Бывшие. Верну тебя
Шрифт:
— Ничего, — сжимаю губы, сдерживая рвущуюся наружу улыбку. — Я всегда права, Петь, — подмигиваю ему.
— Ну-ну, — заводит двигатель и трогает авто с места. — Куда едем? — спрашивает, бросая на меня быстрый взгляд.
Называю торговый центр, достаю телефон и набираю Петрова. Я обещала Сереже, что приеду сегодня, будет некрасиво с моей стороны промолчать.
— Какие люди, — смеется Серега. — Бурый жив? Не прибила его?
Закатываю глаза.
— Практически, — отвечаю, поддаваясь веселью. Злость испаряется, вместо нее остается лишь хорошее настроение.
Видимо, горячая ночь с Петей хорошо сказалась на моем самочувствии. Никак иначе мою улыбку не объяснить.
— Прости, но я сегодня не смогу приехать к тебе, — озвучиваю прискорбный факт. Сережа хотел со мной о чем-то важном побеседовать.
— Я уже понял. Завтра заедешь? — переключается сразу к делу.
Бросаю на Коновалова быстрый взгляд. Он делает вид, будто не подслушивает и увлечен лишь дорогой.
— После работы. Подойдет? — уточняю у него с ходу.
Желваки на скулах Пети начинают ходить ходуном. В моей груди просыпается сладкое чувство мести.
Так тебе и надо, мой дорогой! У меня тоже есть зубки, и я отлично умею их показывать, когда меня обижают.
— Да. Подойдет. Только я буду уже дома. Ничего? — предупреждает, позволяя отказаться от своего предложения.
Сережа во всем такой. Он добрый, мягкий и крайне внимательный.
Сразу видно, Петров прекрасно знает женскую натуру и отлично умеет лавировать между перепадами настроения. Каринка знатно его натаскала.
— Если не будешь ко мне приставать, то все будет в порядке, — хихикаю.
Петя резко нажимает на тормоз, машину дергает, меня несет вперед, а от падения на торпеду спасает лишь ремень безопасности. Телефон вырывается из моих руки и падает на пол.
— Не ревнуй, тебе не идет, — небрежно бросаю, наклоняясь за аппаратом.
Договариваюсь с Сережей на завтра, передаю Иванову и Каринке привет. Пожалуй, мелкой нужно будет вечером позвонить, побеседовать.
Меня напрягает нездоровый интерес Яковлева к ней. Я этому похотливому самцу скорее сама повыдергиваю все, если он начнет к девочке подваливать, чем стану кому-то сообщать. Карина хорошая, умная девочка и заслуживает лишь самого лучшего.
— Бурый ревнует. Ты там аккуратнее, — предупреждает Петров.
— Не переживай, все в порядке, — заверяю.
Сережа всегда так переживает за меня, что порой становится неудобно. Я взрослая девочка и привыкла сама разбираться со своими проблемами, жизнь не слишком легкой была. Петя меня пальцем не тронет, а с остальным я как-нибудь справлюсь.
— Приехали, — слева от меня раздается недовольное бурчание.
Приходится моментально сворачивать разговор с Петровым. Сейчас не до общения на отстраненные темы.
— Вижу, — с милой улыбкой ему отвечаю.
Отстегиваю ремень, выхожу из машины и иду к центральному входу.
— Не судьба подождать? — догоняя меня, высказывает недовольство Петя.
— Как ты со мной, так и я с тобой, — бросаю через плечо. — Из отделения мог спокойно увести, а не устраивать цирк с конями, — заявляю и захожу в местный бутик.
Глава 22
Петя
— Ева, ты все поняла? — спрашиваю с нажимом. Мы не имеем права на ошибку. Цена слишком высока.
Мне ужасно хреново от того, что приходится вмешивать ее в проблемы сестры и Демида, но других вариантов нет. Лишь Еве можно доверять на сто процентов, она своя и она не предаст.
Переминаясь с ноги на ногу, Ева нервно кусает губы. Мне так и хочется впиться в них поцелуем, но я себя торможу.
Проявлять чувства сейчас ни в коем случае нельзя.
— Да поняла я, поняла, — отвечает, сглатывая нервно. Ей явно не нравится то, что я предложил.
— Все под контролем, — в очередной раз заверяю, пытаясь хоть немного успокоить. Я не хочу ее волновать.
План уже составлен, условия оговорены, и менять его не станем ни при каких условиях. Для организации и обеспечения задумки вовлечено слишком много людей.
— Предлагаешь тебе поверить? — интересуется, пряча тревогу за лукавой улыбкой. — Однажды ты уже меня подвел.
Ее последняя фраза достигает цели и причиняет боль.
Крепко сжимаю зубы, чтобы не сказать ничего лишнего.
— На этот раз все иначе, — произношу, тщательно следя за своими словами.
Она смотрит на меня с вызовом.
— Так ты согласна или нет? — задаю животрепещущий вопрос. Пусть уж скажет, как есть и если откажется, то буду думать, как выкрутиться.
Сестру не подставлю.
Ева выдерживает мой взгляд, но свой отводит первой. Обреченно качает головой.
— Марью я в беде не оставлю, — заключает.
Выдыхаю.
Значит, она все-таки согласна и не бросит меня на полпути. Чувства затапливают грудь, желание прижать к своей груди любимую женщину переходят на новый уровень. Я едва себя сдерживаю.
— Тогда держи карту, — достаю из кармана заранее подготовленную вещь.
Действовать получается сугубо на силе воли, иначе я сгребу Еву в охапку, увезу к себе домой и запру, пока не решатся все проблемы с Марьей.
Рисковать любимой ужасно, но иначе я не могу. Тем более, рядом со мной Ева находится в полной безопасности. Я за нее отвечаю.
— Мне нужно отъехать, — предупреждаю. — Будь готова через час, а дальше я наберу. Лебедев позвонит, делай все, что он предлагает.
Ева недовольно косится на протянутый мною пластик, хмурится и не спешит его принимать.
— Убери, — просит, упрямо поджав губы. — Я не буду тратить твои деньги. Марья для меня не чужая, я в состоянии самостоятельно заплатить за покупки для нее.
Давлю Еву взглядом, но разве ее продавишь. Лукьяненко в открытую смотрит мне прямо в глаза и не отводит их в сторону.
Спорить с ней бесполезно, эту стадию мы уже проходили, а значит у меня остается лишь один вариант. Все равно будет по моему.
— Не забывай, у тебя впереди декрет и деньги еще пригодятся, — намеренно задеваю за больное. Молчу о своем решении во что бы то ни стало после родов помогать ей, ведь Ева говорит правду, и у меня совсем скоро родится ребенок.