.

Тем временем Василий преодолел первоначальный шок от ядовитого укола. На него набросилось десяток дикарей, связали и начали совать длинную палку под веревку, что бы удобнее было тащить добычу. С медвежьим ревом разорвал самодельные веревки, расшвырял напавших. Понимая, что главное — не дать противнику опомниться, ринулся в самую гущу рукопашной схватки. Голые дикари разлетались от разъяренного Барабанщикова, как кегли под ударами шара и больше не вставали. Но яд брал свое, могучий организм слабел. Перед глазами стало двоиться, он несколько раз промахнулся и попал по дереву вместо разрисованной хари дикаря. В последнем усилии ему удалось ухватить одного за ноги и несколько раз крутануть вокруг себя. Чувствовались удары о мягкое, последний пришелся на твердое, аж в руке отдалось. Хрустнуло, чвакнуло и Василий удивленно почувствовал легкость. Он опустил глаза, увидел в руке оторванную ногу. Сознание оставило и он медленно опустился на землю…

Алика сопротивлялась недолго: обозленные неудачей даже с женщиной, туземцы навалились скопом. Повисли на руках, как мопсы, а один с разбега толкнул в грудь. В драке ей расцарапали руки, бровь и теперь кровь заливала левый глаз и лицо. Волосы растрепались, слиплись от крови. Только яркие голубые глаза горели на смуглом лице. Какой-то дикарь наклонился, чтобы лучше связать. Тощий немытый зад оказался так близко, что не удержалась. Согнула ноги в коленях и сильно ударила по заднице. Голый воин упорхнул со скоростью футбольного мяча после удара Марадоны. Второй от подсечки дряпнулся, как мешок с грязным бельем, узкие глаза выпучились, туземец замер, не в силах вздохнуть. Успокоилась после того, как к горлу приставили копье…

Распоряжался нападением мелкий старикашка с манерами императора. Он не кричал. Высокомерно глядя поверх голов подданных, управлял повелительными жестами. По его знаку Василия связали еще раз. Барабанщикова и Алику положили на связку веток, поволокли в лес. Мелкого Хо подвесили на толстую палку и понесли, как убитую козу. Путешествие продолжалось недолго. Пленников быстро тащили, не обращая внимания на камни, корни деревьев и кусты. Остановились на краю обширной поляны. Со всех сторон окаймляет густой лес. С одной стороны холм. Среди кустов чернеет вход в пещеру. Пленников подтащили ближе к середине. Несколько туземцев подняли плетеные из бамбука щиты с земли, оттащили в сторону. Под ними оказалась яма глубиной около четырех метров. В дно вбито несколько кольев. Пленников по очереди опустили в яму, привязали к кольям.

Алика была сильно напугана, но виду старалась не показывать. Когда вместе со всеми опустили в яму, облегченно вздохнула — все-таки не одна! Веревки туго врезались в тело. Что бы допустить застоя крови, напрягала и расслабляла мышцы по всему телу, дергалась и раскачивала кол. Сначала было очень больно, потом появилась злость. Разогрелась от усилий, кол все заметнее стал раскачиваться, но еще недостаточно, чтобы вырвать. Алика невольно сравнила себя с гусеницей на спичке, воткнутой в пластилин. Волосы лезли в глаза и мешали видеть вокруг.

— Молодец, не скисла! — неожиданно раздался хриплый голос Барабанщикова. Повернулась и через черные пряди собственных волос увидела Василия. Он выпрямился, насколько возможно и улыбался.

— Нечего лыбиться, — сердито буркнула девушка, — пока некоторые в обмороке прохлаждаются, другие работают и уже почти освободились. Еще немного и тебя, сироту худую, ослобоню!

— Орел, … э-э, орлица! — поправился Василий, одобрительно глядя на борьбу с колом, — вот сейчас и я… гм …устыдюся своей слабости и тоже ослобонюся!

Василий уперся ногами и несколько раз изо всех сил рванул кол. Бамбук сухо трещал, но не ломался. Извернувшись, ухватил дерево руками и, напрягая все силы, потащил вверх. Чуть поддалось. Василий перевел дух, уперся ногами и повторил попытку. Кол медленно-медленно пошел вверх. На мгновение остановился, но не выдержал напора, с чмоканьем выполз из влажной земли.

