Чтение онлайн

Жена не может начать день без последних известий. Едва поднявшись, еще не умыв лицо, с сигаретой в зубах включает телевизор на всю катушку… Отряд мстителей взял на себя ответственность за взрыв в престижном поселке, расположенном на пригородных холмах. До сих пор неизвестно количество погибших… Нефтяное месторождение стало объектом другого теракта. Убытки исчисляются миллионами… В стычках с войсками убиты десятки террористов. Их товарищи и члены семей арестованы. Продолжается расследование деятельности их организации, правительство заявило, что, несмотря на угрозы, не пойдет на перемирие… Население предупреждается, пацифистские демонстрации будут рассматриваться как поддержка террористов, а их участники будут караться по всей строгости закона. Подземка сегодня работает по графику. Безликий диктор сообщает статистику убитых за месяц в антитеррористических операциях, количество терактов, краж, изнасилований, авиакатастроф, дорожно-транспортных происшествий и производственных травм. На рассвете в одном из трущобных поселков произошла перестрелка между перуанскими и колумбийскими наркоторговцами. В последний час: произошло нападение на клинику, где проводились эксперименты по клонированию детей.

Жена бегает по квартире, крича на детей, раздавая подзатыльники. Не сидит перед экраном, телик для нее — просто звук. Ее не волнуют ни теракты, ни массовые убийства. Только бытовые преступления. В приступе ревности жена кастрировала своего мужа. Мужчина отрезал ножом силиконовые груди своей сожительнице. Мать приправила крысиным ядом кашку своих детей. Внук сжег в печи деда и бабку. Если новость достаточно кровава, она подсаживается к телевизору и замирает в упоении. Влекут к себе такие преступления. Такие домашние, как кулинарный рецепт. Если новость вызывает спор, она всегда принимает сторону обвиняемых и спорит с ведущим, интервьюируемыми и участниками ток-шоу. Только она, лучше адвоката, может понять побудительные мотивы обвиняемых. Когда переводит взгляд с телевизора на мужа, тот угадывает, что у нее творится в голове, и соображает, сколько осталось до того, как она перейдет из категории зрителей в действующие лица.

Затем метеосводка. Вследствие глобального потепления на город надвигается грозовой фронт. Предвидятся сильные ветры и кислотные дожди.

Хочет войти на кухню, но на него налетает выводок. Кухня — это скотный двор, где только крик и лай. Драки по любому поводу. Из-за кусочка ветчины, ложки сладкого, гренка. Жена набрасывается на выводок. Носы кровоточат, зубы ломаются. Синяк под глазом. Жена кулаком наводит порядок. Его оставляют одного.

Наливает кофе. Все меньше времени до офиса. Что бы подумала девушка, увидев его в такой обстановке.

Кофейная передышка длится недолго. Его дергают за рубашку. Толстушка с косами. Требует денег. Хотел бы избавиться от этой попрошайки, но не может — это его дочь. Чтобы отвязаться, ищет в кармане монеты. Дает одну. Девчонка рассматривает ее. На одну монету не согласна. Бьет его ногой по лодыжке. Он отступает. Девчонка снова бьет ногой. Спрашивает себя, почему он не хватает ее за волосы и не выбрасывает в окно светового колодца. Среди криков и ударов, слышных с другого конца квартиры, никто не услышал бы падения прожорливой чушки. Наклоняется к девчонке. Пытается убедить, что нехорошо девочке бить папочку. Гладит ее по головке. Девчонка царапает его. Наконец приходит жена и оттаскивает ее за косу.

Из кухни доносится командирский голос жены. Приказывает выводку рассчитаться по порядку. Строит их и отправляет в школу. Его внимание привлекает свистящее астматическое дыхание под столом. Старичок ползет к нему и прижимается к ногам. Он не хочет уходить с выводком. Плачет, называет папочкой. Белый глаз тоже плачет. У него подступает комок к горлу. Жена возвращается за мальчиком, ловит его. Старичок цепляется за его брюки. Жена ухватывает старичка за волосы. Уводит его с другими. Из гостиной доносятся насмешки остальных. Пока не раздается оплеуха. Хлопок двери.

Почему и в их школе до сих пор не объявился мальчишка из тех, что расстреливают своих товарищей, спрашивает он себя. Может, сегодня объявится — мечтает он. Не очень хорошо получится, если выстрелы прикончат и старичка.

