Чтение онлайн

— Обязаны?!! Черт меня побери, Мари-Флоранс! — крикнула Дом. — Ни я, ни ты не обязаны никому подчиняться! Мы — свободные люди, а не рабы! Я плюю на короля и его указы! О, почему, почему отец согласился? Лучше бы мы погибли, защищая стены Руссильона, с мечами в руках, чем согласиться на этот позорный союз!

Лицо Флоранс стало белее мела.

— Ты так горяча, и так еще мала, сестренка… Ты многого не понимаешь, и рассуждаешь сердцем, а не головой. Наш отец помирился с королем, потому что иначе Черная Роза взял бы замок приступом — и что бы с нами со всеми стало? Подумай об этом!

Доминик вздрогнула. О, сколько ужасных слухов о Черной Розе и Монфоре долетало до Руссильонского замка со всего Лангедока, — о казнях, насилиях, пытках!

— Отец спасал нас — не себя. Своих дочерей, своих слуг, свой замок.

— Всех, кроме тебя. Тебя он все-таки принес в жертву, — жестко ответила Дом.

— Поверь, я бы с радостью пошла на это, — гордо подняв голову, возразила Флоранс. — Я бы уподобилась первым христианским мученицам, которых сжигали на кострах и бросали в пасть хищным зверям. И я бы стала женой герцога Черная Роза! Но… но есть одно обстоятельство…

— Какое, сестра?

— Дело в том… дело в том, Дом… что я… что я уже замужем.

— Что?!! — воскликнула, вскакивая, изумленная девочка. — Что ты сказала, Фло?

— Да, дорогая. Теперь и ты знаешь мою тайну, тайну, которая была известна во всем замке только мне и Элизе…

Неожиданная догадка озарила Доминик.

— Это — Гийом Савиньи? — спросила она.

— Да. Мы поженились две недели назад, перед его отъездом с графом Дювалем, ночью, тайно. Отец отказал Гийому, и нам не оставалось ничего другого…

— Отец Игнасио? Он обвенчал вас?

— Нет. Он ничего не знает. Нас обвенчал тот священник, что был здесь проездом в Тулузу, помнишь?

— Ну да, — машинально ответила Доминик. Теперь многое становилось ей понятно. Хоть они и не были очень близки с Мари-Флоранс, но даже Дом заметила, как старшая сестра изменилась за последнее время.

Эта новость так поразила девочку, что она ненадолго даже забыла о Черной Розе.

«Вот это да! Послушная, скромная как монашка, Фло — и замужем? Против воли нашего отца, тайно… Гийом Савиньи! Что сестра нашла в этом шестнадцатилетнем мальчике? Хорошенький — это верно, но не более!» — Дом вспомнила, как он вечно читал Флоранс стихи и играл ей на лютне.

Разве так можно покорить женское сердце? Нет, не таким ей представлялся избранник Флоранс — и её собственный! Она мало задумывалась о любви и браке; лишь иногда ей представлялся — довольно смутно — некто, — конечно, высокий и красивый, он должен был быть настоящим мужчиной — сильным, отважным, неукротимым!

«Нет, меня бы не пленили ни стишки, ни бренчания на лютне! — подумала девочка. — Вот обменяться парой ударов мечом, или посостязаться в скачке верхом… ну, на худой конец — хотя бы сыграть партию в шахматы. Вот это, я понимаю, ухаживания!»

Эти мысли ненадолго отвлекли Доминик от действительности. Но, вернувшись к реальности, она вновь ужаснулась всему, что услышала.

— Мари-Флоранс, и ты сказала отцу, что вышла замуж? — спросила она.

— Я хотела, сестричка… хотела… Но в последний момент я подумала о вас — и не смогла.

— О нас? — недоумевающе промолвила Доминик.

— Да; о тебе, о Мари-Николь, о Мари-Анжель. Ведь, если бы отец и герцог узнали, что я вышла замуж, — жребий пал бы на одну из вас…

— Кровь Господня! — смертельно побледнев, воскликнула Дом.

