Чтение онлайн

Я сосредотачиваюсь на дыхании. Если Септа вздумает проверить меня при помощи легкого мысленного контакта, она может решить, что я занимаюсь, и не догадается, где я на самом деле. Главное — сохранять спокойствие. Если проявлю эмоции, она сразу заподозрит что-то, займется мною повнимательнее, и тогда я попалась.

Направляюсь к выбранному заранее дереву. На него легко взобраться, у него густая листва, и когда я залезаю выше, то вижу входы в библиотеку и подземную постройку с ней рядом. Именно туда входит и оттуда выходит большинство членов общины, но что там происходит, неизвестно. Однажды я спросила у Ксандера про библиотеку в надежде почитать что-нибудь интересное, но он ответил, что мне ходить туда нельзя, и принес несколько книжек. Вот только желание читать уже пропало, и Ксандер так расстроился, что больше с такими просьбами я к нему уже не обращалась.

Дохожу до дерева и быстро залезаю на него, пока меня не заметили выходящие из библиотеки люди. Забираюсь чуть выше и устраиваюсь на толстой ветке, откуда можно наблюдать за дверьми и тропинкой внизу, и если никто не взглянет вверх в определенное место, вряд ли меня увидят.

Время идет. Люди входят и выходят, но всех их я знаю. Ноги затекают, и я время от времени меняю положение.

Наблюдаю и жду.

Ксандер ведет меня на экскурсию по их так называемому исследовательскому центру. Он похож на маленький домик на уровне земли, но когда мы спускаемся по ступенькам вниз, там обнаруживается огромное подземное помещение, где располагаются лаборатории, компьютерные кабинеты, комнаты для совещаний. В процессе Ксандер рассказывает о членах общины и их работе.

Проходя мимо двери с окошком, я замечаю внутри Беатрис и подхожу ближе. Она сидит с закрытыми глазами, скрестив ноги, на полу.

«Привет, Би», — говорю я, но она не отвечает. — Что она там делает?

— Это тихая комната, из нее нельзя установить мысленный контакт — примерно такие были в госпитале на базе ВВС.

Меня передергивает. Это чувство, что ты отрезан от всего живого… хуже и быть не может. Туда даже паук не мог заползти.

— Но зачем такая комната здесь?

— Септа пытается найти способ пробиться сквозь этот барьер; власти научились блокировать наши способности, поэтому мы стараемся придумать, как обойти препятствие.

— Да, но почему Беатрис?

— Полагаю, Септа заручилась ее помощью. Беатрис обладает поразительной ясностью мышления и умением фокусировать внимание.

— Я знаю, но она всего лишь ребенок. Разве ей не надо ходить в школу, играть в игры или заниматься чем-то таким же? — Я качаю головой.

Стучу в окошко, и девочка открывает глаза. Открываю дверь, и только теперь до меня доходит, что она была заперта снаружи.

— Привет, развлекаешься?

Она кисло улыбается.

— Тут жутковато. Септа сказала, что прежде чем уйти, я должна придумать способ выбраться отсюда.

Я протягиваю руку.

— Идем, я тебя вызволю.

Септа появляется в коридоре, ее аура излучает раздражение.

— Ты прервала мой эксперимент.

Ну, замечательно.

— Ксандер, разве ты не говорил, что каждый член общины сам решает, что он хочет изучать?

— Говорил.

— Беатрис полноправный член общины?

Он удивлен. Раздумывает.

— Да, разумеется, — отвечает он. Септа недовольна, а Ксандеру весело.

— Ну, Беатрис, что бы ты хотела изучать?

Ей даже не приходится задумываться над ответом.

— Слияние и расширение мысленного контакта — на большие расстояния. На весь мир, к звездам! Вроде того, о чем говорили вчера вечером. Мы с Еленой потом еще обсуждали. Могли бы и попробовать!

— Ух ты! Вот это размах. Держи «пять»!

Беатрис подпрыгивает, чтобы шлепнуть пятерней о мою ладонь, и уносится на поиски Елены. Септа в гневе удаляется.

— Ксандер, серьезно, на что бы ни был способен ее мозг, Беатрис еще ребенок. Ей нужны границы. За ней нужно присматривать.

— Беатрис поразительный ребенок: она самая младшая из всех выживших, которых нам удалось найти. Она, похоже, инстинктивно делает то, что нам приходится постигать с таким трудом. Но вообще-то я согласен с тобой. Как тебе такой вариант: есть одна маленькая, удаленная община, которая занимается в основном сельским хозяйством. Местный староста с виду тихая бабуля, но на самом деле у нее не забалуешь. Мы можем послать туда Беатрис с Еленой, чтобы они попробовали установить связь на дальние расстояния.

— Она не захочет уйти.

«Ты имеешь в виду, что тебе не хочется отпускать ее. Но смотри», — и он показывает мне место, куда думает послать их. Это что-то вроде семейной фермы со всякими животными — ей точно понравится.

— А теперь идем, я покажу тебе, что еще мы здесь изучаем, — говорит он.

Члены общины исследуют все, от альтернативных источников топлива до генетических манипуляций. Лицо Ксандера светится воодушевлением, когда он рассказывает мне об их работе и работе других ветвей общины по всему миру. Все они ищут ответы на множество вопросов, и он — лидер, руководитель их всех.

Слушая его речи, я исподволь наблюдаю за ним. В его глазах жажда знаний, стремление постичь все еще не познанное. Вот это, бесконечное любопытство, желание узнать все об окружающем нас мире, свойственно и мне. Я всегда была такой, но с тех пор как стала выжившей, эта тяга как будто усилилась. Почему? Трудно сказать. Может быть, потому, что теперь я могу видеть и понимать связи между вещами так, как не могла раньше.

И все же есть границы, которые я не готова переступить ради знания, а вот насчет него такой уверенности у меня нет. В этом суть того, кто и что есть Ксандер.

Наконец он приводит меня в комнату для совещаний и закрывает дверь. Жестом указывает на стул.

— Теперь решение за тобой. Какую работу ты хотела бы выполнять?

— А какой выбор?

— Огромный, как сама мультивселенная.

— А что вообще это значит? Что такое мультивселенная?

— Это моя главная одержимость, — отвечает Ксандер. — Эта вселенная, в которой мы живем, всего лишь одна из многих. Связаны ли они между собой? Как? Можно ли попасть из одной в другую? Влияют ли они друг на друга? Откликается ли действие, совершенное здесь, в другой вселенной?

Я задумчиво склоняю голову набок.

— Если наши действия отзываются в другой вселенной, резонно предположить, что действия, совершенные там, будут откликаться и здесь тоже.

Он улыбается.

— Вот именно. И если каждое наше решение имеет последствия не только здесь и сейчас, но для каждой нашей копии во всех многочисленных вселенных, при этом определяя несколько иную судьбу? Дух захватывает.

— Начинаешь думаешь, и мозги закипают. Да и как здесь можно что-то узнать?

— Это мыслительный эксперимент: отталкиваясь от посыла, ты движешься к логическим заключениям, видишь результат, а уже затем находишь способ проверить его.