Чтение онлайн

Как только дверь закрылась, в коридор, тихо ступая, вышла Наташа. Открыв дверь, девушка выпустила взлохмаченную хозяйку и повернулась к вышедшему Игорю, уставив руки в бока.

– - Пока в этой квартире хозяйка Софья Эдуардовна, ни один хрен закрывать её в туалете не будет, -- яростно вращая глазами прошипела она в сторону взбешённого мужчины.

– - Игорь, -- голос Сони гремел, словно набат и Игорь понимал, что в данный момент он присутствует при зачтении приговора. - Я сейчас ухожу, а когда вернусь, не хочу видеть в своей квартире ни тебя, ни твоих вещей.

– - Могу я вам чем-нибудь помочь?
– ехидно поинтересовалась Наташа, когда за Соней захлопнулась дверь и, не получив ответа, победоносно прошла в свою комнату.

Две полные ухоженные женщины, вальяжно развалившись в объемных кожаных креслах, потягивали из пузатых бокалов темный, переливающийся в солнечных лучах коньяк. Заметно было, что судьба давно и непрерывно баловала их, и заметно это было не по скромному изяществу баснословно дорогих костюмов из последних коллекций модных дизайнеров, не по сверканию бриллиантов в тонких колечках и даже не по белоснежным улыбкам из дорогих клиник, скорее по расслабленной, шлифуемой годами позе, когда, какую бы часть ножки ты не показала, точно знаешь, что ни один глаз, даже самой завистливой подруги, никогда не найдет там и намека на целлюлит. Это была томная полнота молодой женщины и, только опытный взгляд мог определить, что обоим дамам уже давно перевалило за пятьдесят.

– - Что загрустила, подруга?
– брюнетка лениво улыбнулась и, слегка прищурив глаза, бросила хитрый взгляд на задумчиво смотрящую в окно женщину.
– Судя по твоему виду, пожалела о "жемчужинке", которую я купила?

Директор детского дома Альбина Николаевна Савенко перевела взгляд на подругу и автоматически погладила себя по упругой бархатистой щечке. "Как удачно, что вчера весь день провела в салоне. Приехала бы эта сволочь на день раньше, позору бы не обралась. Ну да сегодня мой день. Завидуй, детка. И причесочка, и маникюрчик, и коньячек вчера так удачно подогнали. А "жемчужинку" ... Жалко, конечно. Ну, таких "жемчужинок" у меня пруд пруди".

– - Пожалела, дорогая, пожалела. Эта "жемчужинка" мне годовой бюджет за месяц делала. Десять лет девчонке, а смотри-ка, нашла себя. В мужиках, не хуже любого психолога разбирается, а уж специалист... Не пожалеешь.

– - Это-то меня и настораживает. Не больная ли? Кто у нее родители?

– - За папашу ничего не скажу, не знаю, а мамаша та еще дрянь. В пятнадцать лет старшего сына родила, в восемнадцать эту в подоле принесла. Не работала никогда. Чем жили? Давала за бутылку, пока совсем не спилась. Вот братик с сестричкой и открыли бизнес: утром мамке вместо завтрака бутылку сунут, а к обеду, когда она отключается, клиентов к ней приводили. Вот так на хлеб с маслом и зарабатывали. Только потом пацан зарвался, на скутер копить начал, а уж как в пятый класс перешел, совсем нюх потерял, школьники, начиная класса с седьмого, каждый день, вместо школы на эту гоп-квартиру табунами шли. Мать к тому времени товарный вид совсем потеряла, так он не растерялся и сестренку к делу пристроил.

– - Что ж менты, неужели не видели?

– - Почему же не видели? Первые клиенты были. Сидят сейчас. Соседи терпели-терпели весь этот хламеж на лестничной клетке, да и написали куда следует. Мать еще до суда умерла, пацана в один детдом, а Аленку в другой, то бишь, в наш.

– - Разве могут сестру с братом в разные детдома направить?

– - В этом случае можно. Чем дальше от брата-акробата, тем спокойнее. Да и мне конкурентов не надо.

– - А мальчишка искать её потом не начнет? Мне, конечно, его поисковый инстинкт прервать - один звонок и три конфеты, но все-равно, лучше обойтись без него.