— Подумаешь, — фыркнула девушка, — колья-то рассчитаны на здешнюю мелкоту, а не на медведей.

Василий сосредоточенно возился с колом и веревками и на подначки не реагировал. Присел и, перебирая пальцами, вытащил кол. Или сам снялся с него. Вид получился не очень героический и Алика хихикнула. Василий только сопел и продолжал работать. Девушке надоело смотреть и она начала рвать кол в разные стороны. Дерево гнулось, потрескивало, но не сдавалось. После нескольких неудачных попыток, так ничего и не добившись, сделала то же самое, что и Барабанщиков: ухватила руками и расшатанный кол легко вышел из земли. Победно глянула на Василия. Он уже перестал корячиться с чертовой палкой и теперь освобождался от веревок. Ослабленные веревки из лиан поддавались плохо. Наконец, удалось освободить одну руку. Дальше дело пошло лучше и вскоре все веревки валялись на земле.

Алика еще стояла с нелепым колом за спиной. Василий ехидно улыбнулся:

— Наклонитесь, мадмуазель. Вам с какой стороны вытягивать, спереди или сзади?

Девушка гордо отвернулась и так хитро изогнулась, что получилось как-то полубоком. Василий хмыкнул, осторожно потянул кол, помог снять веревки. Оба посмотрели на старика. Тот висел на веревках, как тряпичная кукла и не подавал признаков жизни. Для него доза яда на кончике стрелы оказалась в самый раз. Более крупные и сильные, Василий с Аликой оклемались быстро и чувствовали себя хорошо. Барабанщиков аккуратно снял старика с кола, усадил на землю. Немного встряхнул, спросил:

— Ты жив, Хо, или как?

— Или как… — тихо прошептал старик.

Солнце давно не светило в яму. День клонился к вечеру, заметно потемнело. Все понимали, что их судьба будет решена скоро и не очень-то хорошо. Раздумывать особо нечего. Старика похлопали по щекам, растормошили и он вернулся в себя. Пока Алика помогала Хо, Василий оглядел яму. Два кола вырвано, еще три торчит. Колья оказались настолько длинными, что целиком не помещались, а стояли у стены. Василий сравнил длину кольев, ширину ямы и принялся вытаскивать остальные. Выдрал, сложил в одно место. Острым концом принялся ковырять стену с одной стороны, потом с другой. Вставил в выемки целый кол. Потом продолбил еще ямки, выше и снова вставил кол. Третий укрепил выше и получился зигзаг. Старик связал вместе три куска веревки, перекинул через плечо. Затем осторожно забрался на зигзагообразную конструкцию, держась за четвертый кол. Снизу его держал Василий. Легкий Хо встал на третий кол, закрепил четвертый. Упираясь руками в неровности стены, встал на него. Теперь пришлось согнуться, потому что голова уже уперлась в решетку. Осторожно отодвинул бамбуковую крышку, оглядел поляну. Вокруг никого, только в пещере виден отблеск костра и тени людей. Тихо шурша листьями, как ночной зверек, выполз из ямы. К торчащему из земли корню привязал веревку. Другой конец швырнул в яму. Веревка натянулась, заскрипела и из черной дыры, как черт из преисподней, выскочил Барабанщиков. Лег на землю, опустил голову обратно в яму. Что-то тихо сказал. Взялся за веревку, потянул и через секунду девушка появилась на поверхности.

Прислушались. Стражи сидели в пещере, уверенные, что сбежать из ямы невозможно и негромко переговариваются.

Василий пальцами показал Алике, что бы убиралась в кусты. Девушка зло тряхнула черной гривой и сообщила, что пойдет в пещеру и всех там поубивает. Тоже на пальцах. Василий махнул рукой, соглашаясь и все трое поползли к скале. Стражников сидело у костра всего трое. Барабанщиков показал одного старику, остальных взял себе, а девушке велел подождать. Вдвоем бесшумно приблизились к охране. Василий ухватил двоих и просто стукнул их головами. Старик коротко и зло рубанул маленькой ладошкой, страж замертво валится головой в песок.