Он еще на кухне. Едва движется. Выбирается из угла. Из баночки с печеньем берет одно, и когда уже кладет его в рот, жена окрикивает его. Вот где его печенье. Он возвращает печенье в баночку. Что он здесь еще делает — спрашивает она. Может, на работу раздумал идти? Не может его больше выносить, с нее довольно. С ним, заявляет она, потеряла лучшие годы своей жизни. Лучшие годы, повторяет она. Разбил ей жизнь, погубил будущее. Жена забирает у него баночку, прячет в шкаф. Когда вспоминает, что чуть не вышла замуж за военного, почти плачет. Он опускает голову. Терпеть не может его робость, говорит она. Говорит, брызжа слюной. Не дает передышки: требует посмотреть, во что она превратилась по его вине. Приказывает: пусть посмотрит ей в глаза. Она не такой была раньше. Была молодой, привлекательной, были и женихи. Какой же хорошей была она до брака с ним. И доброй — напоминает она. Высокие чувства имела.

Он знает, что вспышка гнева ставит под угрозу его физическую целостность. Когда она поворачивается, чтобы спрятать баночку печенья в шкаф, он сбегает. Надо бы сменить рубашку, галстук. Но лучше не подставляться. Подхватывает пальто с дивана, выходит, спотыкаясь об игрушки, стул, телик, который отключается, когда зацепишь ногами кабель. Даже на площадке он не останавливается подождать лифт. Прыжками спускается по лестнице, выскакивает на улицу.

Городской гул, бесконечный поток автомобилей, которые срываются с места, тормозят, застревают и караваном тащатся один за другим. Нервная толпа переполняет тротуары в ожидании маршруток или устремляется в жерла подземки. Человек — это животное с привычками, говорит он себе, глотнув отравленного воздуха улицы, пропитанного бензином тумана. Но он не подчинится привычке, как все. Он влюблен. Теперь его судьба — другая. Все переменилось. Клянется в этом себе, будто поклялся другому, тому, кто вчера был с девушкой. А этот другой так не похож на покорного раба, который торопится по этой шумной авениде в подземку.

В этот час, когда все идут на работу, нередки нападения городских партизан, и подземка может выйти из строя. Он меньше боится нападений партизан, взрывов, отравляющих газов в вагонах и туннелях, чем опоздания на работу. Вспышка на следующем углу. Сначала возникает пламя, потом слышится взрыв. Военный грузовик взлетает на воздух. Взрывная волна оглушает. Над головой летят обломки кузова и человеческие останки. Осколки костей, руки, ноги, кровь. Облако из металла, пластика, стекла и плоти вздымается вверх и сыплется на сбитых с ног, раненых мужчин и женщин. Видевшие теракт застыли как под гипнозом. Но он проходит мимо. Через несколько минут авенида будет блокирована военными и каретами «Скорой помощи».

Хорошо бы с девушкой ничего не случилось.

Военные оцепили вход в метро. Потребовали документы, ощупывают его. Не хватало еще, чтоб сочли несогласным и отправили в тайную тюрьму, где будут пытать, а потом сбросят в море с самолета. Ведь сейчас невозможно понять, кто подрывной элемент, а кто просто обыватель. Документы возвращают. Может пройти. Отсчитывает монеты на билет. Всю жизнь считал монеты. Если б разбогател, ушел бы со службы, бросил семью и, конечно, сбежал бы с девушкой. Подарил бы ей имплантат зуба. Когда мечтает, как сейчас, чтобы повезло, представляет себе неожиданную удачу или дерзкий поступок. Выигрыш или кражу. Лотерею или присвоение чужого. Рассуждает: в его случае удача всегда была не на его стороне, а искушение кражи никогда не заходило дальше отчаянной фантазии.

Недалеко, всего в нескольких метрах, замечает сослуживца. Изысканно одет, с «мокрыми» волосами, читает книгу. Он и не знал, что тот читает книжки. Вообще-то он ничего о нем не знает, кроме того, что тот ведет дневник. Человек из офиса скрывается среди ожидающих поезда на другом конце перрона. Не хочет оказаться обязанным завязать разговор с сослуживцем. Даже в поверхностном разговоре всегда невольно открывается что-то о тебе, щелка, куда проникнет чужое любопытство. Чем меньше знаешь о другом, говорит он себе, тем меньше и другой будет знать о тебе. Хорошо, что из туннеля уже послышался грохот вагонов.