– -Не суетись, -- Альбина Николаевна уверенным движением долила в бокалы коньяк и подцепив пальчиками тоненький ломтик лимона, положила в рот.
– По документам девочку удочерили, сведения о приемных родителях не разглашаются... Так что пусть ищет, если когда-нибудь выйдет оттуда где сидит.

– - Ну с этой "жемчужинкой" все ясно, а что ты мне про маленькую "Шахерезаду" расскажешь?

Зоя Ларионовна взяла пухленькими пальчиками дольку лимона и, положив в рот, довольно улыбнулась: лимон был не свежий. "Нет, Альбиша, не быть тебе королевой. Вот уже, вроде, совсем рядом, но... Не бывает полукоролев. Это врожденное, или есть или нет. Ну что ж, извини дорогая, приятно".

– - Дам тебе дружеский совет: не бери.

– - Так ведь хороша, поганка.

Альбина Николаевна звонко засмеялась и достала из кармана пачку сигарет. Вынув тонкую коричневую сигарку, женщина жадно закурила.

– - Месяца три назад, так же, как тебе, говорила клиенту: "Возьми другую" и в ответ услышала то же самое: "Так ведь хороша, поганка", а потом на член три шва накладывать пришлось. Еле рассчиталась с придурком, а этой хоть бы что: ребра пособирала, синяки зализала и хохочет. Волчонок, а не девка.

– - Ну я же не себе беру, а там, куда она поедет, церемонится не станут, на цепи пару дней посидит, мигом присмиреет. А то, что у девочки зубами клацать большой опыт, мы никому не скажем. Сделаем этим уродам маленький, но веселый сюрпрайз.

Женщины дружно засмеялись и чокнувшись бокалами, одновременно опустошили ёмкости. Альбина Николаевна перевела взгляд на наполовину опустошённую бутылку и, закусив губу, просчитывала хватит ли остатков коньяка на завтрашний приём или придётся начинать новую бутылку. Решив, что завтрашний клиент не настолько ценен, чтобы переживать, она, мило улыбаясь, перевела разговор в другое русло.

– - Как твои домашние? Смотрю ты с внучкой приехала. Вытянулась она за этот год, просто красавица.

– - Да уж, этой красавице палец в рот не клади, одним взглядом кучу на голове сделает. Козёл мой старый снова в командировку умотал, дочка на Мальдивы улетела, косточки погреть, ну а мы с Илоной на хозяйстве остались. Завтра заказ отправим, там кроме твоих красавиц еще два парня поедут, и можно будет отдохнуть.

За окном послышался шум подъезжающего фургона и, поднявшись, женщины несколько минут рассматривали, как два невысоких квадратных парня выводили из здания детского дома маленьких девочек, зябко кутавшихся в тонкие темные кофточки.

– -Что ж они у тебя совсем голые уходят?

– - А что ж мне их прикажешь, у Юдашкина одевать? Твои девчонки - твои проблемы. Как хочешь, так и одевай.

– - Ладно, посмотрим, что там у Илоны из старого найдется.

Микроавтобус нёсся по расколоченной дороге, утренняя прохлада, скопившаяся за ночь, заставляя расслабленные во сне тела пассажиров съёживаться, подтягивая ноги и пряча руки под тонкие куртки. Парень, сидящий на переднем кресле, открыл глаза и тут же прищурился, защищаясь от солнечного зайчика, проскочившего сквозь темные шторки. Потянувшись, он размял затёкшие от неудобной позы ноги и достав рюкзак, вынул большой синий термос с остатками кофе.

– - Потерпи еще пару часов, -- не отрывая взгляд от дороги, тихо сказал водитель.
– В одиннадцать приезжаем к шефу на дачу, там пересаживаетесь в другой транспорт, забираете заказы, обедаете, отдыхаете и уже без остановок до конечного пункта. Через пару дней, если не случится ничего необычного, будете на месте.

Парень медленно отодвинул шторку и несколько минут рассматривал плывущий за окном пейзаж. Раскинувшееся в необъятную даль зелёное поле, сливалось на горизонте с прозрачно-синим небом и завораживало непритязательное сердце городского жителя непередаваемой красотой. А то, что пассажир -- житель городской, водитель определил сразу. То ли глуповатая улыбка, то ли счастливый блеск в глазах выдал, что подобный размах, сидящий в салоне парень, видит не часто.