— Да, так бы и случилось… — Продолжала Фло, на этот раз даже не заметив, вся поглощенная своим отчаяньем, богохульства младшей сестры. — Король велел герцогу жениться на одной из дочерей Руссильона — на любой из них.

— На мне… или на Николь… или — на ангелочке Анжель… Какой ужас! — простонала Доминик.

— Сестричка… Я бы стала женой этого монстра! Но вы — вы не заслужили такой жуткой участи!

Дом вдруг пришла в ярость. Топнув ногой, она вскричала:

— Почему, почему отец на это согласился?!! Ведь, я уверена, и Монсегюр, и граф Дюваль уже где-то близко! Они бы разбили отряд Черной Розы, вздернули бы его, как собаку, и освободили бы нас!.. Впрочем, — прибавила она, слегка успокаиваясь, — возможно, так и будет! Ведь есть ещё время.

— Его нет, — отвечала её сестра. — Отец сказал, что мы поженимся сегодня, перед закатом солнца. Все приготовления уже сделаны. И поэтому я позвала тебя, — продолжала Флоранс. — Положение кажется мне безвыходным. Но, может быть, в твою ясную головку придет какой-нибудь план?

Доминик постаралась успокоиться и сосредоточиться. Это было похоже на партию в шахматы, — только тут на кону был не ферзь или король, а судьбы её и трех её сестер.

«Безвыходных ситуаций не бывает. Но надо смотреть всегда вперед, на несколько ходов опережая противника,» — говорил ей отец. А Черная Роза — пусть не достойный, но сильный и могущественный противник; к тому же он — кузен короля.

— Что же нам делать? — вслух спросила Дом.

В это время в дверь постучали, и на пороге показалась Элиза.

— Госпожа! — радостно произнесла она. — Осаду замка сняли, и люди начали расходиться по домам!

В глазах Доминик вдруг вспыхнула надежда.

— Фло! Мы должны бежать! — воскликнула она. — Все вчетвером! Раз осада снята, мы сможем выбраться из замка, время еще есть!

Её сестра горестно покачала головой.

— Пешком мы далеко не уйдем, Доминик. Конюшня отца, если помнишь, полностью опустела. Ведь папа отдал всех хороших лошадей графу Дювалю, обещавшему ему помощь и поддержку южной части провинции. А старые лошади околели или съедены.

Дом помрачнела. Среди отданных другу отца коней была её любимая гнедая кобыла Франсуаза, на которой девочка ещё совсем недавно беззаботно скакала по взгорьям и долинам Руссильона. Но разве дочь графа не пожертвовала бы всем, чтобы помочь делу Лангедока? И, сцепив зубы, чтобы не заплакать, она сама оседлала свою любимицу для одного из людей Дюваля.

— Послушай, Флоранс! Черная Роза приехал сюда с пажами. У них три лошади. Мы могли бы ускакать на них.

— Разве их не охраняют?

— Если кони уже в конюшне — то, скорее всего, никто. А если во дворе — то двое пажей; но это просто мальчишки, и к тому же, — прибавила Дом не без гордости, — один из них ранен. Мы легко справимся с ними.

— Пойти на убийство?!! Сестра! Что ты говоришь!

— Мы бы переоделись в мужские костюмы, — вдохновенно продолжала развивать свой план Доминик, — чтобы на нас никто не обратил внимание, а женские платья взяли с собой, вышли бы во двор, заговорили бы этим мальчишкам зубы и оглушили бы их! Фло, это неплохая идея, поверь!

— И куда бы мы отправились, завладев герцогскими лошадьми?

— В картезианский монастырь. Он всего в трех лье отсюда. Монахини приютили бы нас, ненадолго, ведь Монсегюр и граф Дюваль, я уверена, уже близко! — Флоранс невольно усмехнулась словам сестры, — Дом, не верящая ни в Бога, ни в черта, вечно сквернословящая Дом, — в строгом картезианском монастыре, где монахини дают обет вечного молчания! Это трудно было себе